пост недели от Behemoth
Карнавалы в Венеции всегда были превосходны в глазах Бегемота. Он старался их не пропускать, ведь это была особая атмосфера. Читать далее...
Ждем новый выбор Карвера!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Октябрь - время постов!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » lithium


lithium

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/451936.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/673830.gif
any&obi

[nick]obi-wan kenobi[/nick][status]one more light[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/795499.gif[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/996112.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/776073.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">оби-ван кеноби</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>star wars</fan>Это не сон, это вся правда моя, это истина.
Смерть побеждающий вечный закон - это любовь моя</div>[/lz]

+3

2

Шесть лет, как шла война, сотрясая Республику. Шесть лет они постоянно думали, что вот-вот смогут ее прекратить, что стоит только убить-устранить-подавить, как удастся урвать свою победу, как находилось что-то новое. Оби-Ван устал. Он был джедаем - крепким и выносливым, и пусть его тело хранило множество шрамов от сражений и пыток, физически он был в порядке. А вот его нутро давно выжгли, и только два маленьких огонька поддерживали ростки жизни на этом пепелище.
Оби-Ван всегда смиренно принимал свою участь, зная, что необходимо делать то, что должен. Когда его отправляли на Бандомир в Аграрный Комплекс, потому что никто не выбрал его своим падаваном, он согласился, хотя мог покинуть джедаев и попробовать построить свою судьбу иначе: связь с Силой и базовые навыки явно сыграли бы большую роль в его светлом будущем, возможно, он бы даже нашел себе учителя из серых. Так делали некоторые юнлинги, руководствуясь мыслью, что раз в Ордене нет для них учителей, то их их нет для Ордена. Кеноби не осуждал их, он понимал, он знал, что эта система неправильна, что много самородков просто проглядели, что так нельзя с детьми, которые всю жизнь после будут думать, что проблема в них, а не в отсутствии или трусости с нежеланием некоторых мастеров. Но он должен был, потому что кто-то должен помогать джедаям.
В свое время ему пришлось принять смерть Серизы на его руках, и это стало самым первым жестоким ударом. Но он знал, что должен продолжить свой путь, что не может вернуть ее обратно, что сделает гораздо больше, став джедаем, ради ее памяти и продолжения начатого ей. После ему пришлось отказаться от Сатин и Сири во имя долга, потому что строгие правила ограничивали его. Смерть Квай-Гона он переживал куда труднее, но остался верен светлой стороне и данному слову. Сила обещания была в нем настолько мощной, что он даже не пытался противиться, когда взял в ученики Энакина. Он был слишком молод и слишком глуп, но заставил себя измениться.
Он летал по системам, склоняя многих на сторону Республики - то железной логикой и выгодой, то своим обаянием, то завуалированными угрозами. Потом кто-то сказал, что много планет пало к его ногам одной силой слова, но это было не так. Не перед ним, а перед его чувством долга перед Орденом, Деспубликой и демократией.
Оби-Ван всегда очень хорошо знал разницу между тем, что он должен был делать, и тем, что хотел. И всегда, абсолютно всегда, выбирал первое, что многим вокруг казалось, будто он и не хочет иного, кроме исполнения долга. Исключением всегда был только Энакин. И если впервые он спорил с Советом, говоря, что все равно обучит мальчика из-за обещания, то после он делал все уже для самого Скайуокера. Учил, оберегал от внешнего мира, защищал перед другими джедаями, был готов покинуть Орден. Ему много раз говорили, что тот склонен к Тьме, и саму склонность Оби-Ван видел, но не замечал очевидных вещей, на которые ему указывали. Он видел только свой свет, свое солнышко, своего мальчика, и только спустя пару лет начал понимать, как пропускал многое. Его долгом было рассказать Совету о связи бывшего ученика с сенатором Амидалой, но он не мог быть против его счастья, потому никому ничего не сообщил.
Сейчас это все было не важно, потому что Энакин умер на его руках, сказав, что всегда любил своего учителя, и попросив его позаботиться о детях. Просьбу Оби-Вану пришлось выполнить буквально, потому что их мать умерла при родах, оставив маленьких крошек в этом мире совсем одних. Кеноби забрал их в Храм, где за Леей и Люком присматривали в Яслях, когда он отсутствовал. Йода говорил, чтоб Оби-Ван не выделял юнлингов среди других, но Кеноби не слушал Йоду в отношении Скайуокеров. Он заберет их себе в падаваны, когда им исполнится достаточно лет, и они всегда будут знать, что не одиноки, никогда не будут волноваться о том, что никто из учителей их не выберет, никогда не будут бояться будущего и неизвестности.

Иногда он чувствовал себя настоящим отцом для малышей, хотя и понятия не имел, что такое в принципе - отец, каким он должен быть и какую роль играть. Но ему казалось, что это что-то вроде того, потому что каждую свободную минуту он посвящал им - играм, общению, сказкам, даже убаюкивал их спать или кормил, правда, не забывал помогать и с другими детьми, в конце концов, он оставался джедаем. Вскоре в яслях стали чаще появляться и другие мастера, потому что решили последовать примеру мудрого Кеноби и выяснили, что возня с детьми действительно помогает отвлечься от войны.
Очередной день не стал бы исключением, если бы не одно "но": близнецы каким-то образом открыли двери яслей и куда-то сбежали. И заметил это только Оби-Ван, который уже спустя пять минут бежал к подвалам Храма, для входа в которые требовалось разрешение Совета. Как хорошо, что член Совета всегда был рядом с ним! И как жаль, что он не предал ночью значения тому сну, что показал ему эти события. С одной стороны, никогда нельзя было реагировать на такие видения, потому что неизвестно, таким оно станет само или из-за твоих попыток что-то изменить.
Что было в тех подвалах, точно не могли сказать ни Мейс, ни Йода, но никаких пленных там не содержали: Оби-Ван слишком хорошо знал, где именно это происходило, и это знание не делало ему лучше. С каждым годом ему становилось все труднее уместить в голове все детали про Орден, но он должен был. Как и должен был найти детей. Каждый уровень давался труднее, и лампа, электронная, что он взял с собой, разрядилась после двух ярусов, так что пришлось зажечь меч и двигаться в его свете.
- Люк? Лея? - одна из зал, что он пересекал, казалась небольшой, но Оби-Вану казалось, что чем дольше он идет, тем дальше оказывается от выхода, и только твердая мысль, что он найдет детей, помогла пройти вперед. А дальше снова были темные коридоры, и в голову прокрались сомнения. Орден содержит военнопленных в тюрьме. Орден отправляет живых умирать под оружием железяк. Орден - военный орган политиков. А ведь он, Оби-Ван, так многое может изменить, если возьмет все в свои руки... Нужно только стать чуточку сильнее... Только поддаться...
- Люк. Лея.
Следующее испытание стало куда труднее всех остальных. Эта комната напоминала что-то вроде пещеры с большой матовой стеной из камня, с выступами, и Оби-Ван плохо видел в свете меча, но решил, что эти выступы напротив стены могут быть активаторами какого-то механизма. Он коснулся одного, похожего на колонну со сферой на конце и потянул на себя, почувствовав сначала тепло, а потом увидев яркую вспышку. Но ничего не произошло, не отодвинулось, никакая дверь не открылась. Было абсолютно тихо, пока Кеноби не понял отчетливо - на него кто-то смотрит. Он медленно обернулся, крепко держа меч, и охнул, едва его не выронив.
- Энакин... - он сделал несколько шагов прежде, чем мозг успел проанализировать и защититься, он положил свободную ладонь ему на щеку и невесомо огладил ее большим пальцем. - Эни...
Что-то было не так, и он понимал, что Сила испытывает его. Она показывала ему самое дорогое вместе с самым большим кошмаром.
- Твои глаза...
Он одернул ладонь, когда ему послышались детские голоса откуда-то справа. Он справился? Они тут?
- Люк! Лея! - крикнул он и сразу сорвался на бег, едва не влетев в ловушку, которая чуть было не окутала его своими цепкими путами. Если бы не сильная рука, что дернула его назад, то Оби-Ван оказался внутри нее, толком не зная, смог бы справиться или так и умер здесь, потерянный другими. Храм был древним, и встретить здесь можно было далеко не только джедайские артефакты. Кеноби врезался спиной в чужую грудь и резко развернулся, но тот, кто выглядел как самый дорогой в мире человек, все еще держал его и смотрел сверху вниз. Они стояли не просто близко, они стояли вплотную.
- Энакин Скайуокер умер три года назад на моих руках, - вслух то все еще было трудно произнести, - кто ты? - он думал что это происки Силы, но чувствовал тепло, чувствовал сердцебиение, в конце концов, материальную твердость он тоже ощущал, к тому же мужчина перед ним, кем бы он ни был, только что его спас. Если это все, конечно, не одни сплошные галлюцинации, как это бывает в тех пещерах, где каждый падаван ищет себе кристалл для первого меча. - Мне нужно найти детей, - до этого его стойкость работала.

[nick]obi-wan kenobi[/nick][status]one more light[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/795499.gif[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/996112.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/776073.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">оби-ван кеноби</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>star wars</fan>Это не сон, это вся правда моя, это истина.
Смерть побеждающий вечный закон - это любовь моя</div>[/lz]

+2

3

"На стороне тьмы, яростнее сражаются те, кто когда-то видел свет"
(Дарт Вейдер)

Обещание, самая бессмысленная из всех форма обманывать себя. Даже надежда даёт намного больше, однако именно оно способно творить наибольшее зло. Однажды доверившись, уже не сумеешь повернуть назад, во только об этом узнаёшь слишком поздно. Оно прочно связывает по рукам и ногам, толкает на немыслимые вещи, потому что больше нет иного выбора.
Энакин поверил. Позволил обмануть себя красивыми словами, вселить в сердце надежду. Он был слишком молод и неопытен, чтобы тягаться с величайшим интриганом галактики, поэтому проиграл, выжигая собственную душу тьмой. После смерти Оби-Вана, ему больше не во что было верить и не за что цепляться, безропотно скатываясь в бездну боли и отчаяния. Теряя последние лучи света, которые наполняли улыбки наставника. Ради него, Скайуокер заключил с Палпатином сделку, хотя Оби-Ван сказал бы, что его жизнь не стоит той высокой цены, которую придётся заплатить. Всё равно. Сожжёт галактику, если это потребуется ради спасения единственного близкого и родного человека. Будет рвать каждого на части за него и даже присягнёт на верность тьме, только бы Кеноби жил. А что в итоге? Помог Империи расправить крылья, установив диктат и полноправное правление Императора над многими мирами. Принёс в галактику хаос, кровопролитие и жертвы, но Оби-Вана всё равно не стало. Приказ 66 обратил всех клонов против их генералов, застав врасплох и никому не скрыться. Шах и мат. В тот самый миг, когда грудь мастера пронзил заряд из бластерной винтовки Коуди Скайуокер едва не ослеп от всепоглощающей боли. Ладонь коснулась собственной груди в попытках отыскать края зияющей раны, колени подкосились, а боль распространялась лавой Мустафара по венам, сжигая кровь, сжигая жизнь, превращая окончательно в раба Императора. Всё оказалось слишком просто. Цепляться уже не за что, единственный смысл жизни растворился в Силе, оставляя падавана один на один с одиночеством и болью.
- Энакин, мой мальчик, - Скайуокер шаг за шагом приближался к трону, - его нельзя было спасти, мне очень жаль, - и он поверил ведь, сжимая рукоять меча, нахмурив брови, - если бы не джедаи, пославшие его на Утапау. - Всё было кончено довольно быстро. Большинство джедаев пали от рук своих же коммандеров, остальных устранили уже немногим позже, а Энакин. Его задачей было закончить начатое и не позволить росткам джедайства пустить корни. Вместе с отделением клонов он вернулся в Храм, довольно быстро находя юнлингов, ещё совсем беззащитных. Они с надеждой и доверием тянулись к Скайуокеру, а он оказался слишком неумолим и жесток, чтобы даже сомневаться. Без Оби-Вана ничто не имело смысла, а сердце требовало мести. Всё равно кому и сколько их будет, падут все до единого. В кровавой бойне никто не видел той горечи, что поселилась в меняющихся глазах теперь уже бывшего джедая. Больше ничто его не связывало с орденом, лишь только тягостные воспоминания о тех днях и о наставнике, которым жил и дышал. Он как-то говорил, что тёмная сторона обманчива, там всё может казаться проще и её стоит опасаться, но был прав лишь отчасти. Она не так страшна как учат мастеры и позволяет ощущать в себе Силу иначе, дарует свободу от глупых рамок и запретов. Но в ней нет ничего грандиозного. Энакин ощущал лишь пустоту, абсолютное ничто, в котором тонет звук собственного голоса и хриплые стоны. Он хотел лично убедиться в смерти мастера, словно надеялся на обратное. Не мог принять слова Палпатина на веру, поэтому и полетел на Утапау, чтобы среди множества застывших во времени лиц найти одно единственное и потерять последние крохи надежды. Упасть на колени, прижав безвольное тело к себе и долго кричать в пустоту, срывая голос на хрип, пока иссякнут последние силы. Закрыв глаза прижаться ко лбу не сумев сдержать слёз, целовать холодные губы, беззвучно моля о прощении, потому что не успел, не смог спасти и теперь всю жизнь жить с этим. Он мог бы вечность просидеть вот так, плевать, но Энакин хотел проститься с мастером и провести ту церемонию, которой провожали павших героев Республики джедаи. Вместе с телом вернулся на Корусант, на руках донёс до храма и усыпальницы, обернув его в саван и поместив с саркофаг. Пройдёт несколько долгих лет в темноте и скорби, ежедневных брождениях по пустынным коридорам безжизненного храма джедаев к месту растворения Оби-Вана в Силе, прежде чем Скайуокер узнает правду о том, что убийство мастера Кеноби было прямым приказом Императора. Желал он оборвать связь джедаев, рассчитывая окончательно прибрать к рукам Избранного, привязав присягой и обманом, потому что пророчество гласило, что восстановит баланс только Избранный, а значит и убить Императора сможет только он.
Энакину пришлось прочесть много древних свитков в поисках способа, чтобы убить, потому что одной Силы будет слишком мало. Вся библиотека мадам Джокасты оказалась в его полном и безграничном распоряжении и многие часы для чтения и изучения, но всё впустую. Он часто приходил к Оби-Вану, но преимущественно молчал, ощущая в себе зияющую дыру. Лишь только боль утраты, гнев на Императора и любовь к наставнику не позволяла сдаться, а продолжать искать, откапывая всё новые и новые чипы данных, датированные целой вечностью назад. В одном из них Скайуокеру и удалось обнаружить короткое упоминания о подвалах храма, его опасностях и артефактах, найденных на миссиях за много веков. Это был настоящий кладезь информации, добраться до которого не так просто. Энакину приходилось тщательно и медленно исследовать каждый уголок, пару раз едва не попадаясь на ловушки. Можно было только гадать, откуда они здесь и почему этот подвал вообще существует в храме тех, кто жизни отдавал во имя добра, справедливости и мира. Как-то не очень похоже на правду после такого. К слову теперь Энакин и не удивлялся. Он давно, ещё будучи падаваном начал сомневаться в честности джедаев, уж слишком предвзяты они были временами. Возможно поэтому, чувствуя сомнение в юноше, Император удобрил плодородную почву семенами ещё большего раздрая, плавно подводя к переходу избранного на свою сторону. Уход из Ордена и без этих стараний был неизбежен, во всяком случае так думалось, лишь ради Оби-Вана Скайуокер старался, но слишком поздно понял, что всё зря и теперь старался исправить хоть что-то из своих ошибок. Однако услышав шум и посторонний голос, он вынужден укрыться в темноте. Не думал Энакин, что кто-нибудь ещё отважится вернуться в храм. Где-то отдалённо, по краю сознания скользнула тень сомнения, ведь голос показался смутно знакомым. Голубое лезвие меча выдавало джедая или того, кто убил джедая и забрал его оружие себе, поэтому обнаруживать себя в Силе ему не требовалось. Ступая почти бесшумно приближался к мужской фигуре, поджимая губы. Лгунов джедаев здесь ему лишь не хватало, за столько месяцев то после их разгрома. Однако тот, кто резко обернулся, назвав его по имени скользнул воспоминаниями в памяти. Такого быть не могло. Живой, здоровый Оби-Ван, стоял прямо перед ним не дымкой Силы не обманом зрения. Энакин мог поклясться что чувствовал тепло его руки болезненно затаив дыхание. Если это какая-то шутка его обезумевшего от горя воображения, наказание за грехи, то это очень жестоко. Ему безумно захотелось прижаться щекой к этой руке, закрыть глаза и просто вспомнить как было раньше, ведь более правдоподобной иллюзии он ещё не встречал, но Энакин боялся. Что дымка пропадёт, исчезнет бесследно и вновь оставит его один на один с открывшейся раной на душе и сердце. Казалось бы, уже там нечему страдать и так сжиматься, но значит есть, если хоть капля искорёженной души ещё болела. "Оби-Ван! Как же я давно не слышал этого имени", - взгляд провожал стремительно ускользавшую фигуру и что-то в нём самом толкало вперёд, чтобы догнать, остановить, спросить о том, кто он такой и почему обличье его наставника выбрал, ведь храм заброшен уже несколько лет и притворяться кем-то нету смысла. Последовал за ним незримой тенью, быстро нагоняя и от беды оберегая рывком назад, к себе, ведь успел изучить расставленные здесь ловушки и знал, какая где находится и даже если это обман разума какой-то, то всё равно не может "Оби-Вану" погибнуть. "Возможно это шанс на искупление? Но почему сейчас? При чём здесь дети",- он мало, что понимал и ещё меньше стал, когда услышал, что он погиб три года назад.
- Что делаешь ты здесь, джедаев больше нет? - Сказал вдогонку, отбрасывая тёмную материю плаща. - Ты не Оби-Ван! - Отказывался он верить в это, следуя за "призраком мужчины", что так похож был на его покойного мастера.

[nick]Anakin Skywalker[/nick][status]если зло, почему так горячо[/status][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Энакин Скайуокер</a>[/nm][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/798/20017.jpg[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/798/980592.jpg[/sign]

+2

4

Трудно было разорваться прямо сейчас. С одной стороны у него была цель - отыскать двух маленьких детей, и в данном случае было не столь важно, чьи это дети, потому что они в любом случае где-то здесь вдвоем, замерзшие и напуганные, совершенно незнающие что делать. Ни один ребенок не должен быть брошен в таком жутком месте. Храму были сотни лет. Больше тысячи или даже нескольких, за это время здесь успело произойти такое множество событий, что неудивительно, что кто-то оставил после себя такое. Влияние Силы здесь было колоссальным, и едва ли Орден мог просто совершить легкую прогулку для того, чтоб прибраться, даже если все джедаи Совета со всеми своими нынешними и бывшими падаванами соберутся для этого. Более того, неизвестно, к каким бы последствиям это привело. Испытания достались ему на коротком участке пути, Кеноби понимал, что впереди его могут ждать еще сотни коридоров и множество уровней вглубь под землю, а он, несмотря на свою глубочайшую скорбь, считался одним из самых стойких духом в Ордене.
Уже став магистром, он много времени посвятил изучению древних путей дже'дайи, предшественников джедаев с планеты Тайтон, живших около тридцати семи тысячелетий назад. Это было настолько давно, что о тех временах сохранилось совсем мало, некоторые голокроны хранили в себе кое-какие сведения, но кое-что было разрозненным и противоречивым, как часто бывает, если победитель решает переписать историю в свою пользу. Они сильно отличались от современных, их Кодекс следовал другим принципам, они были куда жестче и по началу даже не использовали световые мечи. Все это было сначала способом отвлечься от потери, а потом действительно увлекло: история, прикосновение к чему-то незыблемому, древнему, важному. Их прародители. Возможно, он сам потомок кого-то из тех древних основателей? Хотя в его семье не было кого-то еще чувствительного к Силе, и он не принадлежал к Кореллианским джедаям, которые жили по своим законам, зачастую династиями, заключая браки и рожая детей, которым передавали свой дар. Но обо всех таких тонкостях и мелочах Оби-Ван узнал далеко не сразу. Орден почему-то воспринимал всех остальных, кто чувствителен, но не следует его правилам, как каких-то еретиков, и отчасти это было так, потому что они были ближе к Темной Стороне, но с другой стороны... с другой стороны пока что из двоих встречных ситхов, один из них был обучен в Храме. Дуку. И после он уже обучал тех, кого находил, таких как Вентерес. А еще Кеноби помнил Ксантоса, который пал, а ведь он тоже учился у Квай-Гона. Статистика как всегда представляла из себя сомнительную картину, особенно во время войны, когда даже такие, как ученицы Винду, Депа, не могли удержаться на стороне света.

Но сейчас эти рассуждения не могли дать чего-то конкретного, для изучения потребовалось бы куда больше времени. И как бы с одной стороны он ни искал детей, с другой рядом стоял некто, очень похожий на его погибшего ученика, но при том ситх, произносящий странные вещи. Отвечать на прямой вопрос он не стал, задавая свой, но как будто ему и не нужно было действительно что-то услышать. Он обвинял своим тоном, голосом, фразой, даже взглядом и всем своим видом, демонстрируя крайнюю степень недовольства. Оби-Ван развернулся, уперев руки в бока. Нельзя было не признать, что для галлюцинации и испытания условный призрак Энакина был слишком реальным. И что он его спас от превращения в остывающий труп. Вот сепаратисты были бы счастливы.
- А ты не Энакин Скайуокер. Или мне лучше сказать Дарт...? - он сделал многозначительную паузу. Перед ним был не джедай. Это был вешний вид настоящего ситха, это они носили такие плащи и доспехи, пусть в темноте и было трудно рассмотреть детали. Это все было так странно, так пугающе. Оби-Ван вот не мог точно сказать, страдал бы он слабее, если бы Энакин выжил, но пал. Вряд ли. Подобное это удар для каждого учителя. Даже представить было больно, как Скайуокер преклоняет колено перед кем-то другим, называет мастером, выражает покорность. А уж зная, как ситхи относятся к своим ученикам... не хотелось еще и думать, что кто-то будет позволять себе вести себя с Эни так, как принято в их учении.
- Мы в подвалах Храма джедаев. Над нами их сотни, - что значили его слова о том, что джедаев больше нет? Это было какое-то странное видение вроде того, что показало ему, где искать сбежавших близнецов? Правда, их он пока что не нашел. Кеноби нахмурил брови и потянулся к мужчине в Силе, а потом сразу охнул, пораженный тем, что ощутил. Это был он. Это определённо был он, он ощущался так же, пусть сейчас искаженный и замутненный темной стороной, но это точно был Энакин. Он не сиял в Силе как раньше, теперь он горел в ней, он был огненным смерчем, и те золотые нити, что были в нем раньше, что были в нем еще в их первую встречу и что свидетельствовали о его возможном падении, высекали золотые искры. Но тело мертвого Скайуокера он лично держал на руках, лично справил по нему тризну, поджигая погребальный костер и навсегда запечатывая свою скорбь о нем в мотыльках памяти, чтоб слушать потом их шепот долгими темными ночами. В его груди рядом с первой раной, полученной после смерти наставника, появилась вторая: Энакин закрылся от него еще после Джеонозиса и начала войны, это потому уже Кеноби понял, что тогда и случился его роман с Падмэ, и таким образом он пытался его скрыть, их Узы истончались, не используемые и заблокированные с одной стороны, но все же не порвались до конца за три года, так что смерть ученика Оби-Ван пережил с мучительной болью.
Разорванные смертью Узы всегда оставляют после себя пустоту, ее невозможно заполнить, исцелить или выдрать из себя, она останется до конца дней. Оби-Ван на пробу потянулся к связи и ощутил на том конце, как ростки силы - испепеленные, черные, почти безжизненные - потянулись навстречу, готовые воспрянуть, воскреснуть и снова стать живым каналом. Поняв это, джедай резко отпрянул, чувствуя на себе касания тьмы, но не это его напугало.

- Как такое возможно? Где я?! - он прижал к лицу ладонь, видя, что Энакин, а это был он, теперь точно стало понятно, удивлен не меньше. Кеноби стал припоминать, что же произошло, не выпало ли что-то из памяти, пока он двигался по подвалом, не могло ли так случится, что он оказался где-то... где-то ну очень далеко от дома.
- Оби-Ван, - голос принадлежал Люку, детский, дрожащий, и его присутствие в Силе было отчетливым. Рядом была Лея.
- Люк. Лея. Стойте на месте, - Оби-Ван сорвался с места, на этот раз вовремя самостоятельно прикрывая себя мечом классическим оборонным приемом из Соресу, и оказался рядом с детьми. Уставшими, испуганными, но живыми и невредимыми. - Как вы меня напугали! И зачем вы ушли сюда?! - впрочем, он был буквально в нескольких шагах от Энакина-ситха, который... не отставал.
- Мы просто гуляли... мы заблудились... а кто это? Я видел его, только он был статуей, - Люк говорил о статуе в зале памяти. Но Оби-Ван не торопился отвечать, прижав детей к себе и испытывая облегчение от того, что нашел их, наконец-то. И судя по близнецам, все же Оби-Ван был дома. Если только их троих не занесло куда-то. Но они не узнают правды, пока не окажутся наверху.
Будто вторя его мыслям, подземный толчок покачнул их и стены, сверху что-то осыпалось и упало. Оби-Ван спрятал на пояс меч, оставляя их в темноте, но хватая детей на руки. Зато отлично светились желтые глаза, по которым местоположение ситха угадывалось сразу.
- Надо уходить отсюда, - озвучил Кеноби очевидную мысль. - Посвети нам? - это была просьба. Но уходить нужно было отсюда всем, потому что следующий толчок не заставил себя ждать, и они сорвались с места. Как будто выполнили какую-то миссию и теперь стремительно уносили ноги. Ведь сколько раз такое бывало? Но только пепел Скайуокера был давно развеян, а сейчас дорогу освещал красный меч.
В какой-то момент пришлось сорваться на бег, но чем дальше они оказывались от того места, тем слабее тряслась земли под ногами. В какой-то момент даже показалось, что они прекратились, но Оби-Ван, отпирая дверь из подвалов, не торопился радоваться. Зато им сразу встретился знакомый Кеноби падаван.
- Что происходит? - это, конечно, у него ученики должны интересоваться, а не наоборот, но джедай должен был знать, если на Корусант напали сепаратисты.
- Землетрясение, но только под Храмом. Ничего непонятно. Вас искал магистр Винду... магистр Кеноби, за вашей спиной, магистр... - падаван даже сделал два шага назад, потянувшись к поясу и глядя за плечо Кеноби. Тот кивнул и ответил мягко.
- Я знаю. Забери детей и иди немедленно на улицу. Если здание начнет рушиться, обеспечь вашу безопасности.
- Д-да, магистр, - падаван взял за руки Люка и Лею, торопясь увести и и уйти самому. Оби-Ван развернулся к Энакину, заглядывая в его глаза.
- Похоже, будто джедаев больше нет?.. Откуда ты пришел сюда? Что произошло? - может, вопросы были не совсем точны, потому что Скайуокер и сам пребывал в смятении, что это даже ощущалось в Силе, но с чего-то нужно было начать. К тому же Кеноби искал магистр Винду. А, значит, скоро найдет. Он очень целеустремленный. И до этого Оби-Вану нужно было получить хотя бы немного информации.
Потому что перед ним был его ученик, которого он потерял, по которому страдал и тосковал, пусть падший и надломленный, но это не важно. Какая разница, что его глаза желтые, а меч красный? Кеноби сумеет вернуть его к свету, сумеет отогреть его душу, если только будет знать, что тот хочет. Если только есть какой-то шанс или надежда... если он не исчезнет. Если он только если небольшая возможность, что этот Энакин может стать его Энакином. Может, Сила сжалилась над своим сыном таки образом? Или, напротив, это была изощренная пытка?
- Эни, - голос Оби-Вана стал мягким, каким обычно бывал, когда он хотел сказать ученику что-то хорошее и теплое. Ситх или не ситх, сейчас им было нечего делить, Энакин, очевидно, был не отсюда, но зачем-то Сила его сюда привела. Хотелось бы верить, что лично к Кеноби, но разве такое бывает? Он, скорее всего, оказался тут случайно, и его нахождение здесь сейчас вскрывало раны, которые едва смогли затянуться, заставляя их снова кровить и гноиться. В глазах прорезалась тоска и печаль, внутри разлилась острая, обжигающая боль, его сдавило в тиски, и даже если бы Храм снова затрясся и рухнул, он бы не смог сдвинуться с места, - ох, Эни...
Неужели где-то существовал Оби-Ван, чей кошмар - преклонивший колено перед другим учителем ученик - воплотился в жизнь? Но не это сейчас заботило его. Он хотел сказать, что не сможет помочь, если не будет обладать информацией, но ему стало настолько мучительно плохо, что на глаза навернулись слезы, и пришлось повернуть голову в бок, чтоб сморгнуть их и постараться отпустить свои эмоции в Силу. Только Сила не помойка, которая всегда и абсолютно все примет, не обещая последствий.

[nick]obi-wan kenobi[/nick][status]one more light[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/795499.gif[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/996112.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/776073.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">оби-ван кеноби</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>star wars</fan>Это не сон, это вся правда моя, это истина.
Смерть побеждающий вечный закон - это любовь моя</div>[/lz]

Отредактировано Han Solo (2022-02-01 21:51:45)

+1

5

Сомнений в том, что перед ним Оби-Ван, его учитель и самый дорогой человек, живой и невредимый, не было. Как не было и сомнений в его смерти на Утапау, ведь Энакин сам видел его тело, сам предавал Силе и это не могло быть видением. Ещё никому не удавалось воскреснуть, даже Силе это не подвластно, но собственные глаза сейчас видели его, руки чувствовали не эфемерное нечто, растворяющееся в дымке обмана, а человеческое плечо, ошибки быть не могло. Однако Скайуокер действительно не понимал происходящего. На протяжении длительного времени день за днём он исследовал эти подвалы шаг за шагом, изучал ловушки и находил странные артефакты, о которых в базе данных джедаев и ситхов либо вообще ничего не было, либо крайне мало и никаких посторонних существ он ни разу здесь не встречал. Император вполне мог догадываться, чем занят его ученик и правая рука, дабы подпитать себя и окончательно сломить Скайуокера он не нашёл ничего лучше, чем заставить страдать того, кого сам именовал как...
- Вейдер, - отчётливо произнёс Энакин. С этим именем он живёт уже слишком долго, чтобы позабыть. Этим именем отгородился от той боли, которую приносило джедайство с его бессилием и стереотипами. Это имя он заставил себя забыть, потому что в нём молодой человек слышал голос Оби-Вана. Дарт Вейдер, так было проще всем и если человек, стоявший сейчас напротив, его в чём-то обвинял, то лишь напрасно тратил свои силы. В опустевшем и очерствевшем сердце больше не было жизни, душа плотно скрыта за доспехами, покрытая паутиной трещин, надломленная и кровоточащая. Больше нет того ощущения стыда или чувства вины за свои действия,  нет долга перед Орденом и перед самим собой, всё, что было Энакину дорого он потерял. Так глупо. Поддавшись сладким обещаниям канцлера Палпатина он, вместо того, чтобы быть рядом с бывшим учителем, искал для него спасение в древних свитках и голокронах. Потому что верил и любил, всем своим чёрным сердцем, в котором тьма клубилась ещё с Татуина. И что ему оставалось, если предал доверие и любовь, преклонил колено перед тёмной стороной, приняв новое имя. Даже если месть свершится и Император падёт к ногам холодным трупом, это не вернёт Оби-Вана и не исправит совершённого зла. И может быть тот, кто стоял сейчас рядом был для него наказанием? Совестью? Или просто плодом больного сознания, затуманенного горем даже спустя три года. Всё могло быть. Вот только для собственной совести у Оби-Вана слишком сильна чувствительность к Силе, это ощущалось даже без каких-либо усилий. Скайуокер сильно удивился, почувствовал его мягкое касание по внутренней связи, существовавшей некогда и довольно сильной даже после завершения ученичества, и не стал препятствовать. Соблазн вновь почувствовать себя хоть на секунду как прежде оказался слишком велик, но он не подумал о том, что "увиденное" в Силе ужаснёт человека с внешностью Оби-Вана. Конечно, теперь всё изменилось, изменилась и Сила, это неизбежно. И вряд ли найдётся правильный ответ на заданный вопрос, Энакин и сам не понимал, что происходит, чувствовал перемены и множественные нити чистой светлой Силы, а этого быть просто не могло, не в его реальности. Не было смысла и дальше стоять в подвалах храма, хотелось выбраться из них и увидеть лицо любимого человека не в тусклом свете светового меча. Коснуться его, заключить в крепкие объятия и пусть потом он растает как дым, оказавшись плодом горестного воображения, но только не здесь. Послышался посторонний детский голос. Оби-Ван звал их по именам, но эти дети..они были чувствительны к Силе. Юнлинги? Не может быть! Энакин сам убил всех до одного. Видел их тела, разбросанные хаотично по одному из залов для занятий в храме. Они даже не защищались. Что же тут происходило?
Скайукер молчаливо наблюдал за тем, с какой заботой и любовью Оби-Ван нянчился и детьми, но даже не пытался развивать эту тему дальше, потому что вариантов могло быть великое множество и не факт, что среди них был истинный. Если реальность действительно изменилась каким-то образом и в ней жив его учитель, то эти дети могли бы быть его. Здесь всё могло быть иначе, поэтому делать выводы слишком рано. "Значит Энакину Скайуокеру поставили статую после его гибели?", - а ведь он и был Скайуокером, был хорошим человеком и талантливым джедаем когда-то. Серде в груди сжалось на миг. Оказывается, оно ещё способно болеть. Неожиданную встречу со стоим прошлым или альтернативным настоящим прервали подземные толчки. Ранее, сколько он себя помнил, подобного не происходило, Корусант в принципе не был сейсмически нестабильным, просто не мог быть таковым, а тут... В кромешной тьме глаза Вейдера выглядели ещё более пугающими, потому что оказались восприимчивы к ней и когда световой меч бывшего наставника погас молодой человек не испытал ничего, что мог бы будучи джедаем. Он не разделял тревоги тех, кто находился поблизости, но помочь не отказался. Багровое лезвие его светового меча с шипением и мерным гудением рассекало тишину, подсвечивая всё вокруг небольшого радиуса красным светом. Он буквально почувствовал, как дрогнули дети, очевидно они ощущали тьму ситха. И пусть Энакин не был ситхом по природе рождения, а его родной мир отнюдь не Коррибан, но светлее от этого его Сила не становилась. Но даже так, отказать в помощи не сумел, двигаясь немного впереди, подсвечивая дорогу, зная её досконально. Несколько раз приходилось крепко хватать Кеноби под руку и уводить в сторону, дабы избежать неприятных последствий для него и детей, но в целом до тех пор, пока не достигли выхода из лабиринтов под храмом. Дневной свет ослеплял так, что пришлось на время прикрыть глаза рукой, оживлённость вокруг потрясала, Вейдер уже давно не видел в этом месте жизни, привык к пустынным тихим коридорам, ощущая контроль над ситуацией, сейчас его не было. Падаван, живо повествовавший о землетрясении узнал его, потянувшись за световым мечом, но ситх был готов к любому повороту событий. Его колючий взгляд исподлобья словно пронзал насквозь, от ауры веяло незримой угрозой и у падавана не могло оставаться сомнений в том, кто перед ним стоит. Оби-Ван поступил мудро, отправив детей вместе с этим юношей, Скайуокер напоследок успевает заметить пшеничного цвета волосы мальчишки, какими были его когда-то очень и очень давно. А за одно, пока выдаётся свободное мгновение окидывает взглядом храм. Он не такой, каким его помнил Энакин, когда входил последний раз. Каждый уголок здания дышал Силой и жизнью, болезненным уколом напоминая о тех далёких временах, когда ещё не был связан тьмой по рукам и ногам.
- Магистр Винду жив? - Не смотря на сложные межличностные отношения с магистром в прошлом, Энакин пребывал в странном состоянии, когда не знал: рад он этой новости или нет. Воспоминание заново прокрутило события прошлого, как именно умер Мейс Винду, что пришлось ему пережить в последние мгновения и как после этого преклонил колено перед бывшим канцлером Палпатином и Императором и учителем в настоящем. Откровенно говоря, встречаться с ним Энакин не горел желанием, хотя и понимал, что это совсем другой Винду, как другое всё вокруг.
- Этого не может быть. Джедаи исчезли, я видел. Я не понимаю как..., - умолк, так и не договорив, вешая на пояс световой меч Скайуокер качнул головой, словно отрицая то, что с ним происходило сейчас, - приказ 66 был приведён в исполнение, в живых никого не осталось. Не должно было, - попытка осмыслить новую информацию терпела крах, ничего не сходилось, словно его реальность, в которой жил никогда и не существовала или знатно откатилась назад, вот только мальчишка сказал, что видел статую. Энакин решительно направился по коридору, желая самолично убедиться в её наличии, но, почувствовав горечь Оби-Вана не сумел уйти, стремительно сокращая с ним расстояние. Хотелось вновь заключить его в объятия, настолько крепкие, которые не смог бы разрушить даже Император, но всё, что он сделал - повернул лицо бывшего наставника за подбородок к себе, осторожно смахивая горечь потери свободной рукой, затянутой в чёрную кожаную перчатку. Огладил большим пальцем щёку, испытывая смутные чувства нежности и тепла к этому человеку, вернее к тому, которого любил.
- Ещё ни разу в жизни я не видел тебя...таким, - голос понизился, но не перешёл на шепот, Энакин однозначно обращался к "своему" Оби-Вану, но смотрел в глаза именно этого, что сейчас стоял рядом и его боль была настолько осязаема, что невольно чувствовалась и находила отклик где-то внутри. Молодой человек несколько грубовато привлёк мужчину к себе, заключая в крепкие объятия, укрывая плащом от всего мира сразу, скользнув по шее пальцами своей руки, а не протеза, запуская их в мягкие пшеничные волосы с медным отливом, пока не накрыл затылок ладонью. Он не мог видеть Оби-Вана в этой светлой скорби, сам скорбел и это туманило эмоциями разум, не позволяя от себя отстраниться. "Я скучаю так сильно!", - мысли сами собой клубились в голове вокруг единственного человека. Скайуокер позволил себе закрыть глаза, дабы ощутить Силу Оби-Вана, его тепло, согревающее его замерзшую душу, его запах и дыхание. Так больно. Почему даже после трёх лет всё ещё больно?, - я думал, что смогу тебя спасти, но ошибся, - голос совсем не изменил тональности, такой же вкрадчивый и негромкий, - мой Оби-Ван, - сжимает чуть крепче, собираясь простоять так всю оставшуюся вечность.     

[nick]Anakin Skywalker[/nick][status]если зло, почему так горячо[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/798/20017.jpg[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/798/980592.jpg[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Энакин Скайуокер</a>[/nm]

+1

6

С одной стороны, он не должен был выпускать пришельца-Энакина из виду, с другой ему нужна была небольшая передышка. Буквально несколько секунд, и он собирался последовать за ним, очевидно, знающим, куда идти. Это совершенно точно был Скайуокер, потому ему были прекрасно знакомы коридоры Храма, просто он был не отсюда, а еще потерял своего учителя, как сам Оби-Ван - ученика, потому что на месте связи у того тоже остались оборванные нити, как это бывает в случае смерти одного, и потому они так охотно потянулись и вцепились в его собственные, и их касание Кеноби все еще ощущал. Это было просто невероятно само по себе, но еще и противоречило всем правилам и законам использования Силы: не может быть джедай и ситх связаны. Про многие аспекты Уз Силы были известны лишь крохи информации, видимо, потому что что-то подобное, кроме боевой медитации и ученической связи, которая имела ограниченный спектр, считалось чем-то вроде проявления привязанности. Или потому что это давалось в освоении далеко не всем.
Но только Энакин никуда не ушел - развернулся и оказался напротив Оби-Вана, который пытался справиться с тем, что поднималось внутри. Было ли это как-то связано с прикосновениями к темной стороне, или это все - боль его собственная, исключительная, как бы говорящая, что так себе из него джедай. Прав был Квай-Гон, когда не хотел браться за его обучение.
- Ты и не должен был... - так же тихо ответил Оби-Ван, заворожено глядя в желтые злые глаза. Они сулили всеми миру крах, страх и ужас, но сейчас смотрели без угрозы, внимательно, печально. Смотрели на него. Джедай не знал этого ситха, не знал всех его жестов и ужимок, но, казалось, что и без того сможет считать любые изменения в его настроении. Он не мог точно сказать, что именно имел ввиду своим ответом: то ли свое стремление всегда быть идеальной опорой и фундаментом для своего ученика, не смея при нем проявить слабость, то ли о том, что они и видятся с ним впервые, потому что их миры отличались. Потому что Энакин говорил странные слова о смерти и удивлялся тому, что Мейс жив.
От прикосновения пальцев к щеки, пусть и в перчатке, внутри что-то окончательно надломилось, и Оби-Ван рвано выдохнул. Хотел бы он знать, зачем и этот Энакин так его мучает, пусть и не знает об этом. Как когда-то мучил его ученик, совершенно этого не понимая. Скайуокер обхватил его руками и притиснул к себе, и пусть в этом жесте совсем не было нежности или трепета, с какими бы обнимался с ним сам Кеноби, но зато он был самым искренним в мире. Джедай, не задумываясь, что делает, уткнулся лицом ему в шею - она была не скрыта доспехом, а еще разница в росте была для этого идеальной. Кожа у Энакина была горячей, и даже пах он знакомо, хотя джедаю редко удавалось оказаться с ним настолько близко, чтоб чувствовать собственный запах тела.
Когда он мечтал о том, чтоб бывший ученик обнял его так - крепко и надежно, не мимолетно при встрече после долгой разлуки, радуясь увидеть знакомое лицо среди череды сражений, смерти и крови, а долго, чувственно, с желанием быть ближе, поделиться теплом и лаской, не отпуская и не отталкивая от себя, а прижимая только крепче. Но, увы, его желаниям не суждено было сбыться, и он затолкал их как можно глубже после одного случая еще в начале войны. Они тогда вернулись на Корусант, высадились, и Оби-Ван несколько задержался на корабле, потому случайно стал незаметным свидетелем, как под сводом колон Энакина дожидалась Падмэ, и как ее он обхватывал своими руками. Кеноби и раньше догадывался, но подтверждение резануло по сердцу, и он поспешил скрыться из ангара, а единственная мысль внутри была о том, как же ему больно.
Но не настолько сильно, как когда его любимый мальчик умирал у него на руках, а Кеноби совершенно ничего не мог с этим поделать. Эни говорил ему то, что он так мечтал услышать раньше, просил позаботиться о ребенке - не Падмэ, только о ребенке - говорил, что сольется с Силой и всегда будет рядом с ним. Оби-Ван просил его не умирать и не оставлять его, но это все было бесполезно. Слез не было тогда, они пришли позже, они бы хотели найти выход и сейчас, но джедай не хотел залить ими чужую одежды, потому глубоко вдохнул и выдохнул, крепко сцепляя руки на чужой талии. Доспехи ситха были неудобными для таких проявлений чувств, но сейчас даже они не мешали.
А Связь работала, потому что мысль о том, что он очень скучает, пусть и выражала его эмоции, но определенно принадлежала в данный момент не ему. "Я тоже, Эни, я тоже", - подумал он в ответ, не передавая ее целенаправленно. Может, ему показалось? Но если нет, то Скайуокер услышит.
- Энакин, - он зажмурился и расслабился в его руках, и кто бы мог ему сказать, что он когда-то почувствует себя настолько спокойно в объятиях ситха! - тише, мой хороший, я тут. Я с тобой, - обращение и какое-то странное выражение собственничества отдались дрожью в теле, и все нутро отозвалось согласием. Да, он совершенно не против быть его Оби-Ваном, и пусть все остальное окажется страшным и ужасным сном, потому что в данный момент они были тут, настоящие, чувствующие друг друга не только физически, но и в Силе.
- Эни, мой дорогой, - он принялся медленно и успокаивающе гладить его по спине, потому что отчетливо ощущал еще и чужую боль, и прочное желание всегда заботиться и поддерживать Энакина в трудных ситуациях ожило и подняло голову, невзирая на обстоятельства. Раньше он бы не позволил себе делать это настолько открыто, тем более он вообще не позволял себе лишних прикосновений после того, как узнал о романе бывшего ученика с сенатором Амидалой, но сейчас они уже были тесно сплетены друг с другом. Он стоял в руках не того наивного, но сильного юноши, даже не в руках бесстрашного генерала, этот Скайоукер был старше, сильнее, его мощь, казалось, можно было потрогать, он говорил уверенно и твердо, и ничто не заставляло его сомневаться. Ничто. Но его душа так же трепетала под грузом чувств, и Кеноби, несмотря на всю тьму, ощущал, что она там есть и откликается на него. Он постарался аккуратно окутать мужчину своим светом и теплом, обещая поддержку и спокойствие. И он был благодарен ему: этот Энакин, зовущий себя Дартом Вейдером, всего за несколько минут дал ему то, чего так мучительно не хватало последние несколько лет.

- Оби-Ван?! - громкий крик вырвал его из окутывающего тепла, джедай вздрогнул, но отстранился не сразу. Точнее, он просто оторвал голову от горячей шеи посмотрел на Винду, спешащего к ним с той стороны, куда ушел недавно падаван с Люком и Леей. Кажется, он и сообщил, что видел Кеноби здесь. - Скайуокер?! - на лице Мейса отразилось изумление, хотя его в принципе мало что могло удивить в этом мире, - ситх!
В Силе теперь ощущалось возмущение, причем с двух сторон, и джедай снова погладил Энакина по спине, призывая к спокойствию. Он не просто был заключен в его объятиях, но еще и укрыт плащом, практически полностью огороженный от остального мира. Он должен был ужасаться такому положению вещей - темная сторона стояла с ним вплотную - но ему было хорошо. Просто и банально хорошо. Он любил Скайуокера безответно и беззаветно, как может любить джедай, и то, что происходило сейчас, едва ли поддавалось разумному объяснению, но он и не хотел ничего объяснять. Позже. Он позже подумает о словах о том, что все джедаи мертвы, что приказ приведен в исполнение, что Энакин хотел его спасти, но не сумел. В этих коротких фразах было скрыто больше ответов, чем казалось на первый взгляд.
- Мейс, - Оби-Ван коротко кивнул и взял себя в руки: вот уж ему он точно не будет показывать свои слабости. К тому же ему показалось, будто Сила - не его, чужая - обернулась вокруг будто кокон, и ему даже не требовалось ставить ментальные щиты, чтоб огородить себя от возможного поползновения Винду. Тот это, видимо, тоже ощутил, но он в принципе не знал, чем удивляться. Живому Скайоукеру, Скайокеру-ситху или члену Высшего Совета джедаев, обнимающегося с этим Скайуокером.
- Ну, ситх и ситх, - твердо объявил Оби-Ван и сам удивился, как уверенно это прозвучало, - зачем кричать-то на весь Храм? И так все встревожены. Это не наш ситх, которого мы ищем, и учитывая определённые обстоятельства, полагаю, что имело место быть сопряжение миров. В любом случае, мы должны во всем разобраться. Спокойно, без эмоций.
- А ты сейчас этим и занимался? - в голосе Винду так и сквозила тонна ехидства, и его не сложно было понять, учитывая обстоятельства, в которых он застал их двоих. - Без эмоций.
- Туше, - иногда уступить оппоненту в паре мелочей это тоже часть успешных переговоров, - и тем не менее, не вижу поводов хвататься за мечи. К тому же он, - Оби-Ван припомнил, как во время их подъема с детьми Энакин пару раз оттаскивал его и прикрывал, - трижды спас меня, пока мы были в подземельях.
- Что вы там делали?
- Мы там и встретились. Вышла немного неудачная ситуация с Люком и Леей: похоже, они убежали туда, но с этим еще предстоит разобраться, возможно, это все не случайно.
- Люк и Лея, - Мейс очень понимающе покивал головой и посмотрел прямо на Энакина, как будто этим взглядом выражал все свое недовольство поведением мелких сорванцов именно ему. Благо, ничего не стал говорить о генах. Он не мог не признавать, что генерал Скайуокер был отличным джедаем, но, кажется, после его похорон вместе со скорбью выдохнул еще и спокойно, пока не понял, что на замену одного у него теперь появилось целых двое.
- Думаю, что это может быть связано с подземными толчками, - добил Кеноби. Все это время он не переставал двигать рукой по спине Энакина и мог честно сказать, что делает это не столь ради спокойствия ситха, сколько потому, что ему просто нравилось.
- Хорошо. Соберем совет, - Оби-Ван чувствовал, что Мейс в сомнениях, но с ним всегда была эта его загадочная способность видеть точки уязвимости в Силе. Вероятно, некоторые решения, которые он принимал, были порой продиктованы именно ими, хотя он сам до конца не был уверен. Сейчас ему нужно было еще проверить, что все целы, и все в порядке, раздать указания, так что провожать и присматривать за Ситхом было дело Кеноби. Ну, или Скайуокеры в принципе были его делом. Винду оставил их, напоследок еще раз внимательно заглянув в желтые глаза. - Может быть... вы прекратите?.. - он неопределенно повел ладонью в воздухе, но тут же махнул ей. Все же эти объятия были за пределами его понимания, так что он просто ушел.

Толчки действительно прекратились еще в тот момент, когда они только выбирались из подземелий и больше не повторялись. Это вселяло надежду, что одной проблемой на данный момент меньше.
- Что же... помню твою нелюбовь, - ему почему-то казалось, что Энакин вдруг не скажет ему о том, что обожал общение с магистрами, - необходимо поговорить с Советом и понять, что произошло, - как ни странно, но при том Оби-Ван по-прежнему не дернулся, - и сулит ли это какие-то последствия, например, для твоего физического состояния. Я впервые сталкиваюсь с подобным. Но сначала нам бы стоило это обсудить... вдвоем. Если ты не против, пока мы идем, - Кеноби говорил тихо, зная, что Энакин его услышит. Звать его Дартом Вейдером язык не поворачивался.
Он нащупал его правую руку и сжал, понимая, что ощущает под перчаткой твердую дюрасталь, а не живую плоть.
- Похоже, наши миры мало чем отличаются, но в моем погиб ты, а в твоем я, - Оби-Ван, конечно, не мог не отметить, что Скайуокер не был хоть как-то расположен к своим детям, но, возможно, это были всего лишь последствия перехода на темную сторону, не более того. - Ох, Эни... обещаю, мы со всем разберемся. Можешь не сомневаться, дорогой, но пока что лучше нам сохранять твое пребывание здесь инкогнито. Так что, если ты не против, давай переоденем тебя? Пойдем ко мне.

[nick]obi-wan kenobi[/nick][status]one more light[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/795499.gif[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/996112.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/776073.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">оби-ван кеноби</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>star wars</fan>Это не сон, это вся правда моя, это истина.
Смерть побеждающий вечный закон - это любовь моя</div>[/lz]

Отредактировано Han Solo (2022-02-12 03:29:02)

+1

7

Вряд ли Энакин мог с уверенностью сказать, что понимает реальность вокруг. Он ощущал столько Силы вокруг, той самой, которая когда-то струилась и по его венам, столько жизни. Храм буквально дышал ею, совсем не такой, как его, мёртвый, застывший бездушной грудой древних камней как последнее свидетельство существования джедаев. Здесь всё было не так, как в его мире, но здесь был Оби-Ван. Живой, тёплый, любимый и этого хватит. Не нужно Империи с её подданными и безграничной силы, если нельзя сохранить одну единственную жизнь. Такой хрупкой, но очень важной. И да, Скайуокер понимал, что этот Оби-Ван не его Оби-Ван, потому что голокрона с данными, которые помогли бы его вернуть к жизни, ситх так и не нашёл, но в тоже время просто не мог себе отказать в объятиях. Ответная реакция слишком желанная, чтобы не прижать к себе сильнее и не закрыть глаза, растворяясь в конкретном времени и конкретных объятиях. Он мог себе позволить тянуться к этому человеку всей своёй чёрной душой, задерживать дыхание всякий раз, когда слышал голос и чувствовал вибрацию в нитях Силы. Так приятно и, вместе с тем, болезненно слышать давно забытое к себе обращение "Эни" и страшно просто поверить в реальность происходящего. Возможно всё это не более чем плод его больного воображения, его желаний и стремлений последние несколько лет и стоит всего лишь проснуться, чтобы вновь ощутить пустоту в душе, бездонную, всепоглощающую и холод. Без него...
Скайуокер сжал пальцы на туниках Оби-Вана крепче, не желая ничего менять даже тогда, когда услышал до боли знакомый командирский тон Мейса Винду. О, то, что это был он  не стоило даже сомневаться, его голос Энакин не спутает ни с одним другим, потому что именно от Винду ему, в своё время, прилетало больше всего придирок и недовольства. Порой, критиковали Скайуокера так часто, что потом требовалось время на восстановление морального состояния, благо Оби-Ван всегда был рядом, без него ничего бы не получилось. Вот только сейчас Мейс вряд ли был ему указ. Возможно в бою их сила была бы до сих пор не равна, однако в своё время её вполне хватило, чтобы отрубить руку и выбросить из окна здания Сената. Так что ждать подчинения не стоит. Вместо того, чтобы отпустить Оби-Вана, Вейдер лишь молча посмотрел исподлобья на магистра джедаев, готовый в любой момент обнажить клинок и схлестнуться в битве. Он уже не тот мальчишка, что расстраивался о мелочам и возводил в крайнюю степень свои переживания и страхи, и тем более не получится воззвать к совести, пристыдив. Пусть слабые скрываются по углам, давя в груди пылающие чувства, а он не станет, потому что знает цену им. И не сказать, что действия Оби-Вана сейчас могли как-то повлиять на ситуацию, уж слишком глубоко погряз бывший джедай во тьму, но так хотя бы можно понимать, что Оби-Ван совсем не против продолжать. Он не пытался объясняться с Мейсом или оправдываться, стараться отойти на безопасное расстояние от Вейдера, чтобы не приведи ситх запятнать свою репутацию и это много значило. А вместо этого продолжал поглаживать о спине, словно маленького, призывая сдержать свои порывы, быть спокойным и вдумчивым, а также не принимать слова близко к сердцу. И Энакин воздвиг такие ментальные барьеры, которые не сломать никому, хотя в разговор двух магистров не влезал. Не терял ни капли контроля над ситуацией, готовый в любой момент быстро и без разговоров оттереть Оби-Вана себе за спину, потому что не позволит больше ни одному волосу упасть с его светлой головы. Однако разговор проходил в рамках необходимой безопасности. И хотя некоторые фразы бывшего учителя его невероятно удивили, об этом Энакин выскажется позже, когда Винду соизволить уйти. Вот только, не взирая на расстановку сил и личностное отношение каждого к сложившимся обстоятельствам, Энакин в глубине души ощущал некоторое облегчение. Он никогда по-настоящему не желал магистру Винду или кому-нибудь ещё смерти, напротив, когда канцлер Палпатин перестал скрывать своей принадлежности к тёмной стороне, молнией поражая раз за разом тело магистра, Вейдер испытал горечь, не желая смерти ему. Если бы не смерть, грозившая Оби-Вану и страстное желание спасти его, страх потерять дорогого человека, Вейдера никогда не существовало бы. Вот только уже поздно жалеть о том, что было и что прошло.   
Собрание Совета отнюдь не радовало. Бесполезная трата драгоценного времени на пустую болтовню. Похоже в этом мире ничего не меняется, оставаясь по-прежнему наивным. Интересно, магистры всё также собирались бы в зале совета, чтобы переговорить о проблемах насущных зная, что собственная армия клонов уже на подступах к храму? Что джедайству пришёл конец, они проиграли. Пора жить своим умом, а не полагаться на коллективный, принимать последствия за свои действия, а не чужие приказы. Быть Совету или нет вовсе не его забота, выступать тренированная ковакианская обезьяноящерица, чтобы развлекать магистров по первому требованию. Однако Оби-Вану удалось привлечь внимание Вейдера к себе от тягостных неприятных мыслей и посмотреть в лицо. Сжал пальцы бывшего мастера механическим протезом, поднеся к своим губам, чтобы поцеловать.
- Оби-Ван, мне не нужен Совет и его мнение. И я ни от кого не прячусь, ты жив и это главное, - Скайуокер не собирался задерживаться в этом месте, налаживая быт и искупая вину за содеянное. Не собирался преклонять колено перед Советом и не ждал прощения, и вновь служить джедаям не станет, слишком многое узнал о них. Слишком много безвозвратно прошло времени, стать вновь наивным юнцом, рвущимся в бой уже не получится. Быть  может единственное, ради чего стоит здесь задержаться - Оби-Ван. Он должен пойти с ним, потому что ощущает ответные чувства, его заботу и любовь. Энакин не сможет оставить его одного здесь и уйти, а потом всю оставшуюся жизнь мучить себя воспоминаниями и ещё сильнее погружаться во тьму. Однако была и ещё причина, ради которой, Вейдер таки предстанет перед Советом, потому что не позволит этому миру разрушиться также, как его собственному. И если для этого придётся переодеться, да будет так. - Скрыть моё присутствие не получится, слишком многие помнят вашего джедая Скайуокера в лицо и в Силе. - Вейдер даже не подумал о том, чтобы сдвинуться с места или разжать объятия, освободив уже Оби-Вана от обволакивающей черноты плаща, да и ментальные щиты по-прежнему стояли, ограждая их двоих от остального мира. Может быть это и к лучшему, что его собственная версия этого мира погибла и не будет того хаоса, что окутал не только Корусант, но и всю Галактику после становления Империи. Никто не сможет сыграть на избранности и манипулировать чувствами, хотя...- Ты по-прежнему надеваешь мои вещи и спишь обнажённым? - Было не понятно, серьёзно говорил Вейдер или нет, он не знал, что Энакин этой реальности женился на Падме и жил вместе с ней, а не с Оби-Ваном в одних апартаментах, поэтому делал предположения исходя из собственных интересов и воспоминаний. Скорее ему нравилось видеть смущение, смешанное с удовольствием на лице любимого человека, хотя, после всего, что между ними происходило, казалось бы и смущаться нечему, но Оби-Ван всегда умел удивлять. Собственное счастливое прошлое накрыло Вейдера с головой, позволяя вновь ощутить себя живым, вот только кто сказал, что Оби-Ван этого мира разделит эти ощущения Он потянулся было поцеловать своего мастера, но почувствовал, что в текущей обстановке сделать это не получится. Им постоянно будут мешать джедаи и ученики, сновавшие по коридорам храма и просто любопытные глаза, а ведь прикосновение к этим губам столь желанно, что мешать этому просто запрещено.
- Пойдём отсюда, иначе на меня так и будут пялиться, - он нехотя выпустил из объятий, но не отпуская руки, зашагав в том направлении, где когда-то была его и мастера комнаты. После смерти Оби-Вана Вейдер всего лишь один раз был там, не мог видеть всех этих вещей, чувствовать запахов и понимать, что теперь это в прошлом, их хозяин уже никогда не возьмёт в руки, а весь алкоголь бара так и останется не выпитым в напоминание живым о том, что некогда это были неприкосновенный запас одного славного джедая. Сейчас же вернуться туда будет намного легче, ведь Оби-Ван не воспоминание, а живой человек из плоти и крови.   

[nick]Anakin Skywalker[/nick][status]если зло, почему так горячо[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/798/20017.jpg[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/798/980592.jpg[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Энакин Скайуокер</a>[/nm]

+2

8

Оби-Ван завороженно смотрел на то, как Энакин берет его руку в свою и подносит к губам, мягко прикасаясь ими к коже. Это было что-то одновременно приводящее его в замешательство и дарящее чувство тепла и радости. Такого между ними никогда не было, это было что-то новенькое, хотя и такие объятия между ними раньше не происходили. Разве что когда-то в детстве юного падавана, когда он искал в учителе защиту и поддержку, оставшись вдалеке от матери. Когда он подрос и потерял необходимость в этом, их физические контакты существенно сократились: Оби-Ван ценил чужое личное пространство так же, как и свое, уважительно относился к ученику, не пытаясь инициировать что-то самостоятельно, не видя в этом потребности со стороны Скайуокера.

- Эни... - он вдохнул воздух и сбился, переводя взгляд со своих пальцев в чужой руке, на губы Энакина и к его глазам, но понял, что от него ждут каких-то ответов, и он не влюбленная юная леди лет пятнадцати, чтоб терять дар речи, - мне совершенно очевидно, что тебе не нужно мнение Совета, - трудно было не заметить его желтые глаза и броню ситха, - но ни ты, ни я не знаем, что именно произошло, и это может помочь найти ответы. К тому же толчки... надо понять, есть ли между этим связь, и может ли быть повторение. Это ведь вопрос эвакуации всех обитателей Храма.

Как члена Совета, его все же беспокоил данный вопрос. Как минимум потому, что он привык быть ответственным за Орден и его обитателей, к тому же тут жили юнлинги, в том числе Люк и Лея, которых он обещал беречь. Еще одно посмертное обещание в его жизни. Но в то же время он не хотел выставлять пришедшего Энакина как музейный экспонат перед всеми и не собирался этого делать, просто без его версии событий собрать общую картину не получится. А что до Темной Стороны... что же, он будет тверд в своих словах о том, что раз он не из их мира, то и не может быть тем ситхом, которого они ищут, а, значит, это и не должно быть предметом обсуждения. Особенно с учетом отсутствия какой-либо агрессии к джедаям. Напротив, Скайуокер достал меч только для того, чтоб осветить им путь из подземелий, в остальном он был довольно уравновешен.

- Тебя можно скрыть в Силе, я полагаю, что ты способен на такое... - Оби-Ван задумался, насколько за три года могли вырасти навыки Энакина, к тому же на темной стороне, но он даже не знал, как давно и почему случилось его падение, - и надеть капюшон... В любом случае, я больше хотел скрыть этот факт от сенаторов и канцлера, - он подумал про Падмэ, и его очень остро кольнула ревность. Не та топящая боль, которую он испытывал раньше, видя их вместе, но в целом чувство было не самое приятное. Как ни странно, но ситх никак не изменился ни в лице, ни в Силе при упоминании сенаторов. Возможно, потому что с Падмэ все было в порядке, и он еще не успел заскучать? К нему он был открыт и благодушен, даже в некотором смысле... нежен? Но это могло быть объяснено тоской по потерянному учителю. Как бы там ни было, они были сильно привязаны друг к другу. Пусть и только платонически.

Они по-прежнему стояли очень близко, и его рука была на спине Энакина, и пусть коридор сейчас был не самым посещаемым, но двое случайных рыцарей уже успели пройти мимо со смесью ужаса и удивления - они видели ситха, но и члена Высшего Совета, укрытых ментальными блоками, и видимо испытывали желание выхватить оружие, но совершенно спокойный Кеноби отбивал желание, оставляя недоумение. Неожиданный вопрос ситха на слова об одежда заставил Оби-Вана вспыхнуть и подобраться.

- Эни! - он выглядел очень возмущенным и смущенным одновременно, потому что... потому что после смерти бывшего ученика, убитый горем и тоской действительно надевал на себя его туники, хранившие родной запах, и спал в них. Он был ниже ростом, и те оказались к тому же очень удобными для этого. Но вопрос в том, откуда этот Сайуокер это знал? Стоило спросить его в какой-то более личной обстановке, а не посреди коридоров Храма, за этим определенно стояла какая-то очень неловкая история.

- Там достаточно подходящей одежды, - несмотря на то, что чаще всего Энакин ночевал в покоях сенатора от Набу, он порой оставался и в их комнатах в Храме. Когда был слишком уставшим, чтоб вообще куда-то двигаться, или когда Падмэ отсутствовала, улетая по своим делам. В любом случае, он хранил личные вещи именно тут, а не у своей жены. Наверное, так было проще.

Они замерли еще на пару минут, просто разглядывая друг друга, и Оби-Вану показалось, что желтизна в глазах Энакина перестала быть такой насыщенной. Возможно, он и обманывал себя, но в то же время был приятно удивлен, улыбнувшись ему и погладив ладонью по взлохмаченным волосам. Энакин чуть наклонился вперед, и Оби-Вану на короткую секунду показалось, что это так похоже на вполне характерный жест, но ничего не произошло, и он запретил себе думать о таком. Сила, возможно, продолжала испытывать его.

- Угу, - он согласно кивнул, неохотно выныривая из объятий, но Энакин все еще держал его за руку и шел уверенно сам, точно зная, в каком направлении двигаться. Он как будто не желал отпускать бывшего учителя, погибшего в родном мире, и Кеноби его прекрасно понимал. Он сам боялся, что сейчас морок вдруг развеется, и выяснится, что ничего этого не было, а он просто стукнулся головой. Но ощущение себя в мире было вполне ясным, потоки Силы улавливались четко, и никаких намеков на нереальность не было.

По пути к комнатам им пришлось поймать еще несколько взглядов, и Оби-Ван согласился с тем, что на Вейдера пялились абсолютно все. В Силе ощущалось чужое смятение, но уверенный Магистр, держащий ситха за руку - совершенно очевидное, что это, наоборот, его держали, и от этого становился теплее внутри - отбивал желание что-либо спрашивать. Кеноби открыл дверь, сразу пропуская Скайуокера к себе - вторая комната, которую занимал погибший ученик, так и пустовала, а Совет, видимо, верил, что когда-нибудь там появится новый падаван до того, как Люк и Лея повзрослеют. Совершенно очевидно было для Кеноби, что этого не произойдёт.

- Вот, - Оби-Ван открыл шкаф, демонстрируя ту секцию, где лежала одежда, - выбирай. Эти три, - он положил ладонь на аккуратно сложенные чёрные нижние туники, - мои, - он постарался звучать ровно и не смотреть Энакину в глаза, чтоб скрыть смущение, - я сделаю каф.

От кафа он и сам не отказался, и Скайукер не должен был, это чай он не любил. А Кеноби хотел дать ему возможно немного расслабиться и подумать о своем, пока он совершает механические движения вроде выбора вещей и раздевания. К тому моменту, как Оби-Ван влил молочную пенку и размешал сахар в кружке для ситха, то уже снял плащ и обнажился по пояс. В глаза сразу бросились следы ранений - подживающие, но еще красные и довольно свежие.

- Энакин, - против воли голос прозвучал строго, - что это? Ты получил их в бою?.. - теперь послышалась легкая надежда. Потому что ранения это неприятно, но получить их, защищая свою жизнь или сражаясь за что-то это одно. Совершенно другое, если это было следствием сложных отношений внутри ситховской ячейки, названной по недоразумению учителем и учеником. Кеноби достал из шкафа флакон с бактой и подошел к Энакину, мягко взяв того за плечо. - Присядь, дорогой.

Он устроился позади, думая, что, может, стоило спросить разрешения, но Скайуокер его не отталкивал. Он, будучи падаваном, от помощи отказывался разве что лет до пятнадцати, и то это было связано с отчаянным желанием показать, что он взрослый и самостоятельный. Тогда Кеноби постарался продемонстрировать, что не относится к нему как к неразумному дитя, и это тоже улеглось.

Джедай зачерпнул пальцами немного бакты и нанес на первое ранение, осторожно покрывая весь след, чтоб не сделать Энакину больнее. Он знал, что из боли, как и из страха, ненависти или ярости, ситхи питают Темную Сторону, но он точно не хотел быть тем, кто ее приносит. Так что все заживающие шрамы он мазал с присущей ему аккуратностью и нежностью. Энакин послушно принимал все касания и, кажется, даже немного расслабился. Оби-Ван, закончив с бактой, обеими руками надавил на мышцы над ключицами и с нажимом провел пальцами вдоль позвоночника, приходя к неутешительному выводу, что его бывший ученик - то есть не его, но практически - очень мало времени уделяет заботе о себе. Он весь был в напряжении, и это явно было следствием постоянно труда без должного отдыха.

Раздосадованно вздохнув, джедай поднялся, чтоб проверить пискнувший комлинк. Он не стал говорить Энакину, что тому нужно больше отдыхать, не зная, как тот может отреагировать, и не воспримет ли он это как нравоучение, которые он так ненавидел в юном возрасте.

- Пойдем, через четверть часа все соберутся, - вообще-то он планировал изначально поговорить, но потратил время на каф, лечение и чувственные прикосновения в тишине. И ни о чем не жалел. Что же, будет ориентироваться на месте. Так что он вручил кружку с кафом Энакину и ладонями постарался пригладить его волосы.

- Мне больно от того, что ты позволяешь кому-то обращаться с собой… неподобающим образом, - эта мысль вертелась внутри и все же была озвучена. Даже попытка представить себе, что кто-то мучил некогда его милого мальчика, пусть он давно вырос, отзывалась собственными страданиями. Если бы он стал свидетелем такой ситуации, то едва ли смог сдержать собственную злость и взялся за меч.

Идти было близко, но Оби-Ван не любил заставлять себя ждать. Они шли по коридору неспешно, когда пророческие способности джедая вновь подтвердились. Им навстречу шла Падмэ собственной персоны, и сначала она резко остановилась, на несколько секунд замирая, а потом спешно бросилась вперед. Оби-Ван же, напротив, остановился, глубоко вдыхая, чтоб унять поднимающуюся бурю эмоций, где старая забытая боль мешалась с ревностью. Перед началом совета нужно было отпустить эмоции в Силу. Он повернулся к Энакину, который, как ни странно, остановился вместе с ним.
- Я могу оставить вас ненадолго.

[nick]obi-wan kenobi[/nick][status]one more light[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/795499.gif[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/996112.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/776073.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">оби-ван кеноби</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>star wars</fan>Это не сон, это вся правда моя, это истина.
Смерть побеждающий вечный закон - это любовь моя</div>[/lz]

+1

9

Вейдер ничего не ответил Оби-Вану. Потому что ему было по сути всё равно, в своём собственном мире история падения ордена и гибель всех джедаев уже стала легендой почти, затираясь во времени. Империя процветает и нет больше войн, нет смертей кроме тех, что необходимы. По сути своей нет никакой разницы, кто стоит у руля: Империя или Республика, это всё равно диктат, только лица разные. Республика постоянно твердит о демократии, свободе и равных правах, но при этом на нижних уровнях самого Корусанта  иной раз творится такое, что даже патрули не рискуют совать носа. Равные права? Ну да, конечно, это равенство отчётливо видно, если сравнивать жителей самого нижнего уровня и самого верхнего и при этом у первых банально нет возможности хоть как-то улучшить свой уровень жизни и перебраться куда-то ещё. Чего не сказать о представителях элиты. Они произносят громкие речи в Сенате, борются за права жителей, которых даже не знают. Они отправляют армии на борьбу со злом, предпочитая защитить себя с помощью других. А что же Империя. Если кто-то считает, что вместе со становлением Империи весь народ сгоняется на каменоломни, тюрьмы, пыточные, то сильно ошибаются. Да, определённо что-то поменяется, законы ужесточаются, однако никто не стремится выкрикивать громкие лозунги, всё намного честнее. А что до джедаев, то они давно перестали быть хранителями мира и справедливости, став инструментом в руках Сената и заложниками политики. Йода, Мейс Винду, Пло Кун и многие другие магистры вынуждены советоваться с канцлером даже не подозревая о великой лжи. Так с чего вдруг Энакин должен благоговеть перед магистрами джедаями зная всё то, что он знал теперь? Ещё до клонической войны он испытывал сомнения относительно некоторых решений Совета, иной раз считал, что джедайство себя изжило, а старые традиции настолько сильно пропитали всех, что никто не видит суровой реальности. Совет осторожничал во многих вопросах, а принятие решений затягивалось, никто не желал вдруг  навлечь на Орден серьёзных последствий, по итогу скатываясь в банальные разговоры с минимумом действий. Галактика уже не могла полагаться на джедаев, каждый выживал по-своему, вот только в этом мире, куда попал Скайуокер всё ещё верили в правильность выбранного пути. И ему не хотелось разочаровывать Оби-Вана, ведь это его мир, его жизнь и вера в истину, а он...он слишком очерствел душой и сердцем, чтобы и дальше позволять себя обманывать сказками.
- Я могу скрывать себя в Силе. Могу носить плащ с капюшоном, но это не может продолжаться долго, - Вейдер всматривался в знакомые и родные черты понимая, что бесконечно долго этот маскарад не сможет продолжаться, а Совет вряд ли согласится на соседство с Ситхом, пусть у него и знакомая внешность, - однако ты прав, нужно разобраться во всём, - хотя бы потому, что ситху необходимо было как-то возвращаться обратно в свой мир и завершить начатое, а на это необходимо время и ресурсы. Не помешает открыть глаза и на этого канцлера. В этом Оби-Ван был абсолютно прав, не стоит раскрывать свою личность раньше времени. К тому же, разве можно вот так взять и отказаться от удовольствия видеть смущение и нежный румянец на бледных щеках бывшего учителя, хоть и не совсем своего. Это был самый обычный вопрос, ведь спал же в одежде Энакина. Оби-Ван мог сколько угодно сводить брови к переносице и придавать своему голосу возмущение, оно вряд ли будет иметь серьёзный подтекст. Энакин не стремился учитывать особенности этого мира, единственный ориентир которого держался в данный момент находился рядом. Его руку он так бережно и крепко сжимал на пути к апартаментам и не мог не заметить, что сердце сжимало тревогой всё сильнее.
- Я знаю, что много, но ты носишь именно мою, - ситх повернул голову, взглянув на Оби-Вана. Остальные джедаи, попадавшиеся по пути не имели для него никакого значения, поэтому и их взгляды, ощущения, изливавшиеся в Силу оставались проигнорированными. Апартаменты встретили ситха наплывом воспоминаний. Он не сразу переступил порог, сжимая руку мужчины чуть сильнее, потому что перед глазами всплывали самые разные картинки из прошлого. В этих стенах прошло его детство и юность, здесь зарождались первые чувства и здесь же они угасли однажды на совсем. Это было так странно: скорбеть о потерянном и в тоже время сжимать руку понимая, что выпал редчайший второй шанс. Такого больше не будет. Энакин ожил только после слов бывшего наставника, переводя на него взгляд, от которого не укрылось то, как бережно мужчина касался туник. Очевидно они дороги для него и с этим спорить никто не собирался, - каф? Как давно я его не пил, - губы тронула бледная улыбка. Ситх неспешно подошёл к шкафу, прикасаясь к гладкой поверхности, переводя взгляд с одной вещи на другую, а ведь он помнил их. Когда-то держал в руках или активно пользовался, казалось, что в каждой скрыта частичка души и себя прошлого, когда ещё не был ситхом. Энакин не видел причины для переодевания, однако всё же снял доспехи, ощущая непривычную лёгкость. За ними последовали туники, обнажая не только корпус молодого человека, но и его настоящего. Иногда всё же стоило напоминать самому себе о том, что прежде всего Скайуокер обычный человек из плоти и крови. Ему нужен не только отдых. Сила ситха делает его почти недосягаемым для ранений и травм, однако на спине и боку виднелись рубцы и следы ещё свежих травм, оставленных там учителем в назидание и напоминание. Император не Оби-Ван, не станет варить каф и беспокоиться о пустяках, для него важно лишь полная и безграничная покорность и власть над учеником. Для Вейдера это уже всего навсего лишь формальность, а заживающие травмы привычный дискомфорт, но не для Оби-Вана. Скайуокер как раз только выбрал для себя тёмную тунику, оборачиваясь к мужчине, вот только давать ответ он не хотел. И дело даже не в том, что признавать жестокость собственного учителя постыдно, просто...парой слов этого не объяснить, а чувствовать к себе жалось от Оби-Вана или кого-то ещё он не хотел. Поэтому оставил попытки натянуть на себя тунику, садясь на ближайшую ровную поверхность, подставляя спину под мягкие руки и прохладную бакту. Доверился, опуская голову вперёд, прикрывая глаза в удовольствии. Энакин уже давно забыл, что значит нежность и забота любимого человека, когда даже самые напряжённые мышцы постепенно расслабляются, позволяя грузу ответственности упасть в плеч. Приятный запах горячего кафа согревал и навевал приятные воспоминания, дарил ощущение, словно прежние времена вновь вернулись, словно это реальность. Вот так он мог сидеть бесконечно, даже не отрываясь на короткую трель комлинка, обречённо выдыхая остатки воздуха. Вновь нужно куда-то идти, кому-то что-то доказывать и рассказывать. Как же Энакин устал. 
Он немного помедлил, прежде чем натянуть тунику и закрепить на талии пояс, как носил когда-то раньше. Откровенно говоря, было не комфортно без брони, но к новому положению, несомненно временному, стоит привыкнуть, пока не отыщутся ответы на интересующие вопросы. Горячая кружка кафа обжигала не только руки, но и губы, язык. Молодой человек слишком изголодался по тем временам, когда смысл существования не заключался в мести и боли, даже если этот путь выбрал по доброй воле. Скайуокер не сводил взгляда с Оби-Вана, принимая любое его прикосновение. Если бы только знал, что в этот момент он ощущал, если бы...
- Я скучал о твоему кафу, - напиток уже не казался горячим, можно поклясться на крови, ради него можно немного потерпеть общение с Советом. Эти надменные взгляды и придирчивые цепкие расспросы, вот только того неопытного мальчика, что переживал и постоянно сомневался в себе, уже нет. Едва заметное удовольствие сменилось колючим цепким взглядом и ощутимой холодностью в голосе, словно в ответ на необходимость вновь предстать перед всеми этими магистрами. Скайуокер отставил чашку с недопитым кофе и направился к выходу, - идём. Не будет заставлять твой Совет ждать, - тема взаимоотношений с Императором он обсуждать не хотел, это только его война, личная. Не хватит всей его крови, чтобы смыть ею вину за содеянное и те ранения, что Оби-Вану удалось заметить ничто, сущий пустяк. И уж точно не добровольное согласие на истязание. Иной раз, чтобы подобраться к самому горлу врага, нужно пострадать. За правду, справедливость и собственные убеждения. Каждый разряд молнии по телу, каждое рассечение плоти лишь закаляло характер, делало Энакина сильнее. Эти эмоции, поднимавшиеся тёмной бурей внутри он заставил утихнуть. Оби-Ван не виноват в своём огорчении, да и спешить на встречу с Советом так не стоило, Скайуокер бежал от самого себя и тех чувств, что подтачивали изнутри. Старался освободиться, отпустить хотя бы на время, но получалось с трудом. Даже хвалёная джедайская медитация не поможет отпустить в Силу негатив, потому что тёмная сторона подпитывалась этими эмоциями и причиняла новую и новую боль. Словно замкнутый круг, разорвать который сможет только смерть. 
Стоило ли удивляться встрече с ещё одной личностью прошлого? С той страницей, которую он перевернул довольно давно, оставляя позади. Вероятно новость о появлении в храме джедая, сильно похожего на погибшего генерала Скайуокера, уже облетела весь Корусант, выгоняя из своих нор не только давних врагов, но и давних знакомых. Ситх остановился, увидев Падме.
- Не нужно. - Коротко и жёстко бросил он Оби-Вану.- Останься. - Дождался пока молодая женщина приблизится достаточно близко для приветствия, но не проронил ни слова и не позволил к себе прикоснуться, равнодушно смотря ей в лицо.
- Эни! Это всё таки ты, - не трудно догадаться, что она ошарашена, сбита с толку, глядя в жёлтые глаза ситха напротив с лицом её мужа, - а я не верила, когда мне сказали.., - она всё ещё тянула к нему руки, чтобы прикоснуться и самой проверить,- но, как такое возможно? Оби-Ван мне сказал, что..
- Магистр Оби-Ван Кеноби, сенатор и...мы спешим, - переход на тёмную сторону Силы вовсе не означал потерю всех навыков в общении и умение вести разговор на языке диломатов, к тому же в его мире Падме мало чем отличалась от этой и у Энакина не было ни малейшего желания задерживаться. В голосе по-прежнему слышалось снисхождение, словно перед ней всё тот же татуинский мальчишка с растрёпанными соломенными волосами, жёсткими из-за песков и солнц, готовый следовать по пятам и стоять на страже покоя королевы. Это давно в прошлом. Мальчик вырос и поумнел.
- Эни?! - Она оказалась возмущена подобным ответом и не ожидала услышать резкость в голосе. Что и требовалось доказать. Стоило отказать лишь раз и вместо приторного блеяния слышалось высокомерное негодование. Поэтому Скайуокер легко перехватил руку Оби-Вана и потянул за собой, больше не оборачиваясь и не отпуская. - Оби-Ван?!
Лишь у самих дверей в зал Совета ситх остановился, выпуская руку бывшего наставника, но только лишь для того, чтобы оттереть того к углублению между колоннами, приподнимая голову за подбородок пальцами, требовательно целуя губы. Потому что мог. Потому что хотел. Закреплял за собой право на этого конкретного человека, совсем позабыв спросить об этом у него самого.
- Я не позволю никому относиться к тебе неуважительно,- лишь только после этого быстро подавил собственные эмоции, передавая их на выставленные мощные ментальные щиты вокруг, входя в зал Совета. Эта тишина, царившая вокруг не стала чем-то удивительным, любопытство и тревога ощущались слишком отчётливо, хотя никто из магистров ещё ничего не произнёс.

[nick]Anakin Skywalker[/nick][status]если зло, почему так горячо[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/798/20017.jpg[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/798/980592.jpg[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Энакин Скайуокер</a>[/nm]

+2

10

Может быть, в его желании скрыть Энакина ото всех сейчас было и что-то эгоистичное, кроме здравой логики, потому что он понимал, что в Сенате есть люди, заинтересованные в его бывшем ученике лично. Например, Падмэ. У них когда-то были очень славные и дружеские отношения, и она даже казалась джедаю неплохой женщиной, особенно на фоне других политиков, а уж их Кеноби знал немало. Она была старше Энакина, опытнее, и Оби-Ван рассчитывал, что это будет отличной поддержкой для его любимого мальчика, но позже понял, что очень ошибается, и тот по-прежнему чувствовал себя очень одиноко. Тем не менее, их роман пришлось принять, и в этом была суть его любви: он был согласен горевать по не взаимности чувств, но вполне довольствоваться тем, что возлюбленный счастлив. Хотя он так и не понял, любил ли Скайуокер ее по-настоящему, или это было какое-то обожание, выросшее из странной детской очарованности. В конце концов, он провел с падаваном гораздо больше времени и явно знал его куда лучше, чем его жена, чтоб сомневаться в таких вещах.
Сейчас он уделил ему много внимания и много того тепла, которого не было в отношениях с учеником последние года три с тех пор, как в жизни Энакина снова появилась королева Набу. Тогда Оби-Ван думал, что потеря руки, начавшаяся война и изменение статуса с падавана на рыцаря заставили его резко повзрослеть и отдалиться, но потом понял, что дело было всего лишь в запретной женитьбе. Тем не менее, они все равно отлично ладили и работали вместе, понимали друг друга без слов и умели действовать как единый организм, и, если быть откровенным, бывший ученик провел с ним куда больше времени, чем с собственной женой.
Но этот Энакин не захотел, чтоб он ушел. Это в общем-то было даже логично, если его Падмэ жива. Уделить внимание и время другой было сродни измены, а до такого бы Скайуокер никогда не опустился. Это его Кеноби мертв. Тем не менее происходящее было странным: ситх был... груб? Нет, по меркам ситхов он был крайне вежлив, но выразил отстраненность всем своим существом, даже нечувствительный к Силе бы ощутил. И Падмэ, которая явно ждала другого. Тем более она не знала деталей - откуда, как, что случилось. В ее голове, скорее всего, сложилась картина о том, что он вовсе не умер, что это какая-то операция, что Оби-Ван ей наврал, потому что тела она не видела. Разумеется, никто ей его не показал и не обязан был, ведь официально она была ему никем. Но короткая фраза была настолько емкой, что джедай даже восхитился внутренне: его ученик никогда не был мастером переговоров и выражения своих мыслей, но сейчас он дал понять все то, что он думал. Он не желает с ней разговаривать. Оби-Ван тоже, и он так решил. Правильно, вообще-то, решил. Кеноби перехватил взгляд сенатора и покачал головой. Он бы может попытался объясниться, описать ситуацию, но чувствовал в Силе, что Скайуокеру почему-то неприятно. Они поругались? Развелись? А как же дети? Что с его детьми.
Кеноби снова зашагал рядом с ситхом, источая смятение. При других обстоятельствах он бы подумал, что дело в Темной Стороне. Что она меняет отношение. Но сам он касался ее всего раза три, одного ситха в своей жизни убил, в другой видел свет, а граф Дуку ему показался на редкость адекватным, несмотря на разные стороны в конфликте, и его жестокость. Но кто не жесток на войне?
Оби-Ван посмотрел на крепкую хватку на своей руке - крепкую, но не причиняющую дискомфорт, и откинул эту версию. Он был с ним более чем мягок для ситха. Он слушал, отвечал, говорил, он подставил ему голую спину и ни разу не высказал ни одного высокомерного замечания. Он принял от негу ту заботу, которую джедай так привык давать своему падавану, а после другу, был рад кафу и даже согласился пообщаться с Советом, потому что он попросил, а еще ни разу не исправил "Энакин" на "Вейдер". Да что все это?! Он обнимал его, укрывал плащом и успокаивал. Что-то было не так в этом всем. То есть для Кеноби-то просто идеально, как воплощение мечты, но казалось настолько фантастическим, что вызывало стойкое чувство: он что-то упускает.
У входа в зал Совета Энакин его все же отпустил и оттеснил в сторону. Кеноби сначала подумал, что тот скажет ему что-то важное, что должен знать он, но не должны услышать другие, и он никак не ожидал, что ситх приподнимет его подбородок и крепко, настойчиво, но коротко поцелует. Он был настолько уверен в своих действиях, настолько непоколебим, что Оби-Ван почувствовал дрожь и мягкую волну удовольствия от такого обращения. Его придержали сильные руки, и он окончательно расслабился.
- Эни... - джедай прикрыл глаза и выдохнул, собираясь с мыслями. Он хотел не то объяснений, не то продлить этот момент, но все это точно было реальностью и происходило с ним. Это однозначно не сон. Энакин его просто прижал к стене, поцеловал и еще пообещал, что лично будет следить за отношением к нему окружающих, только чем он такое заслужил? Сила не наказывала, не испытывала, а в кои-то веки решила его действительно поощрить?
В зал он зашел в смятении, но предварительно последовал примеру ситха, воздвигнув крепкие ментальные щиты. Тут и так хватало чужих ощущений, транслировать свои собственные было уже лишним. Все уже были на месте, многие по голо-связи, и Оби-Ван уверенно зашагал к своему месту, плечом подтолкнув туда же Энакина, помня про его нелюбовь к этим мероприятиям в принципе. Едва ли он захочет стоять посреди, как это было принято, и чувствовать себя на допросе, он хоть и спокойный, но все еще ситх, и если он проявил благоразумие со своей стороны, то они должны были ответить тем же. Ну, это была логика Оби-Вана, а вот Мейс не выглядел довольным, хотя... когда он вообще таким был? Вокруг них война, которая длится уже шесть лет, и потенциальная победа убегает каждый раз, в Сенате склоки, они не доверяет Канцлеру, только расширяющему свои полномочия, а теперь в их мир попадает ситх давно почившего джедая. Можно ли в такой ситуации выглядеть счастливым? Ну, по крайней мере магистр Кеноби чувствовал себя вполне неплохо, потянув Энакина за тунику и заставляя сесть рядом. Он не мог настроиться на какой-либо рабочий лад, и когда глава Высшего Совета джедаев заговорил, обрисовывая ситуацию, Оби-Ван просто натянул на лицо выражение крайней задумчивости, перекинув руку на спинку сиденья.
Может, ему просто сделать вид, что все так и должно быть? Ну, что Энакин запросто отшивает Падмэ резко и бескомпромиссно, а его целует, зажимая у стены в Храме. Почему бы и нет? Он же этого хотел. Может, и не обсуждать тут ничего в самом деле? Просто отправиться плыть по течению? Да, соблазн был велик, но... он, конечно, не был обладателем принципа не врать и говорить всю правду в полном объеме, только в данном случае это могло бы закончиться неправильно. Тем более рядом с ним ситх, одна искра...
Пока кто-то из членов Совета обсуждал, что знает о межпространственных переходах и пытался задать вопрос Вейдеру, Оби-Ван думал о своем, и его пальцы в какой-то момент оказались в кудрях. Незаметно, у самого основания роста волос, едва шевеля ими. Он слушал в пол-уха, но быстро понял, что никто здесь не знает, как происходят путешествия из одной реальности в другую.
- Надо поговорить, - шепнул Оби-Ван Энакину на ухо и дождался, когда будет возможность вставить свое слово, - уважаемые магистры. Мы вернемся в подвалы Храма и исследуем то, что могло послужить для такого перехода. Уверен, именно там мы сможем найти ответы, если никому из присутствующих ничего больше не известно. Боюсь, в сложившейся мировой ситуации у нас не так много времени на разговоры.
Он поднялся и кивнул всем присутствующим, а Энакин оказался на ногах едва ли не раньше него. Он сменил сторону Силы, но кое-какие привычки по-прежнему остались с ним. Например, сваливать с заседаний Совета как можно быстрее. Йода не возражал, Мейс тоже не отказал, остальные замерли в тишине. И только у самого выхода, обернувшись, Оби-Ван увидел, как Винду шепчет одними губами лично ему: "Узнай, кто его учитель". Да, вот в чем была причина такого спокойного поведения. Он во всем стремился найти выгоду. И трудно было его за это винить.
На этот раз Оби-Ван завел Энакина в безлюдный коридор и потянул на себя, увлекая в на этот раз долгий и глубокий поцелуй. Ладони оказались на его талии, сам джедай придвинулся вплотную и застонал в чужой рот, выражая свое удовольствие. Он приподнял согнутую в колене ногу и переместил дюрасталевую руку под свою ягодицу, а потом оперся руками о плечи Эни и подтянулся, оказавшись сидящим на его бедрах. Это было так естественно и так правильно, что он задышал быстрее и тяжелее, чувствуя, как быстро заводится, и ловя ответное возбуждение. Пришлось усилием воли оторваться от сладких губ и упереться лбом в лоб.
- Какой же ты... - Оби-Ван пытался подобрать подходящее слово, что-то вроде "хорош" или "восхитительный", но это все было не то. Недостаточно. Он просто понадеялся, что это будет и так слышно в голосе. Через несколько секунд он попросил его опустить обратно с неохотой, но это все еще был коридор Храма, где мог появиться кто-то из джедаев.
- Знаешь, я думаю, мы не должны торопиться с возвращением в подвалы... если ты не торопишься. Скоро вечер, если толчки повторятся, с наступлением темноты эвакуация пройдет труднее, - да, он был мастер-джедай, член Совета, но говорил это все, потому что не хотел отпускать от себя не кого-нибудь, а самого настоящего ситха, и даже взял его под руку, двигаясь крайне неспешно. Но у него, считай, был карт-бланш от Винду, и он мог. - Я... кажется, обнаружил кое-какие не схождения в наших историях. Хотелось бы узнать подробнее... Например, Падмэ. Я в самом деле тронут твоей заботой, не помню, чтоб кто-то когда-то решил так вступиться за мою честь. Но я был удивлен. Вы поссорились? После "моей" смерти? А Люк с Леей? Ты хотел бы навестить их в Яслях, или?... - он не уточнил, что "или", и все вопросы задал так, чтоб не спровоцировать какие-то ненужные эмоции. Но очень пытливо заглянул в глаза. Знал бы Мейс, что он поручил Оби-Вану выяснить, кто был наставником ситха, а Оби-Ван выяснил, какие у них были отношения.

[nick]obi-wan kenobi[/nick][status]one more light[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/795499.gif[/icon][sign]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/996112.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/604/776073.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">оби-ван кеноби</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>star wars</fan>Это не сон, это вся правда моя, это истина.
Смерть побеждающий вечный закон - это любовь моя</div>[/lz]

0


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » lithium