пост недели от HENRY MILLS
Это, кажется, будет просто нереально. Он просто молчал, боясь на данный момент, сказать хоть слово. Читать далее...
А Карвер голодный холостяк!!!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Когда пишешь заявки, не забывай о ламах!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » фандом » oblivion


oblivion

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

***
zayde wolf & neoni → oblivion

merrill & carver hawke

https://forumupload.ru/uploads/0014/69/31/2/390879.png

i don't know where this story ends
never turning back again as i drop into

oblivion

***

+4

2

Потерять наследие и потерять остатки долийцев, которых Мерриль могла называть своим кланом. Впасть в одержимость элувианом, этим проклятым зеркалом, которое стоило ей и наставницы Маретари, и доверия многих людей. Всё начинается с одного небольшого шага, с маленького осколка, с валласлина на твоём лице. Мелочи в жизни определяют ту личность, которой ты станешь или будешь всегда. Надо было ожидать того, что небольшой оазис в этой богами забытой пустыне не будет таким мирным и тихим. Шемлены называют это место Западным пределом. Долийка ещё задавалась вопросом по прибытию сюда - предел чего именно эта пустыня? Как оказалось, она являлась чем-то вроде предела цивилизации, где из местных достопримечательностей только занесённые песком статуи древнего Тевинтера и растение под названием борода вурдалака, растущее то здесь, то там. О, кстати, здесь очень много гурнов и фенеков, очень милые существа, надо сказать. Из не очень приятных вестей - ночью очень холодно и откуда-то с запада или юга слышны страшные звуки, которые эльфийка слышала лишь на Глубинных тропах.

Впрочем, как Мерриль оказалась здесь? Очевидно, вопрос прост. У неё была карта, но вместо Изумрудных могил она умудрилась прийти в не самое благоприятное место не только для эльфов, но и для шемленов тоже. Ночью на лагерь напал крупный ящер. Яркий окрас, большая пасть... вот только никого из братьев и сестёр клана тот не съел. Припасам же досталось больше всего. Но это лишь половина беды - один из разведчиков увидел издалека группу шемов, чьи лица были скрыты масками. Из тех книг что долийка читала, она помнила, что там их называют... тевинтерцами? У них есть своя империя, далеко отсюда. Но познакомиться как-то ни с одним чести так и не выпало. В Киркволле и так было строгая политика в отношении магов.  Мерриль казалось, что её спасало лишь то, что никто не мог и подумать, что в месте вроде крохотного эльфинажа может появиться кто-то вроде неё. Либо это было из-за какой-то другой причины? Кто знает, сейчас это уж точно было неважно. Важно было то, что завязался бой, который окончился слишком быстро. Помимо Мерриль в группе не было магов или воинов. Что могли сделать охотники против группы вооружённых людей явно вышедших не на прогулку? Далее следовали не самые приятные моменты: темнота в глазах, головная боль и тяжёлый ошейник на шее. Половины группы не было видно среди оставшихся пленных сородичей. Убиты или того хуже. Сбежать не получится - их больше, они лучше подготовлены, а в одиночку Мерриль мало что способна сделать. Если только-... нет, мысли о подобном должны исчезнуть. Она всё ещё помнит тот неодобрительный взгляд со стороны. Прозвище "ведьма" среди бывшего клана закрепилось не просто так. Или так называть её начали гораздо раньше? Голова не могла мыслить нормально, а до места назначения было рукой подать. Руины древнетевинтерского государства возвышались в ущелье, старые и заброшенные. Чем это место было до того - можно было только гадать. Зато, оказавшись по другую сторону здания, долийка резко всё поняла - это тюрьмы. Гниль вокруг, железные прутья и полная тишина, нарушаемая лишь подозрительным шумом, который шёл то ли из под земли, то ли откуда-то гораздо глубже.

Шли дни, а членов клана Мерриль становилось всё меньше. Их уводили по одному, иногда по двое, пока в камере не осталась одна эльфийка. Прошло два дня, но никого не было. Пока наконец не пришёл один из этих тевинтерцев и не потащил за собой эльфийку, отсоединив цепь от стены. Спотыкаясь от усталости и набивая синяки на коленях, она не смогла идти. Единственным "спасением" стало нападение порождений тьмы, решивших атаковать именно сейчас. Их было достаточно для того, чтобы перебить тех шемов, что находились в здании. В пылу битвы, Мерриль взяла чьё-то снаряжение со стола и сбежала. Уходя всё дальше от шума чудовищ и криков умирающих людей, долийка выбежала из недр руин на палящее солнце, где её встретили два человека. Они были из тех, кто похитил её, эльфийка видела это по их удивлённым глазам. Пришлось колдовать лишь те заклинания, что были под рукой. Пользоваться той магией из-за которой Мерриль и стала изгоем. Порезав ладонь о выступ стены, долийка образовала вокруг себя щит из крови и магической энергии, способный защитить от удара меча или стрелы. Так и случилось - продержавшись пару серий ударов, она улучила момент, когда один из нападающих устал и в тот же миг Мерриль использовала окружающую кровь, чтобы проткнуть врага, соединить свою кровь с его и взорвать изнутри. Второго врага получилось разрубить наполовину тонким слоем крови, резавшим как сталь. После, кровь потеряла форму и осыпалась на пески этого места. Победа, не считая поражения в плане собственной морали и убеждений. Выжила, но какой ценой? Голова кружилась, она была вся в чужой крови и стоило искать новое пристанище. Цель. Причину жить дальше.

Спустя день блужданий по пустыне в чужой одежде, уставшая эльфийка нашла небольшое озеро и зайдя в него, упала на колени, чтобы умыть лицо. Вот только шум за спиной ясно дал понять, что она тут не одна...

+1

3

[indent] Райлен добродушно улыбается и жмет Карверу руку. С тех пор как Райлен со своими подопечными покинули Киркволл после первого этапа помощи городу, Карвер видится с ним только письмами. Последнее письмо Карверу приходит за несколько дней до взрыва на Конклаве. 

[indent] Карвер знает, что, при первой же возможности, Райлен вместе с теми, кто прибыл с ним в Киркволл, присоединяется к Инквизиции. Встретиться с ним не получается, письма исчезают в потоке отчетов для командира Каллена. Райлен снимает одежды храмовника, но остается человеком, которым когда-то давно завещал быть Орден до того, как в большинстве своем преобразился в сборище садистов.

[indent] У Райлена кожа рук темнее, чем Карвер помнит, шелушится лицо и сверкают в улыбке зубы. Он извиняется за беспорядок в Грифоновых Крыльях — не всю кровь венатори успели смыть и не все их вещи отправить в утиль. Карвер замечает только флаг Инквизиции, что вяло развевается из-за слабого ветра, синее небо и слепящую желтизну пустыни. Карверу не до экскурсий по крепости, Райлену не до того, чтобы быть его экскурсоводом.
[indent] У солдат, торговцев и тех, кто подтянулся перевести в крепости дух прежде чем двинуться дальше, проблемы с водой: источник под крепостью очищают от трупов, в оазисе варгесты, что устроились у водопоя на кладку, покинуть крепость они не могут — в округе еще водятся недобитые венатори и порождения тьмы.

[indent] Райлен говорит скольких солдат из крепости он может отправить с солдатами, с которыми пришел Карвер. Вслух они шутят, что такого количества должно хватить чтобы перебить всех варгестов в Западном пределе. Каждый из них понимает, что если по пути встретятся венатори или порождения тьмы, то этого количества хватит чтобы сделать так, что кто-то один успеет выжить, убежать, и рассказать о произошедшем.

[indent] Венатори им не попадаются, порождения тьмы кричат где-то по ту сторону горного хребта. Их слышно слишком хорошо чтобы Карвера не догнало понимание — сегодня ночью ему приснится Остагар которому наплевать на то, что за десять лет он должен разложиться в воспоминаниях как трупы товарищей, втоптанных в землю грязными лапами порождений тьмы.

[indent] Варгестов на входе в ближайший оазисе они не встречают. Может быть те ушли на охоту, где-то оставив яйца — Карвер не притворяется будто знает все о поведении варгестов и о том, оставляют ли они гнезда просто так потому что это в принципе первая встреча Карвера с разнообразием жизни в Западном пределе. Они совещаются недолго и принимают решение двигаться дальше — прочесать местность на наличие кладок и устроить ловушки.

[indent] У воды они встречают кого-то кто не варгест, порождение тьмы или венатори. В одежде как у венатори, но Карвер еще не слышал чтобы эльфы среди тевинтерцев ходили на равных. Возможно один из бывших рабов — Инквизиция уже приютила нескольких в своих стенах.
[indent] Карвер дает знак чтобы оружие было наготове, но не вздумали атаковать без его приказа или крайней необходимости (например, если Карвера вдруг убьют, не успей он сделать один шаг навстречу, но Карвер надеется, что до этого не дойдет).

[indent] — Если у тебя получилось сбежать от своего господина, Инквизиция может... — Карвер запинается, когда подступив поближе и рассмотрев в лицо, узнает: — Мерриль? Что ты здесь делаешь?

+2

4

Это конец, ещё секунда или минута и эльфийке казалось, будто бы её жизнь прервётся, не успеет она и повернуться к источнику чьего-то присутствия, но пелену слабости прервал такой знакомый голос. У долийки было очень мало сил, чтобы что-то распознать, но его она слышала много раз. Ранее, в Киркволле, во время путешествий, да и на Расколотой горе иногда. Такой знакомый и учтивый, но временами, как она помнила - неловкий, будто старавшийся выбраться из тени того, что его пытаются затмить, что было, конечно же, зря. Подняв голову, эльфийка устремила свои зелёные глаза вверх, увидев Карвера Хоука и ещё группу людей в броне и с оружием. Враждебно они, к счастью, не выглядели. Это был хороший знак и эльфийка позволила себе улыбнуться в знак того, что помощь нашлась так скоро. Даже так - что помощь вообще здесь нашлась, в этой богами забытой пустыне. О Карвере у неё остались хорошие воспоминания, ровно как и об остальной компании Киркволла. Маг крови знала насколько важна сплочённость в ситуациях, когда общества храмовников и магов готово перегрызть друг другу глотки, хотя и надо в таком случае выбирать сторону. Но выбрать сторону магов или храмовников недостаточно. А как же эльфы? Люди? Те, кеми мы являемся не по призванию, а с рождения?

- Карвер? Это ты? У меня же не солнечный удар? - поверить такому явлению было сложно. Что если это венатори, в другом обличии? Что если это демоны? Что если это ей всё кажется, в конце концов? - Похоже, нет. Ты реален и я рада, что это так. Секунду, позволь мне...

Она попыталась встать, хоть это и получилось с трудом. Видимых ран не было, но сразу было заметно - венатори не долийской мудростью с ней делились. Синяки на коленях и мелкие царапины - кто-то сказал бы, что этой эльфийке покровительствует весь эльфийский пантеон богов разом, вот только маловероятно было то, что она сама так считала. Клана больше нет. Никого. Она не верит этому, но всё ещё старается придти в себя, повторяя в мыслях что всё придёт в норму. А придёт ли? Когда хоть что-то в её жизни было в норме, если подумать серьёзно? Первый клан отказался от неё, во втором она ухватила надежду за крыло, только чтобы упасть в тот момент, когда ей казалось, что всё позади. Третий клан... его больше нет. Как и нет прежней Мерриль. Так кто же теперь эта эльфийка в оборванной тевинтерской мантии? Хороший вопрос, так и оставшийся без ответа.

- Я сбежала от магов Тевинтера. Здесь, где-то в этой пустыне. Они взяли в плен наш клан, выживших не осталось... кроме меня. - последние слова были сказаны почти что про себя, пока Мерриль скрывала под рукавами мантии порезы на руках от недавнего колдовства. Неправдоподобный рассказ, но лучше этого у Маргаритки ничего не было. Ей, конечно же, поверят, вот только её сородичей это не вернёт. Можно попросить Карвера вернуться, поискать её людей, перебить венатори. Но больше смертей она не выдержит. Не сейчас, не сегодня, никогда. - А как ты оказался здесь? Тебя прислали за мной? Хоук? Варрик? Скажи мне, молю...

Очень хотелось верить, что так оно и было бы, но все мы знаем жестокую правду - о путешествии Мерриль никто и слыхом не слыхивал, скорее всего. Она не писала никому в это время, надеясь лишь на саму себя. Кончилось всё плачевно и описывать всё в красках нет нужды. Но оставаться у разбитого корыта - значит сдаться. С кланом или без, у Мерриль всё ещё есть жизнь, которую она намерена не тратить впустую на жалобы и слёзы. Она должна найти поддержку и тех, кого нужно поддержать, стараясь не угодить по пути в очередной капкан, заботливо подготовленный жизнью. Всё ещё стоя по колено в воде, бывшая Первая не тряслась, но боль ломила суставы как топор лесоруба ломает ствол дерева. Резко, но мерным темпом. Откуда у Мерриль были силы? Она не знает. Как не знает и множества других нюансов в этой жизни, будучи по сути всё ещё эльфийским дитя, случайно подобравшим осколок элувиана, который она хранит с собой в виде памятной безделушки. Талисмана. Медали за глупость. Чтобы выполнять вечную работу Хранительницы - помнить о том, что когда-то было.

+1

5

[indent] Сначала Карвер думает что Мерриль — это мираж, плод его воображения, результат взаимодействия горячего солнца, песка и воздуха на организм. Мерриль не может быть в Западном пределе. Мерриль может быть где угодно, она ведь не на веки вечные прикованная к эльфам в эльфинаже полуживого Города Цепей, просто не здесь и не сейчас.
[indent] Покидая Киркволл, Карвер думает, что не встретит больше никого, кто там остался. Мерриль он встречает посреди земель выжженных Вторым Мором, за многое-многое расстояние от Скайхолда, куда бы оставшиеся из табора Мариан могли бы податься в Инквизицию, как это сделал сам Карвер, и самого Киркволла, который бы не стали покидать каким бы он грязным и разбитым бы ни был.

[indent] Мерриль не может быть здесь.
[indent] Мерриль не может бежать от магов из Тевинтера.
[indent] Мерриль не может бежать от магов из Тевинтера используя методы, за которые Карвер-храмовник должен был бы выволочь ее к Ордену на усмирение или казнь.
[indent] Мерриль не может быть здесь, но вот она — рассказывает свою историю и быстро пытается ее приукрасить, нервно одергивая рукава одежды. У Карвера дергается глаз — рефлекторно. Карвер знает, что такое магия крови и что за ней может последовать. Некоторым знакомым магам Карвер доверяет — возможно, зря.

[indent] Создатель покинул свой трон, чтобы строить детские козни, тыкать пальцем и громко смеяться — иного объяснения тому, что они с Мерриль встретились при таких условиях здесь и сейчас у Карвера нет.

[indent] — Это взаправду я, — говорит Карвер и хочет добавить — «можешь меня ущипнуть», но вовремя клацает зубами и запирает за ними язык, потому что Мерриль ведь так и сделает, а Карверу не очень хочется, чтобы его щипали.

[indent] Карвер дает отряду отмашку, что в ближайшее время можно не напрягаться держать руки на рукояти меча или на тетиве лука в ожидании подвоха. Карвер видит Мерриль впервые за последние несколько лет, но все еще доверяет ей в том, что она не сделает ничего глупого и не убежит от них так, как убегала от магов из Тевинтера.

[indent] — Меня никто не присылал, — Карвер думает стоит ли ему набрехать как бедовая собака подарив немного надежды, что встреча была предопределена не только Создателем или эльфийским богом, в честь которого у Мерриль на всю жизнь разукрашено лицо или все же быть правдивым. Карвер выбирает второе — хорошо врать у него получается только если он в это искренне верит, а для того, чтобы убедить себя нужно время, которого у него нет. — За тобой, по крайней мере, но я рад тебя встретить. Мы пришли охотиться на варгеста.

[indent] Ложные надежды — самое худшее наказание для всех, кто умеет думать и чувствовать.

[indent] — У Инквизиции в Грифоновых Крыльях нет локального доступа к чистой питьевой воде. Поможешь нам с охотой? А после, если хочешь, можешь пойти с нами в крепость. Инквизиция помогает не только сбежавшим из рабства.

+1

6

Немного надежды - и весь мир спасётся. Так Мерриль думала когда-то. Как люди Церкви, храмовники, долийцы, жители Эльфинажа любого города... почему-то ей казалось, что даже демоны хотели себе немного это чувства, пусть и не в самом лучшем ключе. Надеяться заполучить чужое тело - благие намерения ёмко выстилают дорогу в ад, деяниями или словами. Стоило людям вокруг опустить оружие, как эльфийка почувствовала себя хоть немного, но в безопасности. Редкое ощущение, но которое знает каждый. Впрочем, не все дорожат им. Кто-то любит бежать из уютного и комфортного места навстречу опасности, забывая о всякой безопасности - как Изабелла, или делать то, что велит долг, жертвуя ей же - как Авелин. Что привыкла делать девчушка с валласлином на пол лица? Ответ нельзя было дать сходу. Какое-то время, пребывая в своей маленькой лачужке в Киркволле, ей всё ещё казалось, что безопасно тут не было. Год за годом что-то менялось, кроме неё. Эльфы, всё-таки, живут дольше людей и что им какие-то несколько лет?

Впрочем, воспоминания не шли ей сейчас. Вечный якорь, который она вынуждена тащить за собой как вечный груз. А вы думали? Иногда - долголетие это не преимущество. Оно подобно стреле, которая застряла у тебя в лёгком и не даёт спокойно пройти и шага вперёд. Однажды в Бресилиане она чуть не попала в шемленский капкан. Это было в далёком детстве, до того момента, как она стала Первой клана Сабре и до пропажи Тамлена. Запоминающийся опыт того, что мир - не площадка для игр, но мнение о том, что он настолько же интересный, насколько и неизведанный только крепилось с каждым днём. Так было с людьми, так было с опасными животными вроде гигантских пауков, так было даже со своими сородичами. Если бы она не заинтересовалась тайнами того элувиана - кто знает... может из неё и вышла бы та Хранительница, которую долийцы заслуживали. Но любая корона тяжела, особенно если состоит из ответственности за твои действия. Магия крови - не игрушка. Магия крови - это опасно. И никто не говорил о том, что ей действительно можно кого-то или что-то спасти, пусть и цена эта будет высока. Жертвенность есть жертвенность и с её концептом молодая эльфийка знакома лучше всего. Вплоть до того, что та у неё порой соприкасается с наивной детской глупостью.

- Варгесты? Здесь? - по лицу Мерриль было ясно, что данная новость нисколько не испугала её, несмотря на её текущее состояние. Дайте ей костыль - и она всё равно побежит помогать своим друзьям с этой... проблемой? Эльфийка, по крайней мере, не считала варгестов проблемой, как и любых существ, если они не вывалились из Тени с намерением заполучить её тело. - Буду только рада помочь с этим, Хоук... то есть, Карвер... то есть...

От неловкости никакая магия не спасёт, даже магия крови. Разве что, демон желания вселится в твоё тело, но это был наименее приятный вариант для кого-либо. Поэтому, она никак не могла привыкнуть к имени Карвера и редко, но метко, называла его просто: Хоук. Как Мариан. Кто-то скажет, что это тлетворное влияние Варрика, который любил давать всем прозвища, чего и сама долийка опровергать бы не стала.

- А что именно мне надо будет делать? Я знаю о варгестах не так много, как необходимо... всё-таки, в долийских лесах их не встретишь. - позволить улыбчивое выражение лица это в её духе. Никакая физическая боль не смогла сломить этот дух. Моральное опустошение или душевные муки - да. Но эта эльфийка ходит босиком почти что везде. Она привыкла к физическим неудобствам. Она привыкла спать под открытым небом и жить рядом с дикими животными. Возвращаясь к проблеме с варгестами - по крайней мере, Мерриль читала о них и знала некоторые повадки данных ящеров. Сначала, они показались ей похожими на драконов, но гораздо меньше. Факт оставался фактом: этих красочных чудовищ юная Мерриль видела только на картинках или слышала о них от того же Варрика. Порой ей казалось, что она и живёт только для того, чтобы увидеть как можно больше диковинных существ и изучить их повадки. - Звучит как прекрасная идея. Если, конечно, я не буду никому мешать в крепости, то... я не против пойти с тобой. Всяко лучше, чем остаться здесь.

+2


Вы здесь » Crossbar » фандом » oblivion