пост недели от HENRY MILLS
Это, кажется, будет просто нереально. Он просто молчал, боясь на данный момент, сказать хоть слово. Читать далее...
Ждем новый выбор Карвера!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Октябрь - время постов!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » ад и рай просто место


ад и рай просто место

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

https://i.imgur.com/zGid1FS.png

ад и рай просто место

Америка периода сухого закона; Церковь святого Варфоломея, Оклохома

Ангел и демон встречаются в месте божием, ну почти. Веселые годы застали двух вечных (снова почти) существ в Америке, где должен появиться заветный ребенок. Ну плюс минус сто лет.

для другого плеча

[nick]Aziraphale[/nick][status]Правые плечи устарели[/status][nm]Азирафель[/nm][lz]Утром чай особенно хорош, но в приятной компании и вечер подойдет[/lz][icon]https://i.imgur.com/ENidpqU.jpg[/icon]

+5

2

[nick]Crowley[/nick][status]в аду всегда жарко[/status][icon]https://i.imgur.com/doYUyik.jpg[/icon][sign]_[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Кроули</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>good omens</fan> Я же только задавал вопросы. В старые времена этого хватало, чтобы стать демоном.</div>[/lz]

   Жара способна уничтожить мир. Это явление страшнее любых других бедствий и предвестников апокалипсиса. С ней происходит резкая перемена в настроении людей, которые внезапно обращаются в вечно недовольных гоблинов, что считают необходимым, вылить плохое настроение на ближнего своего. Казалось бы, демон должен радоваться любому проявлению греховности, но отчего-то, внутри не приятное ощущение и хочется поскорее отвернуться, дабы не видеть, как очередную подлую душонку выворачивает наизнанку. Та ещё мерзость, и вообще, моветон, так делать и существовать на свете. В аду, наверняка, братья порадуются всему, в том числе костям, что свалятся на их головы. Фу.
   Я предпочитаю поднять взор, запихнув руки в карман брюк. Белые облака перистыми пятнами плывут по голубому небу, что рискует затянуться в ближайшее время. Поморщив нос, я сжимаю губы в тонкую линию и задумчиво выпячиваю губы вперед. Эта картина умиротворяет странным образом и напоминает об Азирафаэле, что находится сейчас далеко отсюда. Мне не хватало ангела. Находясь в таком положении, я ощущаю это больше всего и это меня раздражало до крайней степени. Вроде бы, расстались не очень хорошо, и при этом, было скучновато без вечных нравоучений пухлоликого ангелочка, который до трясучки обожал блинчики, что готовили изумительно по ту сторону Ла-Манша. «О чем я вообще думаю?»
   Насмотревшись вдоволь на облака, перевожу взор на солнце. В солнечных очках глаза не желают отдать концы, да и, кого можно испугать дневным светилом? Я больше расстроился бы, будь сейчас бомбежка и кто-нибудь нерадивый посмел бы взорвать мой дорогой автомобиль. Хмыкнув, презрительно окидываю солнце взглядом и затем смотрю в сторону, где цветут странноватые растения. «Нахлебники». Лето завершает свой цикл, скоро зеленый цвет сменит оттенок ржавой воды и всё живое учахнет, в ожидании зимы, весны и следующего лета. Казалось бы, всё давно прошло и пора бы забыть о былой славе, но пчелы упорно продолжают собирать пыльцу, будто от этого что-то изменится. Не сдохнут с голода, и ладно, что станет с людьми? Это уже неизвестно.
   Бог создал этот мир, Бог придумал Великий Замысел, который никто не может раскрыть, трепетно слушая беззвучные слова и наставления. Будто великое сознание, создавшее и нас – ангелов, вскоре разделившихся на два лагеря – ангелы и падшие, действительно интересуется происходящим на Земле. Я очень сильно сомневаюсь, что Господь подглядывает за нами через замочную скважину и думает о том, как бы расставить фигуры на своей всевидящей шахматной доске. Будь его воля, давно явил бы себя, а не как при великом потопе, когда смертных смели подобно надоевшим ребенку игрушкам. Никто не понимал, зачем всё это было задумано, но все смиренно склонили головы и ждали, когда жизнь на Земле начнет заново развиваться. Время смутное и неприятное, либо, просто, кто-то мухлюет, когда перевес сторон идет не туда, куда хочется.
    У меня полно вопросов и никаких ответов. Я хочу знать, что задумано и для чего. Первопричины конфликта, моего конфликта и падения очевидны – не правильная компания и желание осознать Великий Замысел, о котором все боятся так говорить. А, нет, не все. Смертные не думают об этом даже, считая себя властелинами этого мира. Хм. И что с ними делать? Как представлю, что их опять уничтожат и внутри всё переворачивается. Не только за людей, за то, что будет со мной и Азирафаэлем, когда наши руководители добьются своего и развяжут войну во имя Апокалипсиса.
    Честно признаться, наш последний разговор с ангелом закончился не слишком хорошо. Его жесткий отказ, негодование и нежелание мне помогать вызвали внутри ответный отклик отчаяния и гнева, что он не понимает, как тяжело мне дается это самое решение и стремление разрешить конфликт на свой манер. Я не прощу себе, если мне придется взять в руки меч и применить его по назначению к другу. И, в моем рукаве должен быть козырь, определенно, который позволит мне выбирать, а не слепо следовать приказу. Впервые в жизни я хотел сделать что-то правильно, что крайне негативно сказалось бы на моей репутации демона, узнай кто, и меня тут же обломали. Но, это не значит, что я откажусь от своей идеи. Значит, найду более длинный и тернистый путь, и всё равно добьюсь желаемого.
   Тогда я исчез из Лондона. Собрал вещи и покинул пределы Англии, настало время поехать по одному важному делу. Назревала война между Французской и Российской Империями,  Наполеон перевел войска через реку Неман и, увы, имел все виды на то, чтобы разгромить несговорчивого союзника, который был крайне оскорблен тем, что его интересы в части Европы не учитываются. Глупый спор и крайне скучный, хорошо, что этим моментом занимался не я – политика мало меня интересовала, а вот частные интересы – это было более интригующим. С меня хватило тогда Королевства Артура и его Рыцарей. То еще дельце было. А тут, хотя бы развеяться можно.
    Что я чувствовал, когда Азирафаэль уходил от меня? Что я подумал, когда он повернулся ко мне спиной и я увидел его идеально оглаженный костюм сзади? Это меня не сломало, нет, тем не менее, я ощутил опустошенность и печаль, от которых хотелось всё разрушать и превращать в пепел. От столь опрометчивых шагов уберегло осознание действительности и плотно сжатые губы. Одна единая полоса негодования и желваки играют от напряжения. Ангел оставил меня, отказался, и просто сбежал, поджав хвост, и свои эмоции поставил на грань вымирания, будто я просил его соблазнить Бога, но никак не помочь мне – своему другу. Неловко вышло, но я не собирался сокрушаться по поводу нашего разговора и после ушел в своем направлении, как, ни в чем, ни бывало. И это чувство обжигало внутри, оно заставляло дышать более размеренно, страшась, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Не думал, что наша встреча вызывает во мне такие эмоции. Просто не предполагал.
   Выбор. Это так по-человечески – не идти на поводу чьего-либо приказа. Я бунтарь, я непоседа, я искатель истины, и я не собирался, послушно опустив голову, идти и крошить направо и налево ангельские легионы. Не то, чтобы мне было приятно их убивать, нет. Пускай, белокрылые создания и вызывают у меня неприятие, у меня нет профессиональной аллергии только на Азирафаэля. И демоны не стали бы уточнять, почему именно его я не стал трогать. Скорее всего, всё было бы иначе, и как итог, меня вынудили бы убить друга, либо убили бы его у меня на глазах, либо пытали бы и меня убили в ужасных мучениях. Среди прочих вариантов я предпочитаю выбрать сам, как я уйду и когда. И святая вода, как ни странно, соответствует моему замыслу. Как Бог не раскрывает своего стремления, так и я не обязан распространяться о своих планах. Замысел Кроули. Хм, звучит прекрасно.
   Касаемо прочего, то какая разница, где творить чудеса, если рядом нет Азирафаэля? От его отсутствия становится неловко. Я привык с ним дискуссировать на тему наших заданий и приходить к определенному единому выводу, который мог бы устроить нас всех. Более того, даже проиграть в таком споре не было зазорным – в конечном итоге, человек сам выбирал свою судьбу. Сам процесс соблазнения приобретает новые приятные очертания, и это прекрасно.
   От того и праздники не выглядят праздниками, превращаясь в некий ритуал достижения целей, пока снова не появляется Азирафаэль, наполняя этот мир красками. Я тоже рад ему, но не показываю этого, считая до сих пор себя брошенным и оставленным на произвол судьбы. И без него справлюсь, определенно, но как же, не хватало мне этого ангела! И угораздило меня попасть в сети собственной привычки!
В такие моменты, как сейчас, когда мы с ангелом разбежались кто куда, и чем дальше, тем лучше, а после чудесным образом встретились на одной территории, без какого-либо умысла, попробуй не верить в божественное вмешательство. Иным образом и не назовешь то, что сводит нас с Азирафаэлем вместе, каждый раз, когда мы пытаемся как можно дальше быть друг от друга. Проказница судьба, рок, не важно, что еще – но это немыслимо и вызывает легкую улыбку на губах. Ушел. Скрылся. Попытался абстрагироваться – и вот тебе. Опять он, и здесь. Рядом со мной.
   Не скажу, что этот факт меня печалит. Нет. И это взвешенное желание, которое останется при мне навеки. Я всегда рад видеть друга, даже, если мы поссорились или не пришли к какому-либо компромиссу в прошлый раз. Эта земная жизнь, она изменила в корне мировоззрение на этих жалких смертных, и не стоит исключать что привычка и особое отношение к ангелу тоже плод существования среди людей. Странная и нереальная параллель, которая покажется чужеродной для любого, но не для нас.
    Касаемо войны. Тут бесспорно, мне есть что сказать. И смешного, и грустного, и неотвратимого, но я не стану озвучивать свое мнение, так как оно реально может обидеть Азирафаэля. Если его так сильно задела просьба достать святую воду, то, что говорить о войнах, которые люди замышляют независимо от ангелов и демонов? Эти события, благодаря нашему руководству, происходят быстрее, вот и все. И не нужно для этого быть святым посланником божьим, чтобы увидеть, насколько люди стали самостоятельными и амбициозными. Вся эта война – игра избалованных мальчишек, не сумевших придти к компромиссу, вот и всё.
   Как я нашел своего старинного друга? Всё очень просто – от него несет французскими блинчиками за версту. Азирафаэель никогда не мог удержаться от лакомства, всегда предавался гастрономическому оргазму и не боялся показать при этом своё лицо. На такое проявление сентиментальности по отношению к смертным я готов был смотреть часами, делая вид, как сильно недоволен этим. В присутствии ангела моё недовольство превращалось в уместное ворчание, и здесь я даже не скупился, как правило, на красноречивые высказывания. Какой прок от того, что останется между нами? Так, ради собственного спокойствия и умиротворения.
   Узнав, что сегодня вечером Азирафаэль будет встречаться с кем-то важным, я осознал всю силу беспокойства за своего любимого друга. Он излишне прост и в чем-то наивен [до сих пор не понимаю, как он всё это время выживал.] В современном мире постоянно что-нибудь находится, что пытается нас убить. Потеря смертного тела крайне неприятное обстоятельство, которое может привести к пагубным последствиям в виде недовольства начальства. Как ни странно, наши боссы очень не любили оплошности и всячески за них наказывали. Естевственно, никто не хотел попасть под горячую руку. Посему, я принял решение последовать за Азирафаэлем, прекрасно понимая, чем может закончиться вся эта история с тайным свиданием.  Книги? Информация? Обещания? Это даже смешно – идет война, о чем можно говорить вообще? Витание в облаках не сделает доброго дела,  зато заставит поседеть на несколько прядей волос.
   Оказавшись перед храмом господа в назначенный час, некоторое время не могу собраться с мыслями и опускаю взор, желая продумать дальнейшие действия. Сам по себе знаю, будет нелегко, парламентеры забрались слишком далеко для демона, посланника тьмы и я нахожусь на перепутье. Когда начинают звенеть двигатели самолетов вдали, шумно выдыхаю, сжимая губы в тонкую полосу. Судьба насмехается надо мной, подкидывая новые переменные, что совершенно меня не устраивают. Так и хочется пригрозить всем, чтобы сваливали куда подальше, оставив мне благодушного мужчину, но нет, когда это вообще было возможным?
   Потоптавшись в неопределенности подле церкви некоторое время, и пофыркав громко для значимости, я останавливаюсь перед входом в храм и плотнее надеваю на голову шляпу. Главное – это решиться и начать свой путь. Не смотря на боль и сожаления, я хочу спасти друга, чтобы его потеря тела не вызвала недовольство руководителей. Небеса жестоки, ещё хуже, чем владыки ада, и все-таки, без них никак.
   На город опускается темная ночь, звезды на небосклоне сияют ярче жемчуга на черном бархате. Звуки бомбардировщиков и сирены оглушают своим вмешательством. Будто волшебный пинок определил мою траекторию движения, начинаю ступать по мраморной лестнице, твердо решив войти внутрь. Сердце в груди начинает бешенный бег. «Лишь бы успеть вытащить Азирафаэля». Отчего-то, не сомневаюсь – это всё из-за проклятых книг, которые ангел собирает в своей старой лавке, в которой никогда и никому не продаст ни одного корешка, фолианта, свитка. Тайная страсть миролюбивого мужчины, только подогревает интерес: когда же у моего друга сдадут нервы, и он отдаст бразды правления над своим детищем кому-нибудь ещё из смертных. Естественно, я терплю каждый раз поражение, ну и пусть.
- Хм, простите, я не опоздал? - начиная от дверей, неловко переметываюсь с ноги на ногу, отчаянно пытаясь спасти свои дорогущие ботинки от самосожжения. Земля здесь освещена – демонам нет ходу, но отчего-то, именно из-за ангела я и есть здесь. Его окружили нацистские полудурки и грозят забрать его жизнь, разве, я мог пройти мимо сего вопиющего факта? Я прекрасно помню, чем чреваты последствия для ангела, когда он использует чудеса, что ж, не будем прибавлять ему проблем.
- Ауч, ау, уф, ох, - то и дело прыгаю и переступаю с ноги на ногу, танцуя прямо на глазах смертных и Азирафаэля. Мне крайне неудобно и неловко, но оно того стоит – так пытаюсь убедить себя я.
- Простите, земля освещена и жжется так, будто ступаешь босиком по раскаленному песку, - будто все эти людишки могут понять мои страдания, и выскажут хотя бы капельку сочувствия. На их лицах написано, как они желают прервать жизнь одного легковерного ангела и настырного меня. Впрочем, я могу пожелать удачи и улыбнуться, не имея никаких намерений по отношению к ним.
- Скоро над нами пролетит бомбардировщик. Я бы на Вашем месте перестал тратить время и ушел отсюда. Потому что, нас спасет лишь чудо, что не скажешь обо всех вас, - я пытаюсь быть милым, хотя бы, ради своего драгоценного друга. Он заслуживает большего, чем просто бегство и с поджатым хвостом.
- Вы не хотите попадать в ад, вы уж поверьте, туда ещё успеется, но это только вам решать, - теперь никто не посмеет упрекнуть меня в бездушии и потворству своим желаниям. Смертные всегда забавны и недоверчивы, но это не моя проблема. Совести у меня нет, зато есть чувство стиля и ощущения необходимого воздействия. Знакомая история? Тогда мы ожидаем вас к себе. Грешники всегда пользуются спросом в аду, мой босс просто обожает устраивать персональные пытки. В аду всегда жарко и можно ощутить на своей коже дыхание тьмы. Сплошное загляденье и чувство идеальности момента.
- Азирафаэль, ты еще не закончил? Я бы хотел забрать тебя с собой, - делать здесь нечего. Мои слова правдивы, тем более что я применил свои способности. Все демоны будут только рады возможности уничтожения храма господня, а мне прибавится галочки в карму.   
- О, святая вода! – вода, из-за которой мы поссорились в прошлый раз с ангелом. Долгие семьдесят девять лет превратились для меня в настоящую пытку. Я скучал, стоит это признать. Надеюсь, Азирафаэль скучал по мне тоже, иначе придется огорчиться на его бессердечность. Я верю в обратное, как и всегда. Мы знакомы больше шести тысяч лет, между нами давно нет вражды, почему бы не уповать на нечто более значимое и существенное? Взгляд голубых ангельских глаз и улыбка его, дороже всего на свете. В мыслях я не страшусь этого признавать.
- К слову, у вас осталось тридцать секунд, - и жест руками в верх, для придания веса словам.

+2

3

Радость наполняла Ангела от каждого шага по сотворенной Господом земле, такой удивительный и сложный голубой шарик с миловидными обитателями, которые так суетливо бегают от одной крайности в другую, но что куда важнее - отменно готовят. О этот терпкий вкус сухого мерло, что дивным букетом расцветает на смертном языке давая волшебное тепло по настоящему пищеводу. А французские блинчики с нежной начинкой из спелых ягод и свежих сливок, впрочем, и соленая начинка из мягкого сыра, приправленного прованскими травами не менее великолепна.  Люди воистину имели искру Божию в части сотворения. И что с того, что Азирафель слегка помогал улучшить рецепт? Он как посланник Небес выполнял свое истинное предназначение - направлять человечество к раю. Почему не начать с гастрономического? В конце концов хороший вкус - тоже добродетель. Жаль, что демон никак не мог приобщиться к этому блаженству, сколько бы ангел не пытался внушить своему лучшему врагу (и даже немножко другу, ну так, совсем чуть-чуть) смысл наслаждения изысканными блюдами, тот предпочитал только вино и не сказать, что разбирался в нем идеально. Хотя…Вполне неплохо, для начала. А начала чего Хранитель Восточных Врат предпочитал скрывать от самого себя так долго, как только сможет. В конце концов они существа вечные, пусть и не бессмертные, он разберется с этим позже. Тем более их последняя встреча была весьма удручающей.

Но каков наглец! Решил умереть? Не в мою смену! Ни капли святой воды не достанется тебе! Вдруг поранишься? Бррр. Позволить такое сумасбродство - недопустимо для доброго и чистого существа, коим без сомнения являлся Ангел. Пусть его вечный соперник и был коварным Демоном самой настоящей преисподней, но все же единственным, кто понимал стезю самого Азирафеля, призванного Всевышним направлять человечество на путь праведности и благочестия. Ну не ту часть про благочестие, конечно понимал, скорее ту, где их нетленные тела бродят среди смертных наблюдая за развитием человечества. И пусть век отдельно индивида чрезвычайно краток, лучшие творения его остаются, продолжая жить на протяжении веков. Некоторые не без помощи. Особенно дороги временному сердцу Азирафеля были книги. Трогательные закорючки, сохраняющие великолепные и фантазии разной степени достоверности, полные чудесных историй, туманных и не точных пророчеств и весьма остроумных стишков.

Думая об этом, почтенный джентльмен, озарил свое добродушное лицо лучезарной улыбкой, которая была так неуместна в сумраке полного тревоги и тьмы города. Лондон освещался только огромными световыми пушками, которые подобно испуганным зрачкам бегали из стороны в сторону ища на небе вражеские бомбардировщики. Крик сирены воздушной тревоги многократно отражался среди разрушенных зданий и еще целых домишек, без единого светящегося окна, словно отсутствие света давало призрачную надежду, что шальной снаряд минует дом, притворившийся мертвым. Но увы. Бомбы, как и несущие их летчики слепы. Зато сам Ангел видел ясно. Цокот каблуков его юной спутницы прибавлял ему воодушевления и даже, в некоторой степени, предвкушения вида этих противных фашистских морд, когда агенты британской разведки ворвутся в храм божий чтобы устроить этим зверюгам полный "Сузаменброх".

С виду церковь выглядела такой же темной, как и все окружение, но в ее недрах горел теплый свет алтарных свечей, создавая неповторимый уют святого места, который явно портили своей непочтительностью господа в темных костюмах. Портфель, приятно тяжелый от старинных и бесценных книг, покрылся оранжевыми пятнами, переливаясь в неровном свете многих маленьких пламеней. На этом приятные события и завершились. Его спутница оказалась предателем, нацисты победителями, а он сам наивным дурачком. Только не это, мне так не только выговор сделают, но и новое тело не выдадут, полный провал. Небесная канцелярия не просто так имела свое название, строгий учет всяких мелочей всегда удручал, чудо что потерю огненного меча все еще удавалось скрывать. Бонусы длительной командировки. Но я еще не успел распробовать трайфл по новому рецепту... Это могла бы быть последняя мысль посланника божия, ведь дуло пистолета оказалось на неприлично близком расстоянии от светловолосого затылка и даже курок уже перешел в положение "взведен", если бы не шлепающие шаги возле входа сопровождаемы такими родными "ай", "ой" и даже "****" (слово не допустимо в речи благочестивого ангела).

- Кроули! - Радостно воскликнул Азирафель шагнув к дорогому НЕ другу, (ну почти, разве что, совсем чуть). Вид потешно скачущего по святому полу демона вызывал бурю непростительно теплых чувств. Давно не виделись, соскучился. - Ты что здесь делаешь? - Спохватился в заботе светлокрылый, осознав, где именно ступает его старинный соратник (тот самый который вовсе не друг, только немного). Но Щеголь в безупречном темном костюме уже начал свою светскую беседу во имя спасения Ангела. До чего же сентиментальным я становлюсь, хоть плачь святыми слезами. За те тридцать секунд, что демон отвел последователям Фюррера он только и успел обеспокоенно посмотреть, на чашу со святой водой, которую упомянул Кроули и расстроенно помотать головой. Ну зачем тебе этот риск!? Боже милосердный! А после свистящий звук и красноречивый жест Падшего обратили все взоры к потолку и все. Бам. Кроме двух нетленных существ материя превратилась в горящие руины.

- Это очень благородно с твоей стороны! - Со самой искренней благодарностью воскликнул Азирафель. - А главное никаких отчетов! - Ангел застыл в нерешительности наблюдая как Кроули протирает черным платком свои не менее черные очки, готовый таки пустить слезинку умиления, но тут же спохватился. - Книги! Я совсем забыл про книги! Бедные мои, превратились в груду дымящегося... - Он осекся, увидев протянутую руку с идеально чистым портфелем. Это лучшее демоническое чудо, что я видел в жизни. Минуту блондин провожал взглядом уходящую темную фигуру, но все же решился и догнал почти совсем уже друга. - Стой! Кроули, стой! Мне кажется будет справедливым если я угощу тебя ужином. Тут недалеко сохранился небольшой ирландский паб, в нем еще подают приличный гиннес и весьма изысканный хаггис. Конечно по мерками военного времени. Но чего скрывать, сейчас по всей Европе мало кто интересуется высокой кухней, впрочем, и Япония сейчас не совершенствует свои рецепты. - Он тяжело вздохнул, все еще прижимая драгоценный портфель к своему потемневшему от гари костюму. - Мировая война все-таки. Опять.

[nick]Aziraphale[/nick][status]Правые плечи устарели[/status][icon]https://i.imgur.com/ENidpqU.jpg[/icon][nm]Азирафель[/nm][lz]Утром чай особенно хорош, но в приятной компании и вечер подойдет[/lz][sign]Good Omens[/sign]

0


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » ад и рай просто место