пост недели от HENRY MILLS
Это, кажется, будет просто нереально. Он просто молчал, боясь на данный момент, сказать хоть слово. Читать далее...
Ждем новый выбор Карвера!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Октябрь - время постов!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » The Dream


The Dream

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://i.imgur.com/Lrk3kBL.gif
[Микаса Аккерман и Энни Леонхарт]
внутри стен

Энни очнулась. Энни нужно домой. Что будет, если Микаса окажется на пути этого стремления?

+1

2

Пост перенесён

Ох, Эрен, что же ты наделал…
У меня нет ни слов, ни сил на то, чтобы произносить что-либо вслух. Оно может и надо, дабы того же Армина хоть немного поддержать, но я не могу. Не после того, как на протяжении всей жизни была готова отдать всё, что у меня есть, ради Эрена, а в ответ получила колкие слова о том, как он всегда, с самой первой нашей встречи, ненавидел меня. Может, Арлерт правду сказал, и всё было тщательно продуманной ложью во благо моего же благополучия, только я смотрю сейчас на окружающий мир и никак не пойму, от чего он хотел меня уберечь? От боли, которую сам причинил? От тюремного заключения? Или от сражения?
Так или иначе, его затея провалилась: мне всё ещё больно, в темнице я так или иначе побывала, а забиться в угол, избегая драки с людьми, явившимися на остров Парадиз ради мести, я никак не могла, потому что независимо от поступков и слов Йегера я не могу, не могу ненавидеть его. В моей жизни нет никого, кроме Эрена, разве могу позволить кому-то отнять его у меня? А допустить, чтобы единственная моя семья совершила ряд непростительных ошибок и пала от вражеского оружия? Проклятье, я и так упустила из виду момент, когда Эрен начал меняться: слишком увлеклась изучением нового мира, позволила проклятым чужакам из Хизуру проникнуть в голову, а знакомство с внешним миром и вовсе выбило всю почву у меня из-под ног. Ненавижу себя за это, ведь катастрофы могло не случиться, окажись я чуть более внимательной… Верно?
Вряд ли. – Он ведь всегда, сколько помню, стремился умчаться вперёд, оставляя нас с Армином далеко позади. Ввязывался в схватки, из которых не мог выйти победителем, без конца боролся, кулаками отстаивая свою правоту, и чем старше мы становились, тем более радикальными были схватки и тем дальше уходил Эрен. Почему? Почему он это делает? Я уже совсем ничего не знаю, ничего не понимаю, ни людей, ни звуков, могу лишь хвататься за голову, будто избавлюсь так от пульсирующей боли в затылке, да Арлерта держать (который давно уже стоит рядом, не особо нуждаясь в помощи). Колоссы, освобождённые из плена, кажутся чем-то нереальным, ненастоящим, равно как царящий вокруг хаос. Всё чужое, не моё, в голову то и дело лезут дурацкие мысли о том, что происходящее – страшный сон, который скоро закончится. Звучит прекрасно, только я не проснусь, ведь нахожусь в самой настоящей реальности. Той, где родной человек превратился в монстра, дабы обрушить на себя гнев всего мира. Той, где Флок, трусливый выходец из Гарнизона, вдруг стал великим лидером, ведущим за собой людей и скандирующим имя Эрена Йегера – демона, который приведёт их в Рай, а люди… Люди рады слушать его, рады обманываться и слепо повиноваться тщательно продуманным слоганам.
Неужели это наш единственный шанс, Эрен… – Я на удаляющегося гиганта смотрю, словно он повернётся сейчас, снова вынудит оказаться в Путях, и всё объяснит, но тут же отвлекаюсь на подавшего голос Армина. Не обращавшегося ни к кому конкретному даже, просто рассуждающего вслух. Прерывать друга не решаюсь, лишь слежу за ходом его мысли и чувствую, как по мере слов рука слабеет, беспомощно опускаясь с затылка, а глаза медленно расширяются от ужаса.
– Броня падёт… – Повторяю вслед за ним слова Эрена, после чего хватаю Арлерта за плечи, вынуждая развернуться ко мне, – ты ведь не хочешь сказать, что… Проклятье.
Последнее слово срывается с губ невольно, однако лучше взглядов и кивков даёт понять, что я догадалась обо всём. Эрен не давал никаких уточнений, приказав разрушиться всей броне без исключения. Как следствие, пали Стены, выпуская Колоссов, и Армин, кажется, видел, как лишился своей отличительной черты Бронированный титан. При двух столь красноречивых факторах глупо не вспомнить о третьем. Крохотном, изящном, но смертоносном. Скрытом ото всех за прочной кристаллической оболочкой. Закованном в цепи, томящемся в подвале Стохесса.
Энни.
– Я отправляюсь туда немедленно, а ты позаботься об остальных и прошу, сделай так, чтобы я нашла тебя.
Ответных реплик и клятв всё выполнить не дожидаюсь, молча выпуская крюк УПМ в уцелевшую стену, дабы осторожно на землю спуститься и бежать до конюшен. Останавливаюсь ненадолго, глядя на лежащий передо мной труп солдата, вспоминаю о клятве, данной себе же, а затем молча опускаюсь перед ним на колени, оглядываюсь воровато по сторонам и едва сдерживаюсь от проклятий. Горели бы синим пламенем новые приводы, но пусть, пара клинков у меня осталась, да и немного газа тоже – должно хватить в случае крайней необходимости.
***
Всё, что происходило со мной дальше, начиная от лошади и заканчивая спешной поездкой в Стохесс, я могу описать как чистейшее везение, иначе никак не описать череду приятных стечений обстоятельств, благодаря которым я добралась до места без лишних задержек. Лишь краткие перевалы, дабы лошадь могла отдохнуть (и я вместе с ней), не более того. Другой город встретил меня разрухой и хаосом точно таким же, как в Шиганшине: разрушенная Стена, груды обломков и Военная полиция, отчаянно пытающаяся вытащить людей из-под завалов, на ходу оценивая потери.
Благо Хистория находится далеко от всего этого. – Словно догадывалась о грядущем хаосе, заблаговременно спрятавшись… Хотя нет, исключено, наша королева и прежде отдавала предпочтение тихим, уединённым местам. Лучше мне на настоящем сосредоточиться, а не подозревать всех подряд из-за того, что Эрена вовремя не остановила.
По дороге к нужному зданию я не могла не заметить одну чрезмерно беспокойную полицейскую. Хитч, казалось, всё ещё отказывалась принимать случившееся за чистую монету, однако её попыткам организовать небольшой отряда полицейских можно лишь отдать должное. В конце концов, она могла сбежать, так что пусть скажут ей «спасибо» за то, что осталась.
Лёгкий кивок головы в знак приветствия, спокойные, уверенные шаги  по длинным коридорам. Вместо ожидаемой суеты – пугающая пустота, словно солдаты выбежали наружу по одной дружной команде. Совсем голову от страха потеряли, идиоты. Хоть и могу понять, а важность долга отрицать не смею. Кто-то должен был остаться и охранять Энни.
Может, её просто испугались? – Усмехаюсь ненадолго, ибо темница Леонхарт встречает меня пустотой и обломками кристалла, разбросанного по полу. Не зря приехала, значит, и Армин молодец, не забыл про давнего товарища. 
– Ты ведь не могла далеко уйти… – Произношу задумчиво, невольно опуская голову и наблюдая за подобием следов. – Но хоть путеводную нить оставила, уже хорошо.
Осталось лишь самую малость, пройти по ней, найти беглянку и не позволить ей натворить дел. Кто знает, о чём она думала во время своего заключения, вдруг мстить бросится? Хотя нет, не должна, слишком мало сил.
Или наоборот достаточно? Чёртовы шифтеры, мы даже спустя годы толком ничего про них не знаем.

Отредактировано Mikasa Ackerman (2022-05-17 22:20:20)

+1

3

перенос
Animal Impulses - IAMX   
Я спала. Я видела сны, в которых всё крутилось вокруг оси одного единственного мира, который считался моим. Глаза закрываешь или открываешь – не важно. Перед глазами только ты и тот мир, что считался моим. Одна и та же шарманка, что играет над ухом и оглушает своим грохотом из потаенных глубин сознания. Диалоги выплывают их забытья с лицами, что мне хотелось бы забыть. Мне хотелось бы вернуться назад домой и сделать глубокий вдох, но это невозможно. Я в западне.
   Каждый раз, когда я пытаюсь вспомнить, я тону в своих эмоциях и мыслях, что сумбуром расплываются в голове. Я в невесомости, откуда нет ни выхода, ни дуновения ветра, нет ничего. Вокруг пустота, умиротворяющая своими объятиями, спасающая от любых шагов и сомнений. Я замуровала себя заживо в оболочке из кристалла, считая, что нет другого выхода, что я не спасусь, что никто не придет за мной. Череда дней, бесконечных, ночей без начала и края, тишины, изредка нарушаемой голосами знакомых людей. Они ругают, они угрожают, они задают вопросы, они жалуются на свою судьбу. Кладут на плаху свою душу, давят на мысли своими словами, обличающими чувства в невыносимую ложь. Я каменное изваяние, я принцесса, заточенная в камне, я враг, погребенный под осколками собственной души. Меня нет, я где-то в другом месте, где смогла спрятаться, откопав в подсознании кусочек себя и надежного укрытия, именуемого забвение. Я сплю, нет дыхания, нет глубоких вдохов, я мертва и готова ожить в любой момент, но не знаю, как.
   Потом эти безумные голоса сменяются тишиной и затем оглушающими криками, что скользят по гладкому пространству звездного неба, оповещая о смене эпохи, в которой война лишь самая малая из бед. Песок серый и легкий под ногами, крупицы мимолетно просыпаются между пальцами. Небо движется в неизвестном направлении, где-то там играет столп света, ослепляющий границы осязаемого подсознания, рисующий шрамы на душе, призывающий проснуться. Клич Йегера давит на уши и на плечи, глаза наполняются непониманием и ужасом, замирает дыхание, подкатывает к горлу страх. Не за себя, за отца, что где-то там, в Марлии, в Либерио, ожидает свою непутевую дочь, что не умерла, но заточила себя в твердый кристалл, погребла себя под тоннами камня, крепче металла. Сердце бьется чаще, мысли ударяются по вискам набатом, а потом я возвращаюсь в мир живых.
   Моя броня спадает холодной водой, изморозью по неподвижным конечностям, стучит зубами во рту, как после холодной зимы и прыжка в ледяной омут. Я умираю, чтобы жить, чтобы очнуться и сгореть в протяжном дыхании, с хрипами выплевывая наружу свою жизнь, саму себя. Через силу, через боль и невыносимые страдания, ногтями по пологу каменного пола, вытаскивая себя на свет через миллионы настырных колючих игл, впивающихся в кожу. Смерть при жизни, или жизнь при смерти – это уже не имеет значения. Только вернуться домой, к отцу, спасти его от неминуемой гибели и прикончить мальчишку Йегера, пока не натворит дел. Главная проблема – это добраться до пункта назначения и при этом не разорвать на части каждого встреченного человека. Я против того, чтобы кто-то мешался под ногами, я просто должна добраться домой. Ничего другого и не желаю и не думаю даже.
   Мокрые следы, смутные воспоминания о коридорах, что были нелепы и ненавистны во время службы в Военной полиции. Отмирают обратно руки и ноги, и вдох спокойнее становится, чудом затягиваю себя в казарму, не встретив никого. Думала, что передышка, переодеться в свою одежду, не тронули элдийцы, будто ждали возвращения. А может, всё Хитч – воздвигла алтарь из подношений, считая уместным ожидать моего пробуждения. Болтала без умолку, как и остальные, я помню. И тут сухая одежда, кстати, да, только, вот, шаги за дверью вынуждают действовать. Если не умереть, то предпринять попытку оглушить, застать врасплох – я ещё слишком слаба, чтобы основательно положить кого-то на лопатки. Закрываю дверь за спиной неизвестного, делаю подножку и наваливаюсь на упавшего человека, не позволяя предпринять хоть что-то. Оказываюсь сверху, прижимаю к горлу что-то похожее на швабру. Кусок чего-то длинного, чем можно было бы убить.
- Не рыпайся, - волосы мокрые, вода стекает вниз, я тяжело дышу. Этот забег дался не просто, легкие горят праведным огнем. Глаза расширяются от удивления.
- Аккерман?! «что она здесь забыла?» Мне не понять Микасу. Она из Разведкоруса, какого черта здесь забыла и ради чего пришла. Девочка с суровым лицом, но с улыбкой как у ангела, если повезет вывернуть её наизнанку, заставить улыбнуться во время спокойной жизни без войны. События крайне редкие и не реальные, но стоят того, чтобы попытаться. Я кратко выдыхаю, ослабевая хватку, руки дрожат. Не привыкла ещё снова жить, дышать, двигаться и пытаться казаться грозной. Зная Аккерман, она бы давно могла что-либо предпринять и одержать верх над немощной слабой мной. Я потеряла своё преимущество, как минимум минуту назад. И что она станет делать? Мне неведомо, никогда не умела читать людей. И это так странно, оставлять свою судьбу в руках элдийки. И не просто кого-то, а знаменитой Микасы Аккерман.
- Ты не приходила и не говорила со мной. Ради чего пришла сейчас? – интересно узнать даже. А я ведь скучала. Стоит признать.

+1

4

По мере того, как я неспешно продвигалась по коридору, ведомая следами, оставленными Энни Леонхарт, в голову то и дело начали проникать мысли самого разного толка: начиная, к примеру, со смутного беспокойства за Армина, Жана и остальных ребят и заканчивая моей нынешней задачей. В этом, если подумать, даже что-то забавное имеется: впервые за много лет я добровольно отрекаюсь от Эрена, предпочитая кого-то другого. Причём не товарища по Разведкорпусу, не лучшего друга, а девчонку, с которой меня объединяла разве что неподдельная, ни с чем не сравнимая неприязнь. Казалось, мы невзлюбили друг друга с первого взгляда, хотя я прекрасно знаю, что Энни на меня глубоко плевать, да и на остальных тоже.
Надеюсь, она не успела сбежать отсюда. – Данная перспектива, если честно, меня и пугала, и радовала одновременно, поскольку сама мысль о том, что её мог обнаружить кто-то из сотрудников Военной полиции, невольно заставляет волноваться за благополучие Леонхарт. Повезёт, если та окажется в состоянии дать сдачу и обезвредить противника, а если нет? Кто знает, на что окажутся способны солдаты, обозлённые нападением марлийцев, надеюсь лишь на их нерасторопность и неосведомлённость. В конце концов, далеко не все элдийцы, пребывающие на службе, знают, как выглядит заточённая в кристалле владелица силы Женской особи.
Казарма, значит? – Задаюсь немым вопросом, остановившись перед дверью. Логичный вариант, очень хороший, поможет в считанные мгновения смешаться с толпой да не привлекать к себе лишнего внимания. Получит какой-то приказ, для вида изобразит покорность, а затем поминай её, как звали. Я уже и не надеюсь никого встретить, когда открываю дверь, но едва успеваю сделать несколько шагов, как слышу скрип закрывшейся двери, на который едва успеваю обернуться, получив хлёсткий удар по голени, выбивший почву из-под ног. К такому приёму я оказалась не готова и, как результат, распласталась на спине, будучи прижатой к полу.
Надо же, даже оружие против меня нашла. Унизительное немного, но здесь и вариантов нет.
– Давно не виделись, Энни. – Только и могу произнести, чувствуя, как мёртвая хватка девушки ослабевает, открывая мне доступ к спасительному кислороду. Смотрю на Леонхарт в упор, отмечая, что она совсем не изменилась. Всё те же светлые волосы, не собранные для удобства в пучок на затылке, причём ей так даже больше идёт, лишает напускной суровости, придаёт некоторый шарм, который  в считанные мгновения разрушает уничтожающий взгляд стальных глаз. Ненавижу эти глаза, и взгляд этот тоже – он может и не значить ничего, а я себя под его давлением открытой книгой чувствую.
Дурацкая беспомощность. –  Впрочем, я и так нахожусь не в самом лучшем положении, ибо сила Леонхарт явно никуда не делась. Быть может, не такая, как прежде, но сохранившаяся в ней не смотря на длительное пребывание в кристаллическом плену. Энни меня без особого труда на лопатки уложила (снова), однако прежде она никогда не проявляла милосердие по отношению к противнику, а тут... Почему вдруг решила пожалеть? Тем более меня – ту, кто в решающий момент не позволил убежать, преследуя до самой Стены и несколькими чёткими движениями отрезая пальцы её титана.
Почему?
– Мне следует извиниться? – Слишком грубо, но мы иначе действовать не обучены, верно? Там, где достаточно простой честности (непозволительная роскошь в нашем жестоком мире), я могу лишь стену из шипов перед собой выстроить в попытке защититься. Трусливо отступаю, хотя Энни этого не заслуживает.
Откуда ты знаешь? – Вопрос рвётся наружу, отзывается в голове с каждым биением сердца, но я прячу его, прячу как можно дальше, поскольку не пришло его время, нужно подождать, ибо... Леонхарт права в каждом своём упрёке, я и правда ни разу не навещала её. Неоднократно получала от Армина "приглашения" навестить нашу общую знакомую в темнице, однако я всегда отказывалась переступать порог её камеры – сил не хватало.
– На самом деле я приходила к тебе. – Отыскав в себе силы на непростой разговор, осторожно хватаюсь руками за ручку швабры и, стараясь не вызывать подозрений, забрала её из рук Энни, отбросив в сторону. – Один раз, когда ты только-только спряталась в кристалле. Мы были вдвоём с Арлертом, но говорил в основном он, а я стояла рядом, смотрела на тебя и не могла подобрать слов.
Любые попытки заговорить с человеком, который не ответит, заведомо обречены на провал, к чему тратить силы почём зря?
– К тому же я не думала, что ты всё слышала, – слегка пожимаю плечами, глядя на неё, а затем поддаюсь странному порыву, касаясь кончиками пальцев волос собеседницы и заправляя за ухо мешающую прядь. – А смотреть на тебя, такую далёкую и обездвиженную, оказалось слишком мучительно, поэтому дальнейшие визиты я пресекла. Приходила вместе с Армином, а затем он спускался к тебе, а я дожидалась его снаружи.
Вот так оказываются на свободе откровения многолетней давности. Бережно сокрытые глубоко в душе, погребённые под толстым слоем других проблем и забот, имя которым – Эрен Йегер.
Кстати, о нём.
– Ты ведь слышала его слова? – Ответа не дожидаюсь, знаю ведь, что он всё рассчитал и до каждого достучался. – Я... Догадалась о том, что они коснутся и тебя тоже, потому тут же отправилась сюда.
Переживала за тебя, между прочим.
– Скажи, Энни... Что ты планируешь делать?

[lz]<div class="lz"><fan>shingeki no kyojin</fan>В <a href="https://barcross.ru/profile.php?id=13">твоих</a> пальцах моё одиночество, сгорая, обращается в дым. И всё, что <a href="https://barcross.ru/profile.php?id=1338 ">ты</a> можешь и всё, что ты знаешь - это как делать моё сердце большим.</div>[/lz]

Отредактировано Mikasa Ackerman (2022-08-09 01:18:54)

+1

5

Она слишком спокойная для девушки, которая ненавидела тех, кто разрушил стены её дома и уничтожил семью, которая могла бы претендовать на счастливое будущее без Титанов и лишений. Микаса, сотканная из угрюмости и тяжелых решений, внезапно, предстает передо мной в ином свете, лишая речи, вызывая неподдельное удивление на прекрасном точеной лице марлийки, застрявшей в кристалле, неизвестно, сколько времени назад. Кратко выдыхаю, отрицательно кивая головой, немного отстраняясь назад, чтобы не слишком придавливать свою неудавшуюся жертву к полу. Перенос центра тяжести на ноги облегчает задачу, но моё положение сложно назвать устойчивым. И кто бы мог подумать, что я сквозь пальцы буду смотреть на легендарную Аккерман, без желания придушить её на месте и устранить с дороги, что вела бы меня к отцу? Эта чертовка доставляла мне изрядно проблем, мой интерес к ней граничил с презрением и все-таки, я рада видеть её сейчас, в этом месте, где я совершенно одна среди множества врагов. Шум в городе и голос Эрена в моей голове, и после скоропалительное освобождение, дают ориентировку на панику и дезориентацию. В таком сумбуре не мудрено, что любую поправку на врага будут уничтожать сразу и без долгих разговоров. В городе, нет власти и порядка, врагом будет любой, кто не соответствует твоим убеждениям. Страшно представить, что будет с Разведкорпусом и остальными. Ничто невозможно предугадать.
   Тяжело выдыхая, поджимаю губы, проницательно смотря на собеседницу. Она стала, будто бы, взрослее, прекраснее и проницательнее. Возможно, что-то страшное случилось, а может, она простой стала другой. Я не знаю. Плюс к тому же, то, как она убирает выбившуюся прядь за ухо, заставляет по спине бежать мурашки. Мне приятно осознавать, что Микаса приходила, что она хотела увидеть меня, но не могла.
- Мучительно? – сложно поверить, что кому-то на тебя не наплевать, когда всю жизнь заявляешь о своей отстраненности и безразличии к тем, кто тебя окружает. Этого никак изменить, это уже давно часть меня. Аккерман странным образом разбивает лед на сердце и проникает в него теплым прикосновением, от которого становится хорошо. Я прикрываю глаза, неосознанно, тянусь щекой, к чужой руке, кратко выдыхая. После заваливаюсь в бок и падаю рядом с девушкой, чтобы упереться взглядом в потолок и повернуть голову в сторону собеседницы. Проклятая слабость не позволяет долго держать себя в тонусе, я будто бы пытаюсь преодолеть ужасный шторм в море, который увлекает в круговорот темных вод, не давая возможности проплыть и метра вперед. Волна за волной тянут за собой, а ты так и остаешься на месте, сколько бы ни пытался плыть дальше. Вариант лишь один – ловить момент, когда оказываешься на гребне волны и только тогда пробовать продвинуться. И так раз за разом, по чуть-чуть, пока не достигнешь цели. Проблема в том, что нет сил.
- Да, слышала, - отвечаю на вопрос грозы всех Титанов и солдат. Тяжело выдыхаю, с неимоверным трудом приподнимаюсь на локте, чтобы развернуться боком и взглянуть в молодое лицо Микасы. Задумалась на несколько мгновений, размышляя над ответом, который нужно дать прямо здесь и сейчас. Для меня давно всё решено.
- Для чего? Почему? – задаю свои вопросы, и после отрицательно мотаю головой, зажмуривая глаза. Такие вопросы не должны срываться с моих губ. Это всё неправильно и не реально. Энни Леонхарт сама по себе и никак иначе, но как выразить то, что стучит сейчас бешено в груди?
- Я должна вернуться к отцу. Я обещала ему. Если для этого мне придется убить Эрена, я это сделаю, Аккерман. И ты меня не сможешь остановить, - да, сил у меня сейчас нещадно мало, но небольшой отдых даст мне фору, и я догоню Йегера, чтобы прикончить раз и навсегда. Отец ждет меня, мой путь лежит через его спасение. Геноцид всего остального мира сильно портит мои планы и пробуждает внутри меня монстра.
- Ты не будешь мешать мне, Микаса? – я не хочу вести борьбу ещё и с ней. Аккерман пришла сюда, когда могла быть со своими друзьями и названным братом, а вместо этого, она здесь, со мной. Ради чего? Было бы крайне глупо возвращаться в Стохесс, чтобы задать какие-то паршивые вопросы. Люди так не поступают, тем более, Микаса Аккерман.
- Я рада, что ты здесь, - внезапно. Даже для меня самой. Но это так.

Отредактировано Annie Leonhart (2022-07-11 19:42:22)

0


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » The Dream