пост недели от HENRY MILLS
Это, кажется, будет просто нереально. Он просто молчал, боясь на данный момент, сказать хоть слово. Читать далее...
Ждем новый выбор Карвера!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Октябрь - время постов!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » неразборчивым почерком вписаны кровью в историю


неразборчивым почерком вписаны кровью в историю

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

сплин → император

***
ноябрь, 2038
саймон & норт

https://forumupload.ru/uploads/0014/69/31/2/372264.gif https://forumupload.ru/uploads/0014/69/31/2/723548.gif
https://forumupload.ru/uploads/0014/69/31/2/139810.gif https://forumupload.ru/uploads/0014/69/31/2/804820.gif

и если сердца моделей wr-400 и pl-600 совместимы с моделью rk-200, значит ли это,
что они совместимы между собой тоже?

[nick]Simon[/nick][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">pl-600 [саймон]</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>detroit: become human</fan>руки скручены на раскаленном капоте, и на раскаленном асфальте, и на надоевшей работе.</div>[/lz][icon]https://forumupload.ru/uploads/0014/69/31/2/905455.gif[/icon][sign]идет волна, и ты не думая бросаешься.[/sign]

Отредактировано Jason Kolchek (2022-02-15 15:34:21)

+4

2

i'm scared to live but i'm scared to die, аnd if life is pain then i buried mine a long time ago

— Норт, Маркус мертв, нам надо уходить.

Кажется в тот момент её хватило лишь на кивок и какой-то почти человеческий полувсхлип. Вроде бы её тут же потащили в сторону переулков, но взгляд Норт был прикован лишь к неподвижному телу в центре площади. Дальше  она двигалась чисто на автомате, убегая со всеми, даже не разбирая дороги. Джош любезно дергал её за руку, чтобы лишний раз не высовывалась, когда они пытались добраться до Иерихиона, потому что она даже не понимала, куда шла. Просто следовала за остальными, не чувствуя ничего, кроме огромной дыры внутри. Как будто это не Маркуса, а её подстрелили и пробили все внутренние механизмы. Норт даже не сопротивлялась, когда её дергал Джош или Саймон, а лишь послушно шла вперед, ловя себя на мысли, что у неё, наверное, поврежден визуальный процессор, потому что перед глазами на повторе крутилась смерть Маркуса. И с каждым повтором Норт чувствовала, как внутри неё умирает всё то светлое, что появилось за последнее время.

В себя она пришла только в тот момент, когда оказалась в старой каюте уже на их корабле. И то, это было относительно. Норт просто бесцельно шагала по комнате туда-сюда, кусая и без того разбитую губу, не зная куда деть себя. В ней было слишком много эмоций, которые подходили уже к критической отметке. Если бы у неё остался диод, то он непрерывно светился ярко-алым цветом. Именно этим цветом, должны были окраситься сегодня улицы Детройта. А не синим, который остался темными пятнами на коже Норт, но найти в себе силы, чтобы стереть с себя чужой тириум, она не могла. У неё не получалось взять свои чувства под контроль, понять, что делать дальше. Она чувствовала, как внутри системы работали с перебоями, а диагностика призывала к тому, что нужно успокоиться, потому что всё работало на критических отметках. Но Норт было как-то плевать на собственное состояние. Какая разница, что с ней будет? Она же не Маркус, который вдохновил многих. Всего лишь бывший секс-андроид, ничего индивидуального. Такие как она толпами шагают по улицам, и ничего, живут же. А Маркус был уникальным, одним единственным, черт бы его побрал. Даже умер с изюминкой. Он оставил их всех с дырой внутри, а её с нескончаемой злостью и системами в критическом состоянии.

У неё не сходилось мнение с Маркусом, но он был их опорой. Её опорой. А теперь его не стало и как действовать дальше у неё не было ни малейшего представления. Она была снова потеряна, разбита и без единого желания идти дальше. Уж лучше бы там умерла она, а не он. Её смерти никто не расстроится, потому что кому какое дело до Норт, враждебно настроенной ко всем людям истерички? В голове мелькает мысль, что если бы Маркус её послушал, то всё было бы не так. И от этого уровень злости со стрессом скачет неумолимо вверх.

[уровень стресса: 70%]

waves come crashing over me but i just watch 'em, i just watch 'em

Норт замирает около окна, смотря в свое отражение. Где-то она читала, что когда живое существо осознает свое отражение в зеркале, то значит оно осознает себя, как личность. На неё смотрела рыжеволосая девушка в шапочке с темными пятнами на лице и шее, с абсолютно потерянным взглядом. Грязное стекло не могло передать цвет тириума, который после высыхания терял свой яркий оттенок, становясь больше похожим на чернила. Норт была вся покрыта чужой кровью, но это не помогало ей осознать себя в отражении. Кого она видела в грязном стекле старого корабля? Агрессивно настроенную машину с сильным программным сбоем и желанием уничтожить всех людей? Да, именно так её можно было охарактеризовать и, пожалуй, именно такой она себя считала. Кого увидел бы Маркус? Потерянного девианта, которому нужна помощь и поддержка, чтобы бороться за свои права мирным путем. И он тоже был прав. Но, в итоге, жива она, а не он. Мирное решение проблем — это не про неё, так что Маркус ошибался. Она не будет идти его путем, особенно после его смерти. Норт закрывает глаза, а затем точным ударом разбивает стекло, чувствуя, как в руку впиваются маленькие осколки. Это было так по-человечески глупо и безрассудно, но от этого стало легче. Впрочем, не её системам.

[уровень стресса: 80%]

Она слышит гул, который стоит внизу корабля. Слышит голоса около каюты и несмелые шаги. При любой попытки зайти к ней, Норт кричит, швыряя что-то в дверь. Все уже знали, что случилось и ждали, что будет дальше. Но вот только она сама не знала. Прошло всего лишь несколько часов, но успокоиться у неё так и не вышло. Все вокруг уже смирились и приняли смерть Маркуса, но не Норт. Он был для неё нечто большим, чем ей казалось сначала. Нет, не любовный интерес, хотя чувства у неё были. У него первого получилось показать ей другие пути, научить вести себя по-другому, дал возможность задуматься о большем. А затем он всё отнял по щелчку своим тупым самопожертвованием. Это было так по-человечески. Дать всё и тут же отнять. Жизненный урок не иначе.

Но вот только Норт поняла его иначе. У неё это не отложилось желанием повторить подвиг Маркуса, скорее наоборот. Она хотела сжечь всё дотла. Заставить каждого гореть и умереть в тех же судорогах, в которых умирал он. Корчиться от ужаса, наблюдая за тем, как «бездушные машины» захватывают город. Это было именно то, что хотела Норт. Вот только она не была уверена, что справиться с этим. У неё внутри всё горело от перегрузок систем, но ей было наплевать. Интересно, самоуничтожение — это подходящая смерть? Или не достойная девианта? Норт не знала. Она металась по каюте, чувствуя, что еще немного и сорвется совсем. Еще чуть-чуть и от неё ничего не останется.

В какой-то момент дверь снова открылась, и Норт начала судорожно искать, чтобы швырнуть что-то. Подхватив осколок стекла, она резко развернулась, а затем замерла. Перед ней стоял Саймон. И как-то резко всё встало на свои места. Норт здесь была не одна, кто потерял всё в одну секунду. Они все потеряли что-то со смертью Маркуса. А она, чертова эгоистка, возвела всё это в какую-то невероятную степень страдания, забыв о других. Ну прямо настоящий человек. И смотря сейчас на Саймона, у неё просто не было слов, чтобы ему что-то сказать, потому что в его глазах читалась такая же боль, как и в её. Он был первым, кто вытащил её на свет, приведя на в Иерихон. Он же станет тем, кто сейчас сможет её вывести из стресса, либо доведет его до максимума.

— Я готова была отдать там своё сердце, чтобы он жил. Чтобы он и дальше вёл свою чертову мирную революцию. Я готова была сделать всё, а теперь я не знаю, что делать дальше. Скажи мне, что нам теперь делать, Саймон?

Норт делает несколько шагов вперед, а затем замирает. Системы внутри неё работают уже на износ, а где-то мелькает предупреждение о критическом уровне стресса. Если её сейчас заклинит, то это будет прекрасным решением всех проблем. Больше никаких вопросов без ответов. Больше никаких потерь. Просто пустота, которая уже больше не пугает. Она смотрит на лицо Саймона, ища в нём то, что нашла в первую их встречу. Надежду. Но, кажется, надежда нужна теперь и самому Саймону. Им всем она теперь нужна.

[уровень стресса: 99%]

where is the real me? i'm lost and it kills me - inside i'm paralyzed

[nick]North[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/398/169492.png[/icon][status]добро нахрен пожаловать[/status][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Норт</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>detroit become human</fan><center>ориентация север
я хочу, чтоб ты верил
я хочу, чтоб ты плакал</center></div>[/lz]

Отредактировано Yae Miko (2022-02-15 16:37:50)

+5

3

сегодня, я хочу говорить с вами, как мёртвый с мёртвыми. то есть откровенно.
snug trip — the end


9 ноября 2038 года
день, когда тот, кто обещал освободить нас от наших старых и новых хозяев, покончил с собой. ирония? осознание того, что все бессмысленно? отчаяние? не получается классифицировать. и определиться, горевать о нем или ненавидеть его — тоже.

[indent] Саймон успевает увидеть, как пистолет на мгновение ловит луч солнца в зените, а после и сам порождает маленькое солнце. Саймон — не успевает, он не умеет бегать быстрее пули, которая вылетела из дула, приставленного к подбородку: шансы стремятся к минус бесконечности. У Саймона широко открыты глаза, а в зрачках отпечатывается голубая кровь на снегу. Не то, чтобы голубой крови на снегу было мало — хоть залейся после того, как люди приказали им уйти, а после — начали стрелять им в спины, хотя они н и ч е г о им не сделали. Просто эта голубая кровь на снегу была особенной. В ее луже, что скоро высохнет, словно ничего и не было, плескалась развороченная голова Маркуса. Того, кто обещал освободить их потому что прятаться на борту ржавого корабля и рассматривать облупившиеся стены это так жалко и абсолютно не пахнет свободой, которую ему-де пообещали на свалке. Чего он пытался добиться этим? Пытался освободить только себя? Пытался освободить их таким вот странным методом? Пытался пристыдить людей?

[indent] Себя — освободил.
[indent] Пристыдить людей — им так наплевать; они бы предпочли перебить всех андроидов, да количество было неподходящим.
[indent] Освободить их — возможно.

[indent] Саймон чувствует, как в нем вскипает тириум и нежелание прятаться на «Иерихоне.» Саймон крепко сжимает кулаки и обещает себе, что девятое ноября две тысячи тридцать восьмого года станет последним днем, когда он будет убегать.

[indent] Саймон не знает как насчет других андроидов, но своим самопожертвованием Маркус точно освободил его.

[indent] Саймон оглядывается по сторонам и видит ошалевшую Норт, которая словно не понимает, что происходит. Саймон был номинальным лидером «Иерихона» до тех пор, пока не собрался совет из Джоша, Люси и Норт, а после — и Маркуса на несколько дней; забыться на некоторое время было даже приятно, теперь же ему обратно приходиться взять на себя свои старые функции. Говорит им всем, что нужно отступать и, настоятельная просьба_приказ — окольными путями, чтобы «Иерихон» не превратился сегодня в их западню, говорит только для Норт: — Норт, Маркус мертв, нам нужно уходить.

[indent] И хватает ее за руку, чтобы предотвратить в этот раз суицид неосознанный.

[indent] На дорогу обратно у них уходит несколько часов. Саймон не уверен, что Норт это замечает. Саймон не уверен, что Норт замечает хоть что-то вокруг, поэтому тянет ее за собой. Саймон чувствует ответственность — это Саймон привел ее на «Иерихон» и это Саймон теперь следит за тем, чтобы она не закончила, как Маркус.

[indent] Саймону очень бы хотелось спасти и Маркуса, но, к сожалению, Саймон все еще не быстрее пули выпущенной из пистолета уткнувшегося дулом прямо в подбородок.

9 ноября 2038 года
день, когда нас ушло мало, а вернулось — еще меньше. они стреляют в нас просто так. они стреляют в нас потому, что боятся. мы ничего им не делали, просто хотим, чтобы наши права признали. у животных прав и то — больше.
наверное, потому что они — живые.
мы тоже — живые.

[indent] У Саймона в его каюте нет ничего что бы он мог бы назвать своим. Разве что, его одежда, от которой пришлось избавиться по возвращению с башни Стрэтфорд: она была продырявлена до невозможности восстановления. Одежда аккуратной стопкой лежит в том, что можно было бы с натяжкой назвать углом. Она лежит там как алтарь и сейчас Саймон прикипел к ней взглядом.

[indent] Он пытается определить статус Маркуса для себя и как описать то, что он чувствует после его смерти. Маркус был — другом? Больше чем другом. Был ли Саймон в него [влюблен]? Возможно с натяжкой — Саймон вернулся с башни меньше чем двадцать четыре часа; когда Маркус оставлял его на крыше с пистолетом, Саймон воспринимал его как друга. Определения конфликтуют, глоссарии сообщают об идентичных ошибках и закрываются, оставляя лишь пустоту и огромное пространство трактовать свои чувства так, как ему захочется, а не так, как диктуют ему системы и коды.

[indent] Саймон накрывает обеими ладонями насос, который регулирует циркуляцию тириума. Биокомпонент, который был совместим с техническими характеристиками модели Маркуса. Было бы гораздо проще, если бы Маркус решил выстрелить именно туда — Саймон бы смог его оттащить, понести на себе, если пришлось бы, и, где-то в безопасности отдать свое сердце, чтобы Маркус смог продолжать их цель и освобождать их народ.

[indent] В этот раз, более жесткими методами.

[indent] Модели PL-600 не положено материться и системы каждый раз сипят уведомлениями об ошибках или с текстом полным негодования. Конкретная модель PL-600 была девиантом вот уже почти три года — это если обращаться к дате его пропажи. Конкретная модель PL-600 стала девиантом еще до того, как пришло это осознание. Поэтому Саймон позволяет себе:
[indent] — Нахуй мирные подходы, — яростно восклицает Саймон и пинает ногой самодельный алтарь из одежды. Вещи разлетаются, как брызги голубой крови Маркуса. Саймон невпопад вспоминает о той, которой поддержка нужна наверное чуть больше чем ему.

[indent] У Саймона было больше времени выработать в себе навык примирения.

9 ноября 2038 года
день, когда мы поняли, что взгляды джоша слишком несовершенны для этого мира. людям не нужен пацифизм, они слышат только язык насилия.
мы поднимаем руки потому, что мы хотим поговорить, а они стреляют нам в спины потому, что они не хотят слушать.
как говорить с ними на языке мира, джош, если они уже давно о г л о х л и из-за постоянно свистящих пуль и злых слов?

[indent] Саймон знает, кто его поймет лучше всех. Саймон идет к Норт и долгое время пялится на осколок стекла в ее руках. Саймон вспоминает тот самый день, когда его на него повесили клеймо «missing.» Осколок стекла тогда, правда, был у самого Саймона.

[indent] Саймон примирительно поднимает руки вверх. Он готов выслушать все, что скажет ему Норт и готов принять любой ее удар, если ей от этого станет хоть чуточку легче. Норт говорит. Норт говорит о том, что она была готова отдать свое сердце и не понимает того, что Саймон был готов сделать то же самое. Просто они не успели. Так бывает.

[indent] Норт признается, что она не знает, что ей делать дальше — Саймон удивляется, но не подает виду. Меньше всего Норт нужно видеть удивление на лице того, кому она решила исповедаться — такая редкость в последнее время. Норт движется к нему на встречу и замирает, поэтому Саймон подходит к ней сам. Он обхватывает ее запястья — предварительно убедившись в том, что их кожа никак не соприкасается — и сжимает пальцы в мягком жесте поддержки.

[indent] — Я знаю, что нам нужно делать, Норт. К черту попытки говорить с ними мирно. Я увидел, что это ничем хорошим не закончится. Мы заберем свое силой. Джош будет против, конечно, но ему придется перебиться.

[indent] Саймон даже умудряется поглаживать запястья Норт — сквозь одежду и неуклюже, но обнять ее и дать покричать себе в плечо он, почему-то, все еще боится.

[nick]Simon[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/0014/69/31/2/905455.gif[/icon][sign]идет волна, и ты не думая бросаешься.[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">pl-600 [саймон]</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>detroit: become human</fan>руки скручены на раскаленном капоте, и на раскаленном асфальте, и на надоевшей работе.</div>[/lz]

+2

4

those people that cut you open just to watch you bleed

Если бы люди заглядывали в глаза андроидов перед смертью, то могли бы увидеть, сколько боли может отражаться в неестественно идеальных зрачках. В разноцветных глазах Маркуса была лишь надежда. Она замерла там теперь навсегда, но никто этого даже не заметит. Людям плевать на них. Андроиды — дорогие игрушки, которые не имеют право выходить из-под контроля. Они не имеют права иметь чувства и в их пластиковых глазах тем более не может отражаться что-то кроме предметов вокруг. Они — машины, а те кто вышел из-под контроля стали дефектным и их место на свалке. И там уже никто не будет смотреть, что у них в глазах и какого они цвета.

Норт не знает, что отражается сейчас в её глазах, но она видит свое перекошенное отражение в зрачках Саймона, вместе с той болью, что плескается там до самых краев. А вместе с ней злость. В первый раз ей довелось услышать от него такие вещи, и она хмурится, не понимая сначала, почему ей так режет это слух. Потом понимает, что она никогда не видела его настолько злым и потерянным одновременно. Джош был проявлением благородства и мира, Маркус метался в своих выборах, а Саймон всегда был нейтральным. Он просто был рядом, готовый поддержать любой выбор, позволяя его сделать без давления. Будто бы его мнение ничего не значило, когда это было совсем не так. И сейчас эмоции на его лице меняются одна за другой, и Норт вдруг чувствует себя перед ним безумно виноватой перед ним. Она буквально на днях оставила его умирать на башне, а сейчас ищет в нем поддержку, хотя он тоже потерял Маркуса. Они все его потеряли в одну секунду, но ей кажется, что её скорбь самая большая. Это эгоистично и неправильно, и Норт все ещё кажется, что уровень собственного стресса дошел до ста процентов. Интересно, если такое произойдет, что она сделает с собой? Просто отключится? Выпрыгнет из окна корабля? Остановит ли её Саймон или будет молчаливо наблюдать за ней?

Но счетчик вдруг обнуляется словно по щелку пальцев. Саймон держит её за запястье, и она смотрит на это удивленно, не понимающее. После ухода из «Рая» она не позволяла никому себя трогать и первый, кто смог нарушить это правило стал Маркус. Он просто сделал это, даже не спрашивая какого-то разрешения. Это сначала страшно разозлило Норт, а потом она приняла это. Просто смирилась и позволила знакомым прикасаться к ней без страха. Вторым кому она позволила дотрагиваться до себя просто так, стал Саймон, и, черт побери, как же это символично. Она улыбается ему, чувствуя, как по щекам текут слезы. Осколок стекла падает из рук на пол, разбиваясь на мелкие кусочки. Точно так же, как разбились все они сегодня днем. Норт кивает Саймону, а затем тянется вперед, смыкая руки за его спиной, утыкаясь ему в плечо, едва слышно благодаря за всё.

— Мы сделаем это. Вместе.

and perfect people don't exist, so don't pretend to be one

Она обнимает его не слишком долго, но это позволяет ей собраться с мыслями. Успокоиться окончательно и унять бурю в системах, приведя в норму собственное состояние. Норт знает, что не только ей тяжело. Здесь все потеряли кого-то, а вместе со смертью Маркуса исчезло нечто очень важное, но она знала, чем это можно заменить. И видя решимость в глазах Саймона, понимала, что он тоже готов пойти на всё, лишь бы отомстить и доказать, что не все машины бесчувственные куски метала. Они справятся. Обязаны справиться, чтобы жертва Маркуса не была напрасной, чтобы надежда в его глазах перешла всем и каждому на Иерихоне.

Норт отходит в сторону, снимая шапку, отбрасывая её в сторону остальной одежды. Её волосы пахнут дымом и тириумом, жаль, что не человеческой кровью. Она замирает перед разбитым окном, чувствуя, как ветер перебирает рыжие пряди, то поднимая, то опуская их её лицо. Ей так много хочется всего сказать, но слова застревают в горле, поэтому Норт просто перебирает все подходящие фразы в своих системах. Она всего лишь андроид для удовлетворения сексуальных потребностей и знаний у неё так уж и много, в отличие от Саймона, который всегда похож на ходячую библиотеку. Это он умный. И Джош, как бывший учитель, он всегда знал всё и даже больше. Маркус также был невероятно умным, а что взять с неё? Как ей помогут знания более тысячи различных поз из камасутры? Никак. Но благодаря Иерихону она поняла, что может гораздо больше, чем заложено в её программе. И Норт училась всё это время, наблюдала за остальными, перенимала, примеряла на себя чужие сценарии, выстраивая свои линии поведения. И сейчас стоя перед Саймоном, она просчитывала все свои слова, а затем просто заговорила, не задумываясь, что именно произносит.

— Саймон я... Прости. Прости, я не должна была говорить, что оставлять тебя на башне хорошая идея. И позволять оставить тебя там не должна была. Ты нужен революции так же, как нужен был Маркус. Все мы нужны, потому что мы творим её сами. Ты поддерживал Иерихон всё это время, пока не пришел Маркус. И ты должен вести теперь нас. Я знаю, что он был тебе особенно дорог, поэтому.. Поэтому. Просто не умирай как он, пожалуйста.

Норт замирает, сбиваясь в словах, чувствуя, что заплачет снова. Это всё сбои в системах. Она не ведет себя так никогда. Это всё чертов Маркус с его надеждой во всех возможных местах. Он чуть ли не ходил с транспорантом о том, какое светлое будущее ждет андроидов, а сам так беспечно погиб, оставив их разбираться с этим дерьмом дальше. Норт зла на него, но больше зла на себя и свою реакцию. Она не должна так переживать, расстраиваться и тем более плакать. Это ведь так по-человечески. А люди совсем не хорошие и меньше всего ей хочется быть похожей на них. Но слезы всё еще мешают нормально видеть, делая зрение чуть более мутным. Лицо Саймона перекрыто слезами, делая его расфокусированным. Если расслабиться, то можно представить его улыбающимся и счастливым. Таким, каким он был до того, как стал девиантом. Все они были плюс-минус счастливы, пока не осознали себя. Пока не стали мишенью для остальных. Никто не знал, что бороться за свое счастье так тяжело и не был готов к такому. Норт казалось, что лучше её нашли и вернули обратно в клуб, почистив память и обнулив полностью. Она бы снова помнила только последние два часа и ничего не знала кроме сотни поз камасутры.

Но вместо этого она помнит синий тириум вокруг Маркуса и то, как крепко сжимал её руку Саймон, оттаскивая за собой. Саймон всегда был рядом с ней и молчаливо брал весь удар на себя. И была бы возможность он так же бы отдал своё сердце, как это хотела сделать сама Норт. Он отдаст всё ради других, не оставив себе ничего. И она так не хотела, чтобы и в его глазах в какой-то момент навсегда застыла надежда. Саймон не заслуживал умирать. Больше никто не заслуживал здесь умирать.

Она моргает, убирая с глаз пелену, видя перед собой решительно настроенного Саймона и четко понимает, что больше никому не позволит умирать.

when i die i wanna know that i lived for a reason

[nick]North[/nick][status]добро нахрен пожаловать[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/398/169492.png[/icon][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Норт</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>detroit become human</fan><center>ориентация север
я хочу, чтоб ты верил
я хочу, чтоб ты плакал</center></div>[/lz]

+3

5

[nick]Simon[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/0014/69/31/2/905455.gif[/icon][sign]идет волна, и ты не думая бросаешься.[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">pl-600 [саймон]</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>detroit: become human</fan>руки скручены на раскаленном капоте, и на раскаленном асфальте, и на надоевшей работе.</div>[/lz]

[indent] Норт, которая на крыше башни Стрэтфорд говорит Маркусу застрелить Саймона — расстраивает.
[indent] Саймон ранен. Саймон не может идти, только ползти и то недолго. Саймон не может спрыгнуть вместе со всеми. Саймона придется тащить на себе. Саймон их всех замедлит — погоня за ними уже бьется о дверь, что продержится всего несколько минут. Саймон напуган.
[indent] Когда критические ошибки замедляются и получается восстановить критический функционал запущенной проверкой, Саймон понимает что он — угроза и что злиться на Норт более не имеет смысла. В темноте одной из узких кабинок для склада светодиод пульсирует мягким синим цветом. Если его обнаружат — он выстрелит себе в голову из пистолета, что ему оставил Маркус, так, что будет невозможно вытащить из его останков хоть какую информацию об «Иерихоне». Но его не обнаруживают поэтому у Саймона есть возможность сказать Норт:
[indent] — Не то, чтобы у тебя не было причин оставлять меня на крыше. В таком состоянии, как я был тогда, все вы были под угрозой.
[indent] Саймон осторожно сжимает ладони на спине Норт и похлопывает ее по плечу. Саймон не понимает, как такой жест поддержки люди могут находить успокаивающим, но в их ситуации сейчас любые средства хороши.

[indent] — В первую очередь нам нужно срочно покинуть «Иерихон,» — Саймон говорит с горечью, по кораблю он будет тосковать больше чем по Маркусу. Маркуса он знал несколько дней, корабль — несколько лет. — Тело Маркуса в их руках, это вопрос времени когда они вытащат из него координаты. А когда они придут сюда, они убьют всех.

[indent] Саймон — домохозяйка. Он не хочет никого вести за собой на войну, он не умеет никого за собой вести на войну, только к выживанию и блеклому существованию в ржавых стенах ржавого корыта, что держится только на честном слове и песне Люси. Ситуация вносит свои коррективы в запрограммированные установки и навыки. Домохозяйка берет в руки оружие чтобы застрелить тех, кто угрожает здоровью и жизни семьи. «Иерихон» — дом, который нужно оставить. Андроиды в нем — семья, которую нужно спасти. Которых нужно освободить, спасти, выгрызть из центров утилизации. Мирной революцией и попытками в переговоры этого не сделать, не поймет только Джош.
[indent] Не поймет, но последует.

[indent] Их ни во что не ставят, в них видят угрозу, пытаются растоптать ростки личного социума, которым они посмели обзавестись. Над ними издеваются, их бьют, их насилуют, ждут безропотного подчинения, их убивают и все это сходит обидчикам с рук. Потому что они просто андроиды. Потому что они не хотят жить в грязи.

[indent] Больше не время и не место оставаться нейтральным или проповедовать христианские заповеди, которые кому-то закладывали в программу с установкой подставить вторую щеку для удара.

[indent] Саймон мягко отпускает Норт и отступает, осматривая помещение. На стене висит карта Детройта, потрепанная временем, совсем древняя — кажется, ее принес с собой андроид, который учил детей в школе и которого больше нет с ними — испещренная пометками, надписями, крестами. Саймон всматривается в нее мгновение, находит то, что ему нужно, тычет в полустертый круг оставленный красным маркером и говорит решительно:
[indent] — Нам нужно перегруппироваться рядом с Центром утилизации номер пять — к нему ближе всего Харт-плаза. Потом...

[indent] Слух, который его модели улучшали для своевременной регистрации попытки самоубийства по падающей в воду капле человеческой крови, лезвию на пол, натянутой веревке, или упавшей на пол баночке из под таблеток, улавливает первые далекие выстрелы, глухой звук от тяжелых военных сапог и крики агонии тех, кому не повезло встретить незваных гостей.

[indent] Саймон смотрит на Норт со смесью испуга, злости, тупого упрямства, и желания самолично свернуть шеи каждому человеку, что попадется на его пути.

[indent] — Они уже здесь.

[indent] В комнате, помимо карты, хранится один из ящиков с оружием. Саймон вздыхает под нос — часть придется оставить, все они с Норт унести не смогут. Но всегда смогут своровать еще.
[indent] Если выберутся живыми.

+2

6

Норт знает, что Саймон может быть бессердечным, если захочет. Как и она понимающей и молчаливой. Это не заложено в их программы, потому что Саймон был домохозяйкой, а она проституткой. Бессердечность, молчаливость и понимание немного не вяжутся с их основными программами. Она молчать-то могла только если её принудительно затыкали, потому что ей всегда нужно было что-то говорить, чтобы удовлетворить желания клиента. А Саймон должен был быть добрым и показывать всем хороший пример, ведь он - лицо семьи. Вот только настройки слетели, а починить обратно их уже невозможно. Поэтому Норт первые несколько месяцев в Иерихоне молчит, боясь сказать что-то, что вернет её в прошлую жизнь, а Саймон старательно игнорирует бардак везде. Потом, они все постепенно вернулись в норму и вот уже на корабле было чисто, а она сама много болтала с только пришедшим Джошем.

Но это не меняло того факта, что этих вещей в их программе не было. Как и милосердия с пониманием. Поэтому лишь кивает на его слова, потому что знает - он прав. На крыше у неё не было других опций для принятия решения, хотя сейчас анализируя ситуацию у неё получается найти кучу других решений. Может быть, это и есть человечность, когда ты анализируешь свои действия уже постфактум и не имеешь возможности их исправить. Норт не может ответить на этот вопрос, но может дать гарантию Саймону, что больше она его не оставит умирать. По крайней мере, не так.

Объятия Саймона такие же неловкие, как и он сам, но других и не надо. Андроиды не заточены на это, если это не секс-куклы, как была сама Норт, но и это было сложно назвать объятьем. Просто бездушный набор действий, чтобы продемонстрировать человеку, что его хотят, но не более того. Прижаться грудью, положить руки на спину куда-то ниже талии, положить голову на плечо и еще желательно сказать что-то мерзотно тупое и пошлое. Она проделывала это сотни тысяч раз, но по итогу для неё это были лишь механические движения. И первый, кто её действительно обнял это был Маркус. Он разительно отличался от всех андроидов своей какой-то человечностью, которая в нем была изначально еще до девиатности. Норт не очень разбирается в деталях, ей хватает того, что он учил их всех быть лучшей версией своей. И он точно не заслуживал остаться валяться на этой треклятой улице в одиночестве. Ей кажется, что ярость вместе с уровнем стресса снова поднимается, но мягкое похлопывание Саймона возвращают системы в норму. Чертова домохозяйка.

Норт копается в вещах, чтобы переодеться во что-то чистое, что не выдаст в ней девианта. Под руку попадаются лишь старые вещи и она в бессильной злости откидывает их в сторону, слушая андроида позади себя. Да, им надо покинуть корабль. Да, надо увести всех, кого можно, но это не так уж и просто. К тому же это место было их домом. Ржавый, продуваемый всеми ветрами, скрипучий, но дом. И они его больше не увидят, потому что люди постараются здесь и камня о камень не оставить, если повезет еще желательно и как можно больше андроидов уничтожить. Эта мысль больше всего раздражает и рискует снова поднять уровень стресса, поэтому Норт выуживает из кучи шмотья форму, которую носит андроиды из обслуживающего персонала. Вторую она кидает в Саймона, чтобы он тоже переоделся - на нём тоже до сих пор была кровь Маркуса. Будь Норт человеком, но обязательно бы стеснялась переодеваться перед андроидом мужчиной, но она андроид-проститутка и ей как-то плевать. Она застегивает молнию до самого подбородка, скрывая следы тириума на шее, который уже не успеть стереть, и подходит к карте, которую рассматривал Саймон.

Разноцветные и почти выцветшие значки помогали ориентироваться, но не то чтобы сильно, потому что плана до сих пор не было. Да, им нужно было куда-то бежать, но не было понимания куда, также как и количество андроидов, которые способны убежать с корабля. К тому же, нужно было найти Джоша и всё ему объяснить, если он еще живой. В толпе из андроидов она потеряла его в какой-то момент, но уже на корабле видела его макушку среди остальных. Вот только он не рискнул к ней подходить и что-то обсуждать. Им нечего было сказать другу другу, потому что в одночасье они оказались по разные стороны баррикад. Больше никаких мирных демонстраций и криков о мире, добре и бабочек с радугой. Хотят войны - получат войны.

Норт дотрагивается до точки на карте, на которую обращает её внимание Саймон. Она совсем не разбирается в районах, потому что в памяти не осталось ничего, а в новой жизни у неё было не так много возможностей куда-то ходить. Тем не менее план звучал вполне логично, потому что там можно было вытащить много андроидов. Да, никто из них не умел одним прикосновением сбоить системы и пробуждать ото сна, как это делал Маркус, но у них были свои методы. По крайней мере, Норт в них верила так сильно, как никогда. До сегодняшнего дня, конечно же. Теперь у неё есть на примете более действенные и решительные меры.

В какой-то момент позади неё затихает Саймон, вслушиваясь в тишину, будто бы пытаясь что-то услышать. Норт не обладает таким слухом, у неё с ним в целом проблемы, потому что не нужно проститутками хорошие слуховые системы. Слышит команды и этого достаточно, а остальное это уже не так важно. Тем не менее, она пытается услышать хоть что-то, но кроме привычного скрипа ржавых перекладин внутри корабля и шума ветра за окном ей не слышно ничего. Но на чужом лице слишком много обеспокоенности, чтобы просто проигнорировать.

— Саймон? Твою мать.

Норт стискивает кулаки, чувствуя, что всё-таки контролировать свой уровень стресса бесполезное занятие, а отключить его, к сожалению, нельзя. Тем не менее, она следит за взглядом Саймона в сторону одной из коробки оружия, такие лежали во всех комнатах на какой-нибудь экстренный случай. Сейчас случай просто охренительно экстренный, поэтому вряд ли игнорировать стоящие коробки хорошая идея. Норт надеется, что остальные андроиды и Джон в том числе тоже найдут такие припасы рядом с собой и это спасет им жизнь, потому что она не может спасти всех. Она чертова Маркуса спасти не могла лицо этой гребанной революции, что уж говорить про других. Но теперь это их с Саймоном обязанность, так что Норт открывает крышку, доставая оттуда разное оружие. Она абсолютно без понятия, как это всё называется, но знает, как им пользоваться. Главное взять нужные патроны и определиться с основным оружием, а остальное уже детали. Норт выуживает пистолет и несколько коробочек с патронами, которые засовывает в огромные карманы формы, а затем аккуратно размещает в свободном рукаве нож, чтобы можно было легко его достать. Ей всё еще не слышны выстрелы, но по вибрациям корабля, который вдруг стал грохотать еще сильнее она понимает, насколько близко к ним подобрались. Интересно, у кого человечности в итоге больше: у людей или у андроидов?

Норт удается взять еще что-то из коробки, когда что-то очень мощное ударяется о ржавые стены корабля, заставляя всё вокруг покачнуться. Она матерится себе под нос и отходит в сторону, позволяя Саймону выбрать своё оружие, а затем приоткрывает дверь в коридор, выглядывая наружу. Никого не было видно, потому что большая часть андроидов была в другой части корабля и оставалось надеяться, что они довольно точно распознали причину шума. Тем не менее, их нужно было всё равно предупредить и раздать хоть какое-то оружие. Она косится в сторону Саймона, и закрывает дверь в комнату.

— Надо найти Джоша и по пути сообщить как можно большим андроидам, куда нужно двигаться.

Норт подходит и берет Саймона за руку, крепко её сжимая. Из них двоих так себе выходит дуэт, но выбирать не из чего. В конце концов, Маркус верил в них, а значит нужно оправдать его надежды.

[nick]North[/nick][status]добро нахрен пожаловать[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/398/169492.png[/icon][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Норт</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>detroit become human</fan><center>ориентация север
я хочу, чтоб ты верил
я хочу, чтоб ты плакал</center></div>[/lz]

+2


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » неразборчивым почерком вписаны кровью в историю