пост недели от Behemoth
Карнавалы в Венеции всегда были превосходны в глазах Бегемота. Он старался их не пропускать, ведь это была особая атмосфера. Читать далее...
Ждем новый выбор Карвера!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Октябрь - время постов!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » фандом » пиздоси гуляют


пиздоси гуляют

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

ПИЗДОСИ ГУЛЯЮТ (с) это Желтоглазка придумала :з
https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1146/t987051.png https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1146/t168832.png https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1146/t108285.png https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1146/t342453.png https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1146/t110622.jpg
таймлайн: да хз, знаете со своими тайми-вайми к парню с часами, ну типа уже когда батя сдох, иначе бы меня из тюряги вытащили
место: заун
кто: Желтоглазка и ваша покорная слуга
сюжет: придумайте самый всратый сюжет? придумали? спасибо. вот он

Отредактировано Jinx (2022-04-07 18:47:53)

+5

2

Эвелинн не нравился Заун. Он был весь на контрастах, таил в себе немало различных людей, их устройств и прочих вещичек. Но все же все в нем было до тошноты  отвратительно приторным. Люди то светятся от счастья, то изводятся нервами и криками, что скорее вгоняло демона в гнев, чем желание поесть. Наверное, только там подавляющее большинство было непригодно для еды, из-за чего каждая встреча скорее напоминало поход в клуб, где можно было лишь повеселиться и выпить, а не поесть.

Итак, да, Заун был не самым любимым местом Эвелинн. И все же иной раз она поддавалась своей скуке и непонятно откуда взявшейся надежды на то, что там что-то изменилось и стало повкусней. Спойлер: никогда и ничего там не меняется.

Ее последняя поездка хотя бы наплоена каким-то азартом, надеждой и наглым ожиданием чего-то поистине шикарного. И все вроде так и было, пока этот пресловутый людской мозг не решил, что нужно быть наглым, невоспитанным и.. там погрубее слова были. Нервы так и плясали, а голова, что раньше никогда не болела, вдруг стала наковальней для чужого молота. Так что кто-то даже мог обвинить ее в нападении на какую-то там богатую дамочку?

Казалось, что все силы на победу были у Тени. Но толпа собралась тогда довольно большая, так что нападающую быстро скрутили, а еще быстрее увезли в непонятном направлении, предъявили каике-то обвинения и все в таком духе. Легче и вполне приемлемо для собственной самооценки было думать о том, что все это был особый план, чтобы найти хоть какое-то развлечение в этом ужасном и занудном Зауне. Но ничего, что использовало такое слово как «планирование», там не было.

Итак, Тень, что прожила так долго в мире, чтобы радостно распахнуть свои объятия для нескольких воин в разные века, попала в тюрьму, где были обычные люди, с самым глупым обвинением на свете. И беда ведь была лишь одна – быть одним демоном среди множества людей, в лучшем случае, было кране неприятно. Во всяком случае, дли того, чтобы совершить единоличный побег, так что приходилось устраивать бунт. На что согласны бил не так уж и мало людей, только каждый их план для охраны был не то, чтобы таким уж и невероятным и новым, так что каждая попытка побега была провалена. Эвелинн даже все же сорвалась и вонзила пару своих острых когтей в живот другой заключенной. За это ее тоже по головке никто погладить был не должен, но время удачно совало, чтобы женщина отошла на достаточное расстояние и растворилась в темноте. Правда, наказали все равно, но за попытку побега.

Пробыла в тюрьме Эвелинн порядка двух недель в ожидании своего приговора. Во всяком случае, так ей сказали, так как сама она столкнулась с такой нудной проблемой впервые, так что количество тех тонкостей, с которыми она столкнулась, было просто ужасающее много. Чего уж там: слово «адвокат» было для нее пустейшим звуком, а тут обрело какое-то значение. Последнее, что Тень хотела, так это так вникать в детали языка еды. Иначе говоря, женщина закипала.

Помощь, однако, пришла в лице побега какого-то там преступника. Эвелинн не вникала в произошедшее, но среди «мелких» преступников начался хаос, беготня и какой-то даже чистейший восторг среди большинства. На пару мгновений ей даже не хотелось уходить, а навеки остаться в этом странном безумии, но потом между заключенными началась драка и это чувство быстро испарилось, оставляя в голове лишь призыв быстрее выбираться из этого места.

Заблудилась в этой огромной суматохе женщина чисто случайно - последовав за какими-то сотрудниками, что в спешке бежали прочь от толпы. Как оказалось, бежали они прятаться, так что завели в какой-то тупик Эвелинн и закрылись за прочной дверью. Для приличия Тень в дверь постучала, отчаянно завопив, прося о помощи, но никакой реакции так и не добилась.

Вокруг один лишь коридоры и двери, большая часть которых была закрыта или же за дверью уже была пара-тройка заключенных, которые то прятались сами, либо измывались над кем-то из сотрудников. Так или иначе, это явно была не та часть тюрьмы, которая помогла бы в успешном уходе из нее. Однако людей на пути практически не было, хотя крики, радостные возгласы и даже пара каких-то песен доносились то с одной, то с другой стороны. Всюду так и виднелись странные контрасты: то где-то было грязно и темно, то чисто и светло, то где-то пахло трупами и мочой, то где-то в воздухе так и порхал приятный цветочный аромат, то где-то был обшарпан даже пол, то где-то Тень могла различит доски дуба. Причем это все можно было заметить еще даже до того, как начался вокруг странный приступ вандализма, а не побега у заключенных.

Идя все глубже, как будто в кроличью нору, Эвелинн уже брела, поддавшись общему настроению вокруг. Всякая попытка найти карту оборачивалась лишь тем, что ничего подобного она не понимала. А попытка с кем-то заговорить походила на предложение покинуть страну чудес. Иначе говоря, найти союзника было не так просто среди, казалось бы, таких же желающих найти выход. И все же момент упущен, когда охрана как будто стягивается, вспоминает свои протоколы и, словно стадо, начинает всех сгонять. Видимо, проблема с побегом важного заключенного решена, так что можно было справиться и с остальными. Итак, если до этого была неразбериха, то сейчас происходило то, на что слов не находилось - беготня, менее приятные крики и слишком много драк.

Избегать все это получалось очень даже хорошо, хотя везение все равно покинуло Эвелинн в один из ответственных моментов - прямо ей на встречу, где она кажется видела окно, вышло двое охранников, которые без минимального приличия решили задержать Тень. Говоря откровенно, демону не хотелось их убивать, даже парой фраз или взглядов она предпочла бы не бросать, но ей действительно не очень-то везло. Из-за чего, когда на нее кричат и даже оружие поднимают, то кроме как недовольно морщится и выпускать когти, частично сбрасывая личину человека, женщина решает просто избавится от них. Главное, когда все обнаружится, быть подальше уже от этого места.

+2

3

Тик-так. Тик-так... ТИКТАКТИКТАКТИКТАК!!!
Это было уже практически невыносимо. Джинкс мечтала подохнуть. Или взорвать все к чертям. Звук, падающей на землю, капли раздражал с каждым разом все сильнее, долбя по мозгам. И даже голоса в голове притихли, явно решив тем самым наказать Джинкс еще больше. Будто бы того, что она попалась в лапы миротворцам было не достаточно. Только один голос, спокойный и тихий, будто бы был все еще с ней, но она сама заглушала его, потому что от его ощущения было еще больно. И еще больше одиноко.
Попав в тюрьму, она первым же делом попросила сделать себе татуировку пуль, которые накладывались сверху на голубые облака дыма. Силко бы не понравилось, но ей было это нужно.
Паудер это нужно.
Да, Паудер была сентиментальнее. Срань.
Джинкс вытянула руку, лежа на полу своей тюремной камеры, и осмотрела рисунки на коже. Вай сказала, что она тоже сидела в тюрьме и ее татуировки были сделаны там. А теперь где эта Вай? Гребанный миротворец, один из тех, кто был рад засадить ее сюда. И то, что она каждый раз приходит и сожалеет об этом, совсем не помогало ни Джинкс, ни Вайолет. Вот если бы она выпустила... Джинкс пыталась влиять на нее, но каждый раз что-то или кто-то мешался. В конечном итоге, Вай стала приходить реже. А может дело в ее гребаной работе. Кто знает...
Тик-так.
Кап-кап.
Внезапная шумиха в виде топота ног и веселых криков заставила Джинкс насторожиться и перевести взгляд на свою решетку. Двое каких-то мужиков, выглядевших как тупой маскарад на миротворцев, явно укравших у них нарядец, остановились около ее камеры и смотрели во все глаза. Это же Джинкс, говорили они, давай выпустим, вот веселуха-то будет. Мерзко хихикая, они приоткрыли ей дверцу и побежали делать свои дела дальше. Недоуменно приподняв голову и выгнув бровь, Джинкс поднялась с места и неспеша приблизилась к выходу, одним пальцев толкнув дверцу решетки. Так не с легкостью, но поддалась, позволяя девушке выйти. И стоило это сделать, как сигнал тревоги оглушил тюрьму, а заключенные потоком куда-то задвигались, наполняя тюрьму паникой и хаосом.
Беги. К свободе.
Его голос всегда говорил ей, когда не стоит упускать шанс. Джинкс широко улыбнулась, ловко пропуская мимо себя бегущих. Она понятия не имела, что творилось, но быстро решила влиться в всеобщую беготню. Миротворцы явно не ожидали подобной выходки от заключенных, поэтому выглядели так, словно их только что на работу взяли. Интересно, а Вай сегодня в смене? У Джинкс буквально в руках зудело, так хотелось поскорее вернуть свои пушки, но оставалось пока что довольствоваться тем, что он просто дралась с каждым блюстителем закона, который попадался ей на пути, просто чтобы прийти в форму и развлечься. По пути она получала части истории о том, что решили сделать массовый побег, чтобы освободить одну махину, благодаря которой все миротворцы отвлекутся. Джинкс было обидно, что махиной была не она. Она тоже отвлекать умела. Из-за такой конкуренции ей захотелось посмотреть кого же там освободили вместо нее, поэтому она пробиралась к самому центру тюрьмы, в то время как остальные бежали к ней навстречу. Замереть пришлось, когда двое миротворцев решились взяться за работу перед весьма впечатлительной дамочкой. По ее виду и не скажешь, что она должна тут сидеть. Она в принципе не должна быть в Зауне, что вызвало у Джинкс только любопытство. Она собиралась было ей помочь, но... дамочка меняется в лице и выпускает изо спины какие-то штуки, заставляя Джинкс просто завороженно смотреть, как они протыкают людей насквозь.
— Вау... — выдыхает она, когда два безвольных тела падают вниз, открывая Джинкс взору незнакомки. Две штуки теперь смотрят на нее, также как желтоглазая дама. Джинкс поднимает руки и зачарованно улыбается. — Я хотела сделать это с ними сама, но ты сделала это круче. Научишь?

+1

4

Люди – раздражающие мухи, чья жизнь зависит от того, как сильно по ним ударишь. На самом деле, Эвелинн может столетие провести в том, чтобы придумать всевозможные сравнения о том, на кого так похожи люди. Причин, однако, поменьше будет. Почему-то именно о них Тень никогда не задумывалась, предпочитая людей не любить просто потому, что они глупая еда, которую приходилось еще и обхаживать, доводя до нужной кондиции. Однако и тех, кто уже в ней находился, много благосклонности тоже не находил.

Женщина не спешит поворачиваться к той, кто так раздражающе мешает. Она успевает вздохнуть, а еще взмахнуть хлыстом в сторону, стряхивая кровь. Скорее лишь для того, чтобы хоть чем-то себя занять, растягивая время, чем для показухи, но не сказать ведь, что красные капли не бросились красивыми брызгами на стену.

Это не так, будто Эвелинн так уж против ненужных убийств, совсем нет. Однако во всем должна была быть мера, да и хоть какая-та подготовка. Хотя бы моральная. Как-никак Тень ведь не маньяк какой-то, чтобы бросаться при каждом удобном случае на всех подряд. Тем более не тогда, когда чужой голос звучит так приятно в такой обстановке. Наверное, лишь из-за этого тело ее вновь теряет нечеловеческий фиолетовы оттенок, возвращаясь к более привычному для них оттенку кожи.

- Их тут полно, - отвечает Эвелинн, растягивая слова и даже приветливо улыбаясь. – Как и других заключенных, не думаю, что кто-то расстроится, если их не досчитаются.

Тень внимательно рассматривает другую девушку и как-то не так уж и верит, что та хоть на что-то способна. Во всяком случае, уж точно не противостоять паре-тройке нападающих в узком коридоре. Как и не сможет та стану взорвать. Или окно выбить с решеткой. И на ту, кто карту этого знает наизусть или даже расскажет и каком-нибудь секретном проходе. Так что разве что пушечное мясо? Раз уж находится рядом с Эвелинн другой не страшно, то почему-то ей действительно не проверять следующий поворот.

Лишь подойдя поближе, так просто пускать в расход не захотелось. Запах девушки перебивался из-за того, что другие не умирают в спокойствии и стерильности. Те, кто сталкиваются с Тенью, часто теряются в страхе, отчаянье и весьма грубой ненависти, давая свой последний бой. Так что она не сразу чувствует то, что вполне можно будет довести до нужной точки позднее. Из-за этого придется немного придержать первоначальный план, где жертвовать другой можно будет на раз, и теперь придется посчитать хотя бы до двух.

- Так, кто же ты? Как тут оказалась?

В любом случае, пока на нее не нападают, не пытаются как-то задержать или просто доставать, Тень может побыть милой. Однако время никогда никого особо не ждет, а другого момента выбраться из этого места у Эвелинн наверняка появится не так уж и скоро, так что она переводит взгляд от девушки и рассматривает трупы на земле, затаскивая пальцы под форму в поисках хоть чего-то полезного. И все же как будто полезность – слово, что хоть кто-то знает в этом помещении. Так что, конечно же, у них ничего нет необходимого Тени.

- Что-нибудь от них нужно? – глупо предполагать, что другой может понадобиться третья рука или часть формы, но вдруг, нужно быть хотя бы иногда вежливой.

Вопрос все еще открыт – куда же теперь идти?

+1

5

В голове у Джинкс играют биты, а сама она аж подрагивает от нетерпения  - хочется пуститься в пляс с этой незнакомкой. Взять за руки и скакать вокруг двух бездыханных тел, словно у них тут праздник какой-то. Разве не похоже? Крики, взрывы... только граммофона не хватает. Два отростка вальяжно стряхивают кровь, окрашивая стену новой краской, и Джинкс улыбается еще шире, подавляя в себе желание потрогать эти чудесные острые штуки. Смертельные штуки. Джинкс пока не спешила на свидание к смерти. У нее других дел полный... нет, не полный, но все же. Девушка перед ней медленно теряет фиолетовый цвет.
— Да ладно тебе, тут все свои, — пытается остановить ее Джинкс, только ее не слушают. На лице Джинкс появляется разочарование. Более очевидным становится, когда и смертельные штуки исчезают за спиной, показывая, что Джинкс не считается угрозой для жизни. Даже не знаешь - обидится или порадоваться.
— О! Я Джинкс! Не слышала обо мне? — Джинкс расплывается в довольной улыбке, хватает, подошедшую ближе, незнакомку за руку и трясет в приветствии, словно они познакомились где-то на улице в более приветливой обстановке, чем раскуроченная массивным побегом тюрьма. — А тебя как звать? Я тут по вине сестрички совей. Ну сестры, знаешь? Вечная проблема.
Джинкс глуповато смеется и выпускает руку Желтоглазки, почесывая затылок. Ничего странного не ощущалось - на ощупь такой же человек, как сама Джинкс. Хотя Джинкс уже давно сложно назвать "просто человеком".
— Навзрывала то тут, то там. Убила кого не надо и кого надо. В общем, всякое случалось. Я не специально. — Практически не врет, но и стыда не испытывает. Не знает за что.
Как насчет нас?
— Ой заткнись, — отвечает голосам в голове, а затем понимает, что Желтоглазка могла подумать и добавляет: — Это я не тебе. Теперь твоя очередь. Кто ты? Что это за штуки? Они твои? Ты сама их сделала? — Джинкс закрутилась вокруг девушки, пытаясь найти два отростка, что были у нее за спиной, а затем глянула на двух убитых. У этих ребят было мало полезного, но Джинкс решила, что хоть какое-то лишним не будет, поэтому забрала дубинки.
— Пойдем. Понятия не имею, куда идти, но думаю надо бежать туда же куда и все. Там, наверняка, будет какая-то веселуха. — Ловко покрутив дубинки в руках, Джинкс поманила Желтоглазку за собой.

+1

6

Эвелинн фыркает. То ли от разочарования, то ли от веселья. В любом случае, ее новая знакомая весьма смешная, правда, смышленой ее назвать уж точно не получится. Правда, последнее Тень никогда и ни в ком не ценила.
- Прости, не слышала о тебе, - почти что с сожалением качает головой женщина, - Ты отсюда или… Демасия?
Хотя вот кто-кто, а Демасия таких вот девочек долго у себя не держит. Но все же если та уверенна, что о ней можно было услышать, то, может быть, так и было? Не то, чтобы Эвелинн так уж сомневалась в чужих словах, но не доверять она тоже особо и не могла. Как-никак ей действительно было все равно на других людей, тем более знаменитых.
В любом случае, свое имя Тень не называет, хотя и уверенна, что никаким веслом оно не обладает. Да и ее не переспрашивают, Джинкс вообще, казалось, наслаждалась звуком своего голоса, а, как позже поняла Эвелинн, проблем с собеседником она тоже не испытывала. В определенной степени это взволновало, но лишь из-за того, что уже встречались на пути такие вот экземпляры. У них в теле несколько душ, а значит и несколько разных мыслей. Такие всегда интересные. Только Эвелинн так и не научилась с ними общаться и задавать правильные вопросы, чтобы все выяснить.
- Я из Ионии, - отстраненно замечает Тень, хотя и не очень уверенна нормально ли то, что она так далеко от «дома» в этом регионе, в любом случае, это не так важно, не после того, как демон решает идти в разнос со своей ложью: - Одна из жриц.
Тень тянет губы в улыбке и даже позволяет себе на мгновение почувствовать за себя гордость. Жриц хотя она вроде как не встречала, так что даже не знает чем они там занимаются, но звучало довольно прелестно. Но рассказывать ей уж точно не о чем, даже фантазия особо не играет в попытке придумать, чем там занимаются эти жрицы, так что приходится ограничиваться лишь кратким рассказом о том, что это что-то про единение с природой, и о том, что разговаривать об этом она вообще-то не может.
Дорога ведет лишь вперед и Эвелинн очень даже надеться на то, что раз уж не обратила внимание на то откуда пришла ее новая знакомая, то хотя бы сама она не предлагала идти туда откуда пришла. В любом случае, Тень смотрит по сторонам и не видит ничего примечательного, совсем ничего, даже каких-то опознавательных знаков для сотрудников.
- Ты впервые тут?
Джинкс не выглядит как та, кто в таких местах не живет. Но это замечание едва ли кто-то воспримет как комплимент, так что он остается при женщине. В любом случае положительный ответ был весьма желанен, как-никак ничего путного вокруг не было, а выбраться было необходимо.
Но стоило Тени так подумать, как раздались выстрелы и еще пара мелких хлопков. Откуда именно они раздались Эвелинн не заметила, но зато приближающиеся шаги было достаточным ответом на всякий вопрос о направлении.

+1

7

Она. О ней. Не слышала. Сразу видно не местная. Джинкс махает рукой.
— Отсюда. Почти. Заун. Нижний город, где всякий сброд, который никому не нужен. Преступники, бедняки и так далее. Это тут в Пилтовере все такие крутые типа. Знаешь, делают вид, что они самые правильные. Сама сейчас убедишься.
Имя ей не сказали, поэтому Джинкс решила, что Желтоглазка вполне сгодится. Про убер-убивающие штуки ей тоже ничего не сказали, возможно, это не прилично. Поэтому про жриц любви Джинкс сразу же отбросила мысли. Возможно, в Ионии какие-то свои особые жрицы с убер-отростками из спины, чтобы защищаться. Джинкс вообще мало, что знала о чем-то за пределами Пилтовера и Зауна, поэтому не ей судить. Возможно, Желтоглазка расскажет о себе больше, когда они окажутся на свободе.

Долго ждать не пришлось. Впереди показалась потасовка из узников и миротворцев. Миротворцы стреляли, конечно, но и узники не были дураками, уже раздобыв себе оружие. У одного из них Джинкс заметила знакомый блеск неона.
— Эй, это мое! — Возмутилась она и оглянулась на жрицу. — Подожди здесь.
Кажется, та не особо хотела вступать в потасовку, поэтому Джинкс не стала ее просить, а сама бросилась в гущу толпы, чтобы сначала вежливо попросить свое оружие, а потом пустить в ход дубинки, чтобы отобрать Пау-Пау. Еще бы найти свою Скелетницу и с побегом вообще проблем не будет. Только что-то подсказывало ей, что так просто это не будет. Наверняка, грызунов все разобрали и придется собирать новых. Обидно.
Отобрав Пау-Пау и подарить пару точных выстрелов охране, Джинкс задула дымок с дула и направилась обратно к Желтоглазке под взглядами остальных узников.
— Я знаю, что мы ищем выход, но мне нужно забрать еще кое-что. Понятия не имею, где оно может быть, но мы же не торопимся?
Во время драки ей удалось удалось узнать, что-таки произошло.
— Выпустили очень страшного мужика. Основные силы сейчас стягиваются, чтобы его удержать. Мы можем пойти помочь или... — Джинкс неоднозначно пожала плечами и вприпрыжку отправилась в самый центр тюрьмы по верхним этажам, замирая вместе с Желтоглазкой на балконе, чтобы посмотреть на то, как справляется знаменитая пилтоверская полиция. Знакомая розовая макушка заставила Джинкс встать, как вкопанную. Взгляд не хотел отрываться, но какой-то звоночек заставил Джинкс посмотреть ей за спину, где лежала Скелетница.
— Она брала мои вещи?! — Зашипела Джинкс, явно готовая сорваться с катушек.

+1

8

Стоять и смотреть бывает интересно. Вопрос лишь в том, какое перед глазами представление – чья-то ссора, чья-то страсть, чья-то драка или же то недоразумение, что происходило перед глазами Эвелинн. Хотя существовало не мало слов, чтобы описать то, что вытворяла девчонка. Просто Тень не хотела эти все слова вспоминать, да и стоять она тоже не особо хотела. Просто выбора особо то и не было, так что, когда ее просят подождать, женщина отходит подальше от всего, что может ей причинить вред хотя бы случайно.

В целом представление было не такое уж и скучное. Смотреть на то, как эти люди воюют против друг друга было почти так же интересно, как и смотреть на схватку демонов. Просто в последнем случае, Эвелинн потом добивала и победителя, выходя из тени. Порядки такие, что поделать.

- И что же тебе еще нужно? – интересуется женщина, по настоящему заинтересовавшись тем, что может понадобиться этой пылкой девочке. Если это бомба какая-та, то проблем сбежать через любые стены практически не будет. Женщина вздыхает, проводя рукой по волосам: - Ладно, пошли.

Это не так, будто Эвелинн смирилась со всем происходящим. Если так подумать, то только это ей и оставалось, как и перестать надеется на то, что люди бывают интересными. Но все же, может, стоит плыть по течению. Если вдруг придется всполошить здешних людей существованием демонов, то ладно, это не так, будто последствия будет разгребать Тень. Говоря откровенно, почему-то она даже уверена, что итогом все и все спишут на принятие запрещенных веществ. Но это все еще была совсем не проблема для Тени.

И все же ожидала она чего-то другого. Чего-то даже фееричного, а не скучных и однообразных стен, внутри которых было смехотворное количество смехотворных людей, что делали какие-то скучные однообразные и смехотворные действия. Тень разве что не зевает от этого всего, но Джинкс рядом этот зевок своей реакцией проглотить заставляет:
- Эту я тоже знать должна? – указывает на розоволосую Эвелинн. Наверняка знакомые какие-то, яркий цвет волос тут у них явно указывал на какое-то родство. – Мать твоя?

Если кто-то уже встречал эту Джинкс и эту розоволосую, то наверняка гадал, кто из них более экстравагантный. Хотя Эвелинн готова считать, что вторая элементарно глупа, раз в этом месте драку устроила на одних кулаках, да еще и с таким животным, как Ургот. Кто вообще с ним дерется, а не током без остановок бьет, Тень лично знать точно не хотела, из-за чего Джинкс за руку берет и крепко сжимает, перетягивая внимание на себя.
- Мы не собираемся ни помогать, ни смотреть, ни оставаться тут, - вкрадчиво говорит Эвелинн, не позволяя пробраться в голос хоть что-то кроме уверенности в своих словах. – Случайно под перекрестный огонь лишь попадем.

А еще им могут потом соучастие приписать. Но если человеческие бумажки демона мало волновали, то возможные слухи среди других демонов были бы весьма неприятными. Тот факт, что Эвелинн в тюрьме оказалась среди жалких людей, еще как-то можно будет выкрутить в свою пользу. Ситуацию с этой мордой Урготом, уже выкрутить для себя было нельзя. Во всяком случае, не в своем собственном уме. Пусть сами разбираются.

+1

9

Услышав преположение от Желтоглазке о родстве с Вай, Джинкс взревела. Не будь она так рассержена, что брали ее вещи, она бы засмеялась (возможно, не слишком здорОво), но сейчас она хотела только одного - разнести эту тюрьму к чертям, чтобы у полиции только прибавилось работы. За спиной у Джинкс уже и так не мало дел связанных с разрушениями. Что говорить - Джинкс появилась благодаря разрушению. Ясное дело, отвечать на вопрос девушки рядом Джинкс не стала. Глаза практически застелила пелена ярости, но вдруг прикосновение к руке, которое заставило вздрогнуть и оторвать взгляд от сестры, чтобы взглянуть в ярко-желтые глаза. Ох, Джинкс и правда не собиралась помогать, хотя с удовольствием посмотрела бы, как Вай раздавят огромной ручищей или клешней. Только вот Джинкс понимала, что скорее всего сестра ее выйдет победителем. Всегда выходила. Работа в полции была тому примером. Оставаться тут тоже не хотелось. Поэтому Джинкс лишь кивнула и позволила Желтоглазке пойти вперед, а сама снова посмотрела вниз. Скелетница звала ее. Джинкс сделал ее сама - самая лучшая ее работа. Она не могла ее вот так просто оставить. Глянув в спину Желтоглазке, Джинкс спрыгнула с верхнего этажа вниз, за спину Вай. Она сразу же схватила свое оружие, отгоняя от него других заключенных, которые хотели помочь Урготу победить миротворца с большими кулаками.
Она твоя.
Должна быть твоя.
Это ты должна победить ее.
Иначе не считается.

Джинкс посмотрела в сторону борьбы. Все это время все ее проблемы были только из-за Вай. Джинкс должна быть ее противником, ни этот гигант. Джинкс перепроверила спусковые механизмы Скелетницы и вскинула ее на плечо, целясь в потолок.
Пау...
Она услышала голос и встретилась взглядом с Вай. Склонив голову на бок, Джинкс выпустила ракету в потолок и сразу же бросилась бежать прочь, чтобы ее тоже не завалило. Возможно, ее сестра не выживет. Из-за нее. Как она и хотела. Но скорее всего она выкарабкается. Это же Вай. И тогда у Джинкс будет реванш.
Здание сотряслось, охваченное огромным облаком пыли, из-за которого было едва что видно, но Джинкс не останавливалась, пытаясь найти выход.

+1

10

Эвелинн разве что не содрогалась от мысли о детях. Они ее, правда, никогда не беспокоили, да и встречались не так уж и часто в качестве основного блюда. Чаще они были лишь случайными свидетелями преступления, но и в этом случае так и оставались с травмой на всю жизнь, не более. И все же Тень их не так уж и любила, смотрела в лучшем случае с отвращением и уходила моментально, как только те открывали рот.

Итак, смотря на то, как справляется с проблемой ее новая знакомая, женщина не могла не провести параллели с детьми. Этими мелкими кричащими созданиями, что не знали как еще справиться с ситуацией. Джинкс была именно такой и на мгновение Тень потерялась в отвращении ко всему этому.

То, что когти вдруг хотят обрести свое собственное сознание и отправить в бездну всех и вся, кто только мог попасться, не так уж и странно. Эвелинн бы даже позволила, если бы скорость всего вокруг вдруг резко не обострилась, а в голое не проснулась бы мысль о том, что ее главное блюдо вот-вот будет потерянно под завалами или случайно брошенному оружию. Растраты не то, что можно было себе позволить, так что женщина лишь возмущение до лучших времен проглатывает и тоже бежит прочь.

- Это было глупо! – сквозь остальной шум шипит Тень, обращаясь ровным счетом ни к кому, но уже и неспособная молчать.

Однако почему Эвелинн действительно злиться не понимала и она сама. Вполне возможно, что всему виной был голод, что мучил ее какое-то время, из-за чего перспектива потерять потенциальную еду была наименее приятна. А, может быть, она уже пожалела, что так быстро понадеялась на кого-то, кого даже не пыталась охмурить. Тут было сказать весьма сложно наверняка. Главное все равно оставалось то, что расстройство затопило всю Тень.

Пыль это неприятно. Грязь это противно. Иначе говоря, Эвелинн избегала и того, и другого, предпочитая оставаться чистой. И все же она не бывает достаточно готовой, чтобы неосторожно наступить в лужу в темноте или же вдохнуть полной грудью во время взрыва. Тень думает, что задыхается, но шутка в том, что демоны вообще способны на то, чтобы умереть от чего-то такого тривиального? Не то, чтобы она жаловалось, но первые мгновения все равно даются сложно, все горло в мерзких частицах, из-за чего создается впечатление, что она дышит грязью, а потом не дышит вообще.

Кажется, Джинс теперь она собирается искать далеко не ради еды. И, кажется, что все в этом мире лишь благоволит к этому, так как требуется не более пары минут, как она замечает нужную голову, что все еще прилеплена к телу.
- Что ты творишь, неразумный ребенок?! – кричит Эвелинн, вновь хватая девушку за руку, на этот раз, ничуть не беспокоясь о том, что когти впиваются в чужую кожу.

+1

11

Джинкс несется, ослепленная яростью, не видя ничего вокруг. Ее действия и движения доведены до автоматизма. Каждого, кого она встречает на своем пути, она отталкивает в сторону, либо уворачивается о ударов, а если их не избежать, то наносит ответный, и уже препятствий нету. Пыль заталкивалась в легкие, но Джинкс было все равно. Она была не просто человеком, в ее теле было столько отбросов, что хватило бы на весь Заун. Пыль была всего лишь мелкой неприятностью, как и огромные булыжники, что падали сверху, пытаясь придавить бедную маленькую Джинкс. Джинкс, которая могла разбить эти булыжники одним ударом ракеты. Ее ракетница была с ней, ее сестра была под завалами. Что может быть лучше?
Тогда почему так дерьмово?
Джинкс рвала и метала. Вокруг больше никого не осталось, а кругом только темень и развалины. Джинкс выскочила на почти уцелевший участок тюрьмы, когда кто-то схватил ее за руку. Наверное, именно боль помогла Джинкс прийти в себя, и она не стала бить Желтоглазку сразу же. Взгляд фиолетовых глаз поймал взгляд девушки перед собой, зрачки бешено расширились, а затем сузились, когда она признала перед собой новую знакомую. И больше шутливо, чем всерьез, Джинкс ойкнула от боли и вырвала руку из под острых когтей.
— А что?! Мы же почти выбрались! — Джинкс указала окровавленной рукой в сторону, откуда веяло свежим воздухом. — Чувствуешь?
Настроение Джинкс сразу изменилось. Уже и думать ни о какой Вай не хотелось. Свобода была близко. А значит у нее впереди еще столько дел, которые потом разбирать всему Пилтоверу. Довольно хохотнув, Джинкс сама схватила Желтоглазку за руку и потащила к обвалившимся стенам, которые открывали проход на свежий воздух. Подбежав к самому краю, Джинкс замерла, глядя в низ.
— Высоко прыгать, — присвистнула она. Хотя ей было не привыкать. По ней было видно, что прыгнуть она готова.

+1

12

С сумасшедших маленький спрос. К ним и претензии предъявлять серьезные не получается, хотя и не из-за отсутствия попыток. Просто как долго можно биться головой о глухую стену, что эти самые сумасшедшие воздвигают перед собой? Эвелинн никогда не имела много терпения, так что и сумасшедших предпочитала стороной обходить. Да и было в них что-то невкусное, как будто все интересное из них было выжито и до Тени.

Что делать с Джинкс? – вот что нужно было решить мгновенно. С одной стороны, в голове так и пели о том, что раздумывать не нужно, кровь отлично смотрится на любой поверхности. Но она уже начала с ней диалог, зачем-то задала вопрос, на который теперь получала ответ, а в ответ  на ответ хотелось ответить. Да так, что желание это рвалось наружу, причем через рот, причем через обычный крик. Хотя долго просто произносить протяжную «а» было не так уж и просто.

- Ничего я не чувствую! – кричит Эвелинн, чувствуя потряхивание собственных рук, да то, как неприятно впивались в собственные губы клыки. – Мы должны были просто уйти, без таких разрушений.

Наверное, было слегка лицемерным так говорить, когда сама с удовольствием поспособствовала любой войне, что только захватить в агонии любой населенный пункт. И все же эти тухлые стены, тухлые люди и тухлая жизнь так сильно взяли Эвелинн за горло, что хотелось лишь только уйти. А куда можно уйти, когда есть возможность, что все это расследуют и прекрасное лицо Тени станет чем-то разыскиваемым в толпе. Она не могла сменить лицо, лишь общие черты, да и то лишь для кого-то одного, кто очарован ею и может сердце свое достать да прожить достаточно, чтобы ей преподнести. Оставалось лишь просто не возвращаться в Пилтовер какое-то время.

Простое убийство – вот, что вернет равновесие в мысли. Нельзя будет только отведать то, что как-то пряталось в этой абсолютно пустой голове этой порывницы, но ладно, она переживает. Можно будет дождаться ночи, найти пару человек, что стремятся домой, но делают клюк через чужую постель. В общем, не велика потеря, голод можно утолить потом, а сейчас успокоить кровожадность внутри.

Лишние слова тут не нужны, так что наружу выходят и когти, и плетка, и даже хвосты. Но всегда есть но, это противное ужасное и жутко интересное но:
- И как ты собираешься выжить?

Эвелинн только и может представить, как девушка прыгает и падает на свою пустую головушку. Нет, нет, если она и умрет, то только от рук Тени, никаких глупых падений, никаких случайных напарываний на арматуру и твердые прямые поверхности. Только Тень, только ее когти и зубы. В крайнем случае, ее могла затоптать ногами толпа, но это в очень крайнем случае.

Вздох, выдох, нужно думать о хорошем. И не заострять внимание на том, что это уже какое-то странное передергивание друг друга, так как Эвелин тянет чужую руку от своей и сама тянется к запястью Джинкс, чтобы покрепче сжать. Может в чувства приведет.
- Не смей, - просто говорит Эвелинн, еще и как-то спокойно даже, - делать еще больше необдуманных поступков. Пойдем поищем другой выход.

+1

13

Джнкс очень удивленно посмотрела на Желтоглазку. Кто сказал, что они должны были уйти без разрушений?
— Ну заметь, это не я начала!
Вообще-то это начали те, кто устроил побег! Она-то тут не причём. Это все Вай, которая взяла ее ракетницу. Нельзя трогать чужие вещи.
Джинкс это поняла уже очень давно. Тогда, когда еще Паудер была жива.
Кажется, Желтоглазку не особо волновало, кто виноват, потому что рядом была Джинкс, которая буквально перед ее глазами обвалила потолок. Та лишь пожала плечами, когда увидела, что прекрасная девушка перевоплощается, меняя облик. Присвистнув, Джинкс осмотрела ее снизу вверх, совершенно не парясь по поводу того, как опасно она выглядит. Джинкс видела и пострашнее.
— Ну я же жива, — самодовольно произнесла она. Джинкс уже почти умирала. Джинкс один раз даже умерла. И посмотрите, где она теперь. Снисходительно улыбнувшись демонице, которая взяла ее за руку, Джинкс пожала плечами, и весело направилась за ней, идя туда, куда ее поведут. Это было так странно. Вот перед ней машина для убийств, а она не хочет прыгать вместе с Джинкс вниз, когда так быстрее!
— А за что тебя посадили? — На всякий случай уточнила девушка, поправляя Скелетницу у себя на плече. Что-то Джинкс начало казаться, что Желтоглазку взяли просто потому что она случайно наступила кому-то на ногу, а не потому что кого-то убила или что-то украла. Хотя за что еще могут сажать в Пилтовере? — Ты точно преступница? Или попала сюда просто потому что захотелось острых ощущений?
Теперь-то она точно их получила.
— В Бездне такого не хватает, да? — Джинкс довольно усмехнулась. Она слышала все эти разговоры, про другие места, читала о них в библиотеке Силко и так далее. Места, наполненные разной силой, которую даже в Пилтовере вряд ли подчинят. Поменяв свой облик, Желтоглазка это даже подтвердила. Она, наверное, поэтому не называет своего имени, потому что звучит заковыристо, и Джинкс все равно бы его переделала. — Почему ты просто всех не убьешь? Или ты добренькая?
То, как она сжимала руку Джинкс и просила ее уйти, скорее да, чем нет. Либо она хотела уйти по-тихому, чтобы о ней знали меньше.
— Ооо... Если ты хотела по-тихому, то извини. Надо было сразу говорить! У меня по-тихому не получается никогда. Я пробовала.

+2


Вы здесь » Crossbar » фандом » пиздоси гуляют