пост недели от HENRY MILLS
Это, кажется, будет просто нереально. Он просто молчал, боясь на данный момент, сказать хоть слово. Читать далее...
Ждем новый выбор Карвера!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Октябрь - время постов!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » боль, агония, страдания... полюби это


боль, агония, страдания... полюби это

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

[nick]Hannibal Lecter[/nick][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">ганнибал лектер</a>[/nm][sign]-[/sign][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>немного художник, психиатр... каннибал</div>[/lz][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1541/14907.png[/icon][status]вы голодны?[/status]

https://i.imgur.com/p4Hz0ck.gif https://i.imgur.com/92EwvQb.gif

боль, агония, страдания... полюби это

Изолятор психбольницы, первая половина дня.

Расскажи мне что-нибудь из своей жизни, Кларисса. Ведь ты хочешь знать все ответы?

Отредактировано Leonardo (2022-07-28 21:58:58)

+3

2

[nick]Clarissa Starling[/nick][status]Агония. Страх. Боль.[/status][icon]https://i.gifer.com/embedded/download/LgYq.gif[/icon][sign]_[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Кларисса Старлинг</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>Боль - это начало</div>[/lz]

перенос

Специальный агент М.Старлинг. Звучит, не правда ли? Мечта, надежда, и мое стремление, которые я пытаюсь достигнуть с самого детства. Мой отец был полицейским, статный мужчина в форме, которого я безумно любила. Мне хотелось стать, каким был он. Хотела нести порядок и спокойствие в общество, которое окружает нас с самого детства. Быть охранителем социума, выявлять отклонения от нормы, предупреждать преступления, расследовать и находить преступников, это казалось мне правильным. Но, я брала выше, хотела пойти дальше обычного полицейского участка, в котором меня ждала рутина и одинаковый распорядок дня. Я хотела сбежать из маленького городка, сбежать с ранчо дальних родственников и выбиться в люди, выбиться туда, где мне будет самое место.
   ФБР. Да, это то, что нужно. То, что необходимо. То, что дарует мне желаемую свободу и заставит замолкнуть кричащих на рассвете ягнят. Польза, которую я принесу миру, ловя страшных и опасных преступников – это ли не цель, достойная уважения? Я выпускница престижной академии, вскоре член масштабной организации, возможно, незаменимый член команды. Мне известен отдел и его начальник, куда я хочу попасть. Эмпатия – это дар, позволяющий составлять психологический портрет преступника, возможность ощутить его эмоции и поставить себя на его место, чтобы затем поймать. Оперативная работа, плотно контактирующая с теорией. Захватывает дух, заставляет мыслить рационально и опционально. Каждая деталь важна, каждый нюанс и, казалось бы, незначительная зацепка. Маньяки – они не такие, как все, у них, у каждого свой почерк. Тем не менее, никто из них не хочет оставаться в тени, и подсознательно желает быть обнаруженным.
   Когда мой потенциальный начальник предложил мне съездить к Ганнибалу Лектеру, я вначале не поверила. Это громкое имя было известно по многочисленным материалам в Академии и новостной ленте, в свое время. Забыть такое невозможно, нереально. Доктор тот человек, что выбивается из общей картины, привлекающий взор на первых строчках газеты. И мне дали задание навестить его, между делом, надеясь раскрыть маньяка Буфалло Билла. Мужчину, который снимал кожу со своих жертв. Мрачно и кроваво, но что не сделаешь, особенно, когда представляется, возможность воочию увидеть легенду своего времени.
   Мне было страшно. Мне и сейчас страшно, так как я впервые иду разговаривать с кем-то опасным и эрудированным. Каннибал, имеющий докторскую степень в области психологии и знающий в достаточной степени хирургию. Иначе, как он мог с такой точностью убивать своих жертв? Более того, Доктор из тех людей, что любили классику и были начитаны. Интересная и крайне взрывоопасная смесь. Внутри всё сжималось, когда я спускалась вниз по лестнице в сопровождении начальника психиатрической клиники Балтимора.   
Я присмотрю, Вы справитесь, — слова санитара не слишком меня успокаивают, я киваю на его тактичное замечание о стуле, что оставлен специально для меня. Тереблю папку с делом о Буфалло Билле и сглатываю ком в горле, когда другие пациенты клиники бьются истошно о клетку камеры, старательно привлекая к себе внимание. Я не была готова к такому приему, более того, надеялась, что всё пройдет безболезненно.
   Оказавшись перед мужчиной, я замираю, внимательно осматривая убранство его камеры, смотрю прямо в его глаза. Они голубые, как воды Лазурного неба, и в них плещется безумие, спокойными прибрежными волнами. Волнение заполняет меня целиком, взгляд Доктора тяжелый, проницательный, будто бы считывающий меня полностью.
— Доктор Лектер, — натянуто улыбаюсь и отвожу взгляд, вновь смотря на рисунки карандашом. Красивые, изящные и чрезвычайно точные.
Мое имя Кларисса Старлинг, я агент ФБР, — не знаю, как продолжить и что сказать, слова застревают на кончике языка, во рту пересохло и становится не по себе. Я обнажена перед своим собеседником, ощущение, что он знает всё лучше меня.
— Доктор, это Ваши рисунки? – кивок в сторону местных произведений искусства. Мой потенциальный начальник говорил, что, не важно, будет говорить со мной Ганнибал или нет, главное, оценить его самого и обстановку его камеры. Не знаю, какое это имеет значение, но мне и самой интересно узнать лучше Лектера. В нем есть загадка, которую не могут разгадать никакие психологические тесты. Он уникален по своей природе, по своей натуре. В нем есть нечто страшное и непостижимое.
Может, Вас заинтересует вид нашей анкеты? И дело Буфалло Билла? – чем не попытка получить желаемое и найти маньяка, который сейчас на свободе и дарует нам новые проблемы? Я хочу помочь, я хочу найти убийцу молодых девушек, но прежде, мне необходимо выйти на след. Мне нужно выяснить, что их связывает, как думает убийца и как отбирает жертв, мотивы его преступлений и прочее. Должен быть своеобразный код, дающий разгадку всего остального. И, если Доктор соизволит мне помочь, я сумею найти маньяка.
   На губах появляется неловкая улыбка, может, и зря я так. Но, возникшая тишина заставляет нервничать еще больше, из-за чего взгляд становиться растерянным. Я сажусь удобнее на стул и поправляю край юбки, прежде, положив в железный ящик дело маньяка.

+1

3

[nick]Hannibal Lecter[/nick][status]вы голодны?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1541/14907.png[/icon][sign]-[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">ганнибал лектер</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>немного художник, психиатр... каннибал</div>[/lz]

перенесенный пост
Суть мироздания. Привычные вещи, вроде подняться с чистой постели, почистить зубы, приготовить кофе. Затем уловить, что время летит слишком скоротечно для того, чтобы наблюдать в окне яркое солнце и чистое небо, спешно собраться и бежать на работу. Задуматься о том, что не так происходит с жизнью, нет ни минуты. Досадно наблюдать людей, окруженных рутиной: они приходит за помощью, находясь в глубокой депрессии, говорят о своих житейских проблемах и о тех желаниях, что не реализовали, когда была такая возможность. Поставили все на то, чтобы из конвейера штампов и условностей общества вышел продукт переработки — идеальный его член. Тем более значимо они выглядят на моем столе, а их мозг — сущая находка для гурмана. Мягок и сочен, каждый кусочек буквально тает во рту. Однако, сейчас мой рацион питания мало чем отличается от того, чем кормят собак. Восемь лет заточения в камере — достаточно долгий срок, чтобы привыкнуть к местным обывателям, их еде, обществу, мало чем отличающееся от зоопарка. Поэтому, отношение было схожим. Люди трубят о том, что поймали одного из самых опасных преступников современности, но на самом деле их мягкий и податливый мозг просто не способен к более глубокому анализу. Не каждый человек может похвастаться этим умением, говоря о гениальности. Тем более однообразным мне видится этот мир. Лишь людские патологии, их отклонения, могли разбавить мою скуку, с легким вожделением увлекаясь интересным случаем, за которым обращались мои пациенты. Сознание, что вырвалось из порочного круга и вершит собственный ад на земле.
Впрочем, этого нет уже довольно давно. Голые стены, без единого окна, крики и вой соседей по вольеру, скудная еда и лишь малое воплощение увлечений в виде воспоминаний, заключенных в плотную бумагу, а цветом можно наполнить лишь в собственном воображении.
Нет, было и еще одно развлечение за эти долгие годы. Сколько бы меня не считали безумцем, пожирающем людей, им хотелось познать мой внутренний мир, найти точки соприкосновения, возможно, завести дружбу, чтобы я пошел на контакт и смог своей аналитикой помочь Федеральному Бюро Расследований откопать зацепку, составить психологический портрет тех преступников, что наводят шуму в привычном конвейерном мире. Джек Кроуфорд направлял нескольких из своих подчиненных "познакомиться" со мной. Правда, ничем это хорошим не заканчивалось. В особенности, для них. Да, доктор Чилтон лишает малых удовольствий и находит приятным доставить некоторые неудобства мне, пытаясь как-то воздействовать на мою психику. Но стоит признать, это стоило того, чтобы хоть немного разбавить скуку.
Как раз в разговоре, я услышал об очередном госте для меня. И неспроста. В газетах пестрят заголовки о Буффало Билле и его очередной жертве. ФБР все еще не вышли на след предполагаемого убийцы бедных девушек, кожу которых изобретательно срезали и топили. Было интересно изучать какие-то подробности об этом деле, отклонений, специфики. Службы знают об этом и обязательно попытаются применить свой размягченный разум в попытке найти со мной контакт.
Слышу, как скрипит решетка, неуверенные шаги от каблуков. Девушка? Кроуфорд пытается воспользоваться моим долгим затворничеством таким способом? Примитивно, но любопытно. Может быть, это немного разбавит мою скуку сейчас.
— Доброе утро.
Передо мной оказалась миловидная молодая девушка. Даже слишком молодая. Она знает, кто я такой и потому на лице можно было заметить страх, скованность, неуверенность. Тем не менее, ее взгляд пытается понять мои мысли, провести свой анализ. Вопреки чувствам внутри, это — смелый поступок. Называет свое имя — Кларисса. Занимательно.
— Вас прислал Джек Кроуфорд? — Минутка статистики и проверки на истинность моей собеседницы. — Можно ваши документы?
Все это время стою, не шелохнувшись с места, продолжаю изучать, наблюдать. В моих планах нет ничего чопорного. Грубить и слишком откровенно задевать — не мой стиль. Жаль только девушка все еще испытывает этот страх и напряжение. Разве я похож сейчас на монстра?
Стараясь перевести тему, Кларисса заговорила о рисунках. Мой взгляд падает на них, испытывая легкую ностальгию от изображенного на них. Воочию, эти места не менее прекрасны, голос приобретает тон довольно легкий и игривый, как если в руках я держал любимую игрушку.
— А! — уже полностью делаю поворот тела в сторону стены с изображением, продолжая вести милую беседу. — Это Дуомо, вид из Бельведера, — делаю нарочитую паузу, и за это время поворачиваюсь снова к своей собеседнице, улыбаюсь ей и подмигиваю. — Вы когда-нибудь бывали во Флоренции?
Довольно легко вывести человека из себя, заставить его закрыться, когда начинаешь задавать неудобные и неприятные вопросы. В данном случае, мне всегда помогал самый яркий кадр нашего зоопарка. Будет интересно взглянуть, как агент Старлинг будет выкручиваться, обнажая свою сущность передо мной. Приглашаю собеседницу сесть, чтобы мы могли более непринужденно продолжить диалог.
— Теперь скажите, что там говорил Миггс? — снова короткая пауза, вижу, как приходит понимание вопроса и то, как он вводит в смущение. — Миггс из соседней камеры... Он шипел. Что он сказал?
Когда дело заходит об истинной цели визита юной особы, азарт постепенно пропадает. Все сводится к одному и тому же, да еще и столь некрасиво в мою сторону. Даже неловкая улыбка не спасает девушку.
— О нет, нет, нет, нет, — впрочем, на моем лице все та же улыбка, пусть и преисполненная некоторым разочарованием. — Вы так хорошо начинали. Были учтивы, вежливы, обходительны. И тут... неуклюжее продолжение со списком.
Подхожу к стеклу достаточно близко, склонив голову чуть в бок. Возможно, дело приняло бы иной поворот событий, но сегодня, я хочу посмотреть, чем в итоге закончится наш диалог. Бумаги, которые агент Старлинг, положил в ящик для еды, меня словно не интересовали. Сейчас, они мне были неинтересны. Впрочем, как и с самого начала нашего знакомства.
— Как грубо.

+1

4

перенос

[nick]Clarissa Starling[/nick][status]Агония. Страх. Боль.[/status][icon]https://i.gifer.com/embedded/download/LgYq.gif[/icon][sign]_[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Кларисса Старлинг</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>Боль - это начало</div>[/lz]

Странно даже, как-то, что меня страшит совсем не мистер Лектер. Он опасный преступник, который разделывал искусно своих жертв и пробовал их на вкус, тем не менее, куда страшнее было понимать, что ожидания руководства не будут оправданы, и я провалю задание, так его и не начав. Выйти из академии и сразу оказаться рядом с таким умным и опасным человеком – это взлет, подобный падению. В голове мелькают предположительные фиаско, и от этого становится не по себе. И грубые ошалевшие пациенты в соседних камерах не добавляют комфорта, вынуждая трепетать подобно листу на ветке старого дуба. Меня попросили попытаться, но в этой просьбе я слышала куда больше наставления и приказа, чем было заявлено.
- Доброе утро, — сдержано улыбаюсь, отсчитывая десять секунд, и медленно извлекаю свое удостоверение, чтобы показать его заключенному этой больницы. Мои тонкие пальцы вздрогнули, сама я неловко подалась вперед, неотрывно смотря в цепкие глаза мужчины. Бесспорно, он мог бы с легкостью прочитать меня, отпираться было бесполезно.
- Да. Возможно, Вы сможете поделиться со мной своим опытом и подскажите, гожусь я для этой работы или нет, — не думаю, что Доктора держали бы взаперти и разрешали аудиенции, не будь он столь проницательным человеком. И, кто знает, может, именно в нашем разговоре станет понятно, что я зря выбрала подобную специфику работы.
   И, если смотреть правде прямо в глаза, мне хотелось бы понять, как сильно можно развить ощущение других людей, чтобы можно было расшифровывать чужую психику, будто матрицу, прописанную в задаче старшеклассника. Истинный профессионал своего дела может облегчить мою задачу, дав понять, на что я способна, а за что не стоит даже браться.
Очень красиво. Такие точности по памяти? — я улыбаюсь уголками губ, отмечая искусство художника, и после встряхиваю немного головой. Подобный вопрос я никак не могла ожидать от профессора, но умалчивать о нем я не планирую и после говорю правду, как и до этого.
— Нет, но хотела бы там побывать, — работы и родина Микеланджело Буонарроти, что писал изображения людей и ваял скульптуры из мрамора, где с ним соперничал Да Винчи. Целый век Возрождения, что граничил с античностью, которую романтизировали и идеализировали. Люди хотели притронуться к красоте человеческого тела, не смея граничить с былым величием предков, не будучи готовыми, разодеться в легкие хитоны. Куча предрассудков, что похоронены заживо, но которые сумели подарить столько прекрасного миру. Всё движется вперед, и кто знает, может, со временем я смогу посетить столь потрясающее место, как Флоренция.
   Кратко обернувшись, сажусь на стул, что так услужливо подготовили санитары больницы. Выдохнула кратко и снова посмотрела на Доктора, с легким непониманием в глазах, что пыталась скрыть всеми силами. Я нервничала, это факт, не хотела провалиться на первом же задании, так глупо. Вскинула голову, возможно, с небольшим вызовом.
Он сказал: я чувствую твое влагалище, — говорить об этом было неприятно. В завершение фразы крепко стискиваю зубы, не выдавая дрожь в голосе. Солгать или увильнуть? Глупо, Доктор слышал слова своего соседа, и капитулировать – означало провалить визит, так и не начав разговор о цели моего прихода.
   Лектер не собирался просто так сотрудничать. Он отказывал в аудиенции многим другим кандидатам и психотерапевтам, что тут говорить о выпускнице академии и стажере ФБР? Так, мелкая сошка под массивными лапами льва, что так проницательно осматривал меня, выворачивая душу нараспашку. И все равно, я не сдавалась, и этот вызов во взгляде не был напрасным. Мне задали неудобный вопрос, я дала не удобный ответ. Что дальше? Поиграем в шарады?
   Надеюсь, мне простят мою маленькую наглость. Я не считала себя умнее других, просто, не боялась трудностей и готова была стерпеть некоторые унижения, если это позволит добиться мне успеха. Просто разговор, где любят копаться в странных вещах. Ничего криминального и бессмысленного.
Я лишь прошу взглянуть на нашу анкету. Вы можете отказаться, — упрашивать и падать на колени? Нет, я этого делать не собираюсь, у меня есть еще чувство собственного достоинства и желание оставаться человеком, а не чьей-то грушей для битья. Если мистеру Лектеру так не хочется со мной вести диалог, то к чему все эти расспросы и попытка поймать меня на эмоциях?
- Я думаю, Вам будет интересно ознакомиться с делом, — Буффало Билл. Громкое дело и прозвали его так нелепо и абсурдно по вине полицейского.
- Один полицейский неудачно пошутил, сказав, что он обдирает своих жертв будто бизонов, — из-за чего и пошел весь сыр – бор. Сущая бессмыслица, от которой не становится легче. Только путает всё и лишает смысла.
Все маньяки и серийные убийцы оставляют на месте преступления некое напоминание о себе, показывают свой почерк, — пожав плечами, я внимательно смотрю на Доктора. Только он выбивается из общего списка своей неординарностью и вызовом обществу, которое сам Лектер перерос давным давно. Мне даже интересно, что с ним произошло в прошлом, раз он стал маньяком. Доктор с блестящим умом.
Что Вы думаете об этом?

+1

5

[nick]Hannibal Lecter[/nick][status]вы голодны?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1541/14907.png[/icon][sign]-[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">ганнибал лектер</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>немного художник, психиатр... каннибал</div>[/lz]

перенесенный пост
Определенно, это было забавно. То, как проходила эта встреча, как вела себя эта юная особа. Она была далека от тех — личностей ли? — что приходили сюда и пытались показывать из себя львов. Те, что в животном мире носят гордый титул "царя зверей". Закидывали вопросами, угрожали. Нет, были и те, что весьма аккуратно пытались подойти к разговору, использовали дипломатию как оружие против меня. Впрочем, так ли это важно сейчас? Разговор явно пойдет в совершенно иное русло, возможно даже позабавит меня еще какое-то время.
— Истекает через неделю, — лишь краем глаза обращаю внимание на документы, более сосредоточенный на взгляде его обладателя. — Джек Кроуфорд прислал ко мне стажера?
Теперь можно было легко объяснить, почему девушка вела себя... иначе в сравнении с предыдущими посетителями. Неопытная, кроткая местами, в ней все же был какой-то не то чтобы шарм. Скорее, по ассоциациям была похожа на фигуру, над которой Микеланджело Буонаротти еще не не закончил, размышляя над формами и окончательным результатом. Можно с интересом понаблюдать, сколь успешна будет эта работа. Кларисса, когда мы говорим о Флоренции, думаете ли вы о чем-то подобном? Возможно, имея какой-то интерес к истории и искусству, была такая скромная вероятность.
— Память, агент Старлинг — это то, чем я обозреваю мир.
Да, долгие годы взаперти, помогают найти альтернативы. Не упасть в грязь лицом, испытывая трудности положения моих дражайших соседей. То немногое, что позволяют стены этой больницы, я стараюсь использовать в полной мере. Осколки прежней жизни все еще находились в моих руках и пока этого было достаточно.
Откровение, на которое решилась юная особа, располагает. Даже зная, что я все слышал, немногие могут сказать подобное снова, в особенности когда ты — хрупкая представительница прекрасного пола. Едва-едва проснувшаяся ото сна бабочка, которая пока не расправила свои крылья в полной мере.
— Понятно, — учтивая улыбка как знак моего одобрения. — А я вот не чувствую.
Поднимаю голову, чтобы быть ближе к отверстиям в стекле. Вдыхаю исходящие оттуда запахи. Понадобилось совершенно немного времени на то, чтобы разобрать ароматы на некоторые составляющие и уловить даже те, что на теле девушки были не столь очевидны.
— Вы пользуетесь кремом "Эвиан", — снова поднимаюсь на носки и вдыхаю запах. — Иногда духами "Ле ду Том".
На этом разбор был закончен, и мой взгляд снова обращается к собеседнице. Снова учтивый и безобидный, хотя в голосе в дальнейшем мелькает это легкое наваждение "хозяина ситуации". Даже будучи запертый за прочным стеклом, в этом не было никакой проблемы.
— Но не сегодня.
Смотреть, как агент Старлинг все еще ощущает этот прилив неудобства ото всей этой ситуации, было приятно в какой-то мере. Я не уподобляюсь в интимные детали, как это делает Миггс. Это сродне извращенному влечению к женскому телу: грубое, совершенно без какого-либо уважения, в теле играют лишь животные инстинкты. Мои действия должны были успокоить, но, кажется, ситуация оттого стала еще более напряженной. Да и резкий переход к истинной цели девушки, заставило умерить пыл "вежливого доброго друга", пред которым я и предстал перед ней. Да-а-а, Буффало Билл давно трубит по местным желтым газетенкам, наводя ни то страху, ни то какое-то восхищение столь изобретательной натуре. ФБР хочет получить от меня помощь, едва справляясь с этим запутанным делом. Видимо, так оно и есть. Взгляд перевожу в сторону ящика для еды, где и лежала эта анкета, но пока не имею желания прикоснуться к этим бумагам. Дать еще один шанс? Это будет интересно, возможно агент Старлинг сможет убедить меня посмотреть дело и озвучить какие-то мысли.
— Видимо, Кроуфорд совсем погряз в делах, что отправляет на расследование дела стажера, — медленно угасающий интерес к беседе присутствовал как в голосе, так и во взгляде. Слова, наполненные легким разочарованием, также намекали, давали подсказку. Во взгляде показываю вызов. — Буффало Билл. Мерзкий тип. Почему его так прозвали, не подскажите? В газетах об этом не пишут.
Обдирает, будто бизонов. Шутка, ставшая главным заголовком в газетах и теперь преступник обрел свое "я" для них, стал личностью. Иронично.
— А почему он обдирает со своих жертв кожу? Проявите проницательность, агент Старлинг.
Почерк. Все это выглядит так, будто это не преступления, а какое-нибудь шоу талантов, где каждый хочет выделиться чем-то особенным. Звучит, во всяком случае, именно так. И все же, собеседница была далеко не глупая, мне даже становится снова интересно вести этот диалог.
— Ответ — очень ценный ресурс, за который полагается плата. Вы были на верном пути до некоторого момента, даже не побоялись рассказать неудобную правду, — делаю небольшой шаг в сторону, продолжая изучать, подмечать, рассматривать. — В вашем голосе присутствует акцент, который пытаетесь скрыть и не выдать его. Западная Вирджиния, не так ли? Вы родом оттуда?
Возможно, какая-нибудь душевная история немного сгладит углы нашей беседы. Очень не хотелось бы заканчивать диалог на такой ноте. Может быть, так я окажу ФБР некоторую услугу, а взамен смогу получить что-то более, чем застекленную коробку без вида на окружающий мир.

+1

6

[nick]Clarissa Starling[/nick][status]Агония. Страх. Боль.[/status][icon]https://i.gifer.com/embedded/download/LgYq.gif[/icon][sign]_[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Кларисса Старлинг</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>Боль - это начало</div>[/lz]

перенос

Ради чистоты эксперимента, стоило, определенно, придти сюда с целью получения аудиенции, у одного из самых опасных преступников. Доктор, не стоит таить, пробуждал внутри неопределенные чувства и ощущения, что с легкостью соперничали с былыми рассуждениями о собственном существовании. Коллапс душевного равновесия становился ощутимее и осязаемее, что вводит в ступор и дарит неясность ситуации. Не я задавала темп и темы, это делал мой собеседник, умудренный опытом и жизнью. И наш разговор проникал в разум ненавязчиво и легко, лишая смысла любое принуждение.
   Быть объектом внимания не очень приятно. Лишенные рассудка люди, не ведают границ и переступают грань дозволенного. Считая необходимостью и личным долгом, уязвить, заставить страдать, зардеться краской. Из всех сил держусь, являя собой истинную стойкость и спокойствие, из которых именно второе подвержено мании изменений. Легкость, с коей перемены наступают на горло, разительна.
   И тут уже не остается сомнений, что Джек Кроуфорд мог ошибиться с выбором. Я никто, по своей сути, лишь выпускник академии, один из многих, считающий возможным бороться за жизни людей, которые подвержены опасности со стороны лиц неуравновешенных и кровожадных. И тест с Доктором – он лишь показатель, на что я готова и способна в этой жизни, которая лишь открывает передо мной свои двери. Презирает? Не верит? Не хочет говорить? Его право, я всегда найду место, где мой талант применим. Так что, можно сказать, что мы и квиты.
   На слова о памяти я согласно киваю головой. Картина, и, правда, точна до мельчайших деталей. Я готова признать, что, смотря на нее, чувствую аромат выпечки, исходящий из пекарни, находящейся на соседней улице в Дуомо. Чудесное представление, заменяющее настоящий мир, который более не доступен Доктору. Издевка судьбы или справедливое наказание? Не знаю. Слишком много вопросов и ни одного ответа, который мог бы успокоить мой мятежный дух.
   Описание средств, которыми я пользуюсь, и то, что мне пришлось озвучить, вводят меня в легкое состояние переживания, когда хочется сорваться прочь, ощущая себя жертвой ситуации. Подобных чувств наваждение, не беспокоило меня даже, когда преподаватель пытался завалить меня на экзамене, озвучивая не самые приятные вещи. Тест на стрессоустойчивость и способность принимать решения в период испытаний, способных повлиять на волю и здравомыслие. А тут, не значительные детали, что вызывают диссонанс и дрожью по телу пробегаются мурашки. Что не есть хорошо.
— Разве, это имеет значение? – не выдержав, задаю этот вопрос. Эти разговоры, для чего они? Что они решают и ради кого? Ради любопытства Доктора или здесь скрываются совершенно другие мотивы? Очередная загадка и тяжелый вдох. Переживания дают о себе знать.
   Очередное замечание по поводу Кроуфорда. К сожалению, или к радости, я не могу дать разъяснений по поводу чужих мотивов. Возможно, он считал, что Доктор со мной разговориться, а может, опрометчиво думал, что лучше кто-то, чем ничего. В любом случае, как мне сказали, особой надежды по поводу успешности моего визита, никто не испытывает. Новая пешка в игре, новая попытка получить подсказку, зацепку, помощь.
К сожалению, о причинах своего решения, мистер Кроуфорд мне ничего не говорил, - да и не должен был, если смотреть правде в глаза. Он просто закинул идею, и директор академии дал свое добро. Вот и я. Почему я? Я студент, что заканчивает обучение с отличием и подает большие надежды на дальнейшую работу. Больше ничего. Одна из множества студентов, чье имя скоро будет находиться в списке на прием на работу.
   Пожимаю плечами, сбрасываю неприятные ощущения. Будто бы скидываю с себя липкое и вязкое чувство неопределенности, что свойственно всем новичкам своего дела. И сегодня не является исключением, я тут явно лишнее звено, если не единственное неуместное событие этой клиники. Никто в меня не верит, но я упрямо продолжаю верить в себя саму. Краткий вдох, наполненный тяжестью наблюдений. Буфалло Билл. Ради него я здесь, да.
   Я ответила на один вопрос и получила новый. Подобие диалога воодушевляет, но не обманывает. Держу себя в руках с бдительностью пожилого глашатая, что не верит в благоразумие молодежи. Краткий вдох.
- Это возбуждает его. Большая часть серийных убийц забирают трофеи, — раздумывая о чем-то своем, поднимаю взор и смотрю прямо в глаза собеседника, и вижу в них лишь затягивающую пустоту с выражением хищника, приготовившегося к атаке. Краткий вдох.   
- Вы очень проницательны, Доктор. Но, достаточно ли Вы сильны, чтобы направить такое мощное восприятие на себя? Разложить собственное «я» по полочкам? Или же, Вы чего-то боитесь и по этой причине не делаете этого? – в свою очередь задаю ответные вопросы. Играть в игру изрядно надоело. Пропала еще одна девушка, и у меня нет времени вести светские диалоги. Больше нет времени. С каждой минутой вероятность найти девушку мертвой, становится всё выше. Буффало Билл не остановится, он не видит никакой разницы в том, что ФБР встало в тупик. Он продолжит убивать и никто не сможет его остановить, если Доктор не поможет расследованию сейчас.
— Впрочем, Вам, возможно, просто не интересно? – куда приятнее сидеть в тесной камере 24\7, уповая на чужую милость. Наверное.

+1

7

[nick]Hannibal Lecter[/nick][status]вы голодны?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1541/14907.png[/icon][sign]-[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">ганнибал лектер</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>немного художник, психиатр... каннибал</div>[/lz]

перенесенный пост
Разговор близится к своему завершению. Досадно это признавать, надежды на эту девушку я возлагал, пусть и в небольшом количестве, но таковые были. Где-то это даже был не выбор в плане каких-то талантов, скорее просто — первое впечатление. Молодая девица, которая уже сейчас готова бросить вызов и смотреть в твои глаза взглядом, полным решимости. Да, имело место напряжение, которое испытывает рядом со мной, даже очень подготовленный психологически, человек, но все же. Было интересно, я давно не испытывал подобных эмоций. Возможно, дело в честолюбии и благородстве юной девушки, которая представала передо мной, как открытая книга. Практически, все же с первого раза невозможно считать человека столь точно и верно, чтобы сделать о нем выводы.
Я подмечаю все детали, благодаря которым могу составить портрет человека перед собой. Множество больных, искалеченных личностей мне доводилось через себя пропустить. В глазах этой студентки тоже проскальзывало что-то болезненное: она честно ответила по поводу моего соседа, но чувствовала себя настолько неуютно от этих слов, периодически сжимаясь в комочек, поджимая губы, что, кажется, будто ее раздевают. Выступала испарина на ладонях, признак, что нервничает. Да, любая девушка забеспокоится от нелицеприятной правды, а также услышать подробности о том, чем моется, но, может, есть дело в чем-то еще? Вопросы, не относящиеся к истинному визиту Старлинг, были, ммм, не просто ради забавы. Все, на что она отвечала, как реагировала, позволяло дать понять, стоит ли вообще на этого человека тратить время. И пока, точного ответа на этот вопрос я не нашел.
— Агент Старлинг, все имеет значения, когда дело касается убийств невинных девушек, — попытка задать свои условия с ее стороны. Свой проницательный взгляд направляю на девушку, выражаю легкое недоумение. Разве она не понимает, что мне ни к чему помогать по первому зову? Я не следователь, четыре стены моей камеры стали уже, в какой-то степени, родными. Что мне терять? Студентку, что пытается быть со мной на равных и призвать к совести? — Вы должны понимать это, как никто другой.
Если люди ко мне приходят, то они думают, что могут управлять разговором и задавать свой темп, показывать, что здесь важно, а что — нет. Это у них с каждым разом жертв становится больше, а отчет перед начальством все длиннее, описывая причины своих неудач. Какое мне должно быть до этого дело? Здесь я имею право устанавливать свои правила. Они думают, что могут все контролировать? Но это не так, далеко не так. И все же, ради скромного любопытства, есть ли там что-то необычное, подхожу к ящику, где лежали бумаги. Достаю их, прохожусь по нескольким страницам и...
— Вы действительно хотели поразить меня таким тупым оружием? — ладонь в кисти изгибается, отчего анкета пальцами держится небрежно, едва не падая наземь. Взгляд отсутствующий направлен на Старлинг. Да, я действительно думал, что бюро расследований как-то постарается, сделав бумаги более... привлекательными для глаз. А тут лишь чопорность и бестактность, будто что-то должен. Куча вопросов с попытками получить на них ответы, без какого-либо воображения, попытки подумать над подачей. Отвратительное зрелище. Внимание привлекает лишь суть дела, какие-то подробности, которые невольно цепляются взглядом, а мозг — запоминает их. Да, мне было что предложить в качестве подсказки, зацепки к делу. Это ставит меня в более выгодные условия, поэтому, такой подход можно посчитать за оскорбление.
— Я не забираю трофеи, агент Старлинг.
Медленно двигаюсь к ящику, опуская туда бумаги и, хлопая задвижкой, возвращаю их девушке. Короткая улыбка на лице возникает и тут же угасает, взгляд падает куда-то на пол. Мне явно интересно разглядывать его, чем милую девицу, что решила, вне всякого сомнения, потягаться со мной.
— Думаю, вам стоит больше обратить внимание на себя, — наконец, поднимаю голову. — Ваше безвкусное одеяние, плохо сочетающееся друг с другом. Дешевая одежда, дорогая сумочка. Вы похожи на деревенщину, отец которой проработал... не шахтером ли? — легкая воодушевленная улыбка и распахиваю глазницы насколько было возможно, чтобы взглянуть на собеседницу. — Он так много работал, мало был дома, а вы, еще совсем юная, были тем временем на заднем сидении машины компании друзей, что тискали вас. Порываясь желанием оказаться выше этого и стать следователем, не так ли? — на самом деле, сказать, правда ли это, я не мог. Это был скорее ответный маневр в попытке девушки призвать меня к совести и получить то, что хочется. Самонадеянно, возможно даже, безрассудно. Кларисса Старлинг уже просто не надеется.
— До вас, здесь побывало довольно много людей, также желающих узнать ответы, — разворачиваюсь спиной, руки оказываются там же, сцепленные в замок. — Один, особо любопытный и бестактный, оказался на моем столе, с бобами в качестве гарнира, — поворачиваю голову и расплываюсь в улыбке. Жадной и кровожадной, но не ужасающей. Манеры еще никто не отменял. — Кажется, вам пора возвращаться в свою клетку, маленькая птичка Старлинг, — ноги сами собой движутся так, будто птица совершает свои маневры в этом маленьком пространстве камеры. — Лети-лети-лети-лети-лети...

+1

8

перенос

Доктор прав. Прав во всем. Все имеет значение, когда пропадают и умирают молодые девушки. Надо быть сговорчивее и не сходить с пути, но, черт, как же, это сложно сделать, когда человек напротив серийный маньяк и каннибал, пожирающий людей. Как же невыносимо говорить о вещах, не способных помочь в расследовании.  И все же, приходится продолжать этот цирк, от которого идет дрожь по телу и зуб не попадает на зуб. Стиснуть челюсть до боли и выдохнуть, отпуская напряжение, повисшее на плечах тяжелым грузом. Это неповторимый опыт, хоть и неприятный.
- Верно, — всё имеет значение, даже эти не нужные вопросы, которые не пододвигают момент истины, ни в коем разе. Впору злиться на свою неспособность договориться о помощи, но с другой стороны, реально ли это?
   Некоторое время я молчу, наблюдаю за своим собеседником, пытаясь понять его мотивы, но, когда он так небрежно держит папку с делом в руке, всё во мне вскипает.
— Это информация, а не оружие, Доктор, — каждое слово отчеканено на прозрачной стене, нас разделяющей. Я убеждена в том, что Лектер увидел некую связь, но умалчивает об этом, предпочитая танцевать на моих нервных клетках. Я перестала бояться, пускай, мне и неловко. Теперь меня трясет не от легкого опасения, а от злости. Не хватает слов и эмоций, чтобы выразить всё разом.
   Краткий бесшумный вдох. Тема снова выливается в обсуждение Доктора, нечто похожее на тождественность, мелькает в нашем разговоре и внутри зарождается сомнение: может, и не все так плохо?
- Да, Вы их съедали, — ни одной улики, ни одного следа, способного привести к легендарному преступнику. Лишь одна оплошность дала повод арестовать Лектера, и то, случайная и нелепая. Детектив, на которого покусился мой собеседник, оказался проворнее и находчивее маньяка. Не сказать, что разочарована, возможно, даже не понимаю, как можно было попасться на такой глупости. Но, разве это имеет сейчас значение? Меня разбирают на части, строя домыслы, которые не имеют ничего общего с моим реальным настоящим.
- Вы ничего обо мне не знаете, Доктор, — снова эта дерзость в голосе, что умело, граничит с возможностью самообладания и учтивостью. Кто-то со стороны скажет даже, что я не пыталась выбраться из моральной ловушки, которую приготовил для меня мужчина, но на самом деле, я давно из неё выбралась. Не строю воздушных замков, не страшусь, не пытаюсь пробиться сквозь стену. И эти нападки – они оскорбительны, они без оснований и зацепок построены.
- Что ж, — на моих губах появляется сдержанная улыбка. Поднимаюсь на ноги, тем самым показывая, что разговор окончен и не подлежит продолжению. Я не стану унижаться, оправдываясь, говоря о себе, высказывая, низменное желание втереться в доверие Доктору. Это бессмысленно, да и, какой смысл тратиться на высокомерного выскочку, желающего развлечься за чужой счет?
- Всего доброго, Доктор, — легкий кивок головы и я стремительно срываюсь с места, желая быть как можно дальше от этого человека, сумевшего вызвать во мне неоднозначные чувства, граничащие со злостью и чем-то, что я еще не в силах разгадать. Я не собираюсь возвращаться в это место, встречаться с этими голубыми глазами, что проникают прямо в душу, выворачивая меня наизнанку. Уйти прочь, быстрее, и дальше, дабы остудить поток чувств и мыслей, чтобы найти необходимые зацепки и отыскать маньяка. Тут мне искать нечего, Лектер нем, как рыба. Я найду другие пути и методы. Должен быть выход.

[nick]Clarissa Starling[/nick][status]Агония. Страх. Боль.[/status][icon]https://i.gifer.com/embedded/download/LgYq.gif[/icon][sign]https://images6.fanpop.com/image/photos/41300000/clarice-the-silence-of-the-lambs-41395669-245-148.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Кларисса Старлинг</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>Боль - это начало</div>[/lz]

Отредактировано Yongsin (2022-07-28 23:01:23)

+1

9

[nick]Hannibal Lecter[/nick][status]вы голодны?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1541/14907.png[/icon][sign]-[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">ганнибал лектер</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>немного художник, психиатр... каннибал</div>[/lz]

перенесенный пост
В этом несовершенном мире, такое прямое понимание действительности — вполне ожидаемо. Мой собеседник, кажется, сдается, чем лишь подтверждает самые смелые предпосылки дальнейших событий. Это была последняя попытка дать бой своим ораторским искусством, но молодая леди... я наивно возлагал на нее такие надежды, что совсем забыл взглянуть в глаза реальности. Она не стала продолжать разговор, предпочитая покинуть далеко не самое приятное место в ее жизни — определенно. Я не оборачиваюсь, слушаю все, что агент Старлинг говорит, подмечаю некоторые детали, но не отвечаю, ибо в этом нет смысла. Досадно, очень досадно, кажется, меня пытались поймать приятным милым личиком, на которое я сделал скидку и начал разговор, где-то даже завышая умственные способности девушки. После долгих лет нахождения здесь, во мне еще не умер джентельмен, который обходителен с дамами и не желает им зла. Кто бы что не говорил. Что бы я сам не говорил, уверенно, не сводя взора, разглядывая вопрошающего. И они это знали, поэтому и послали студентку в надежде, что уж ей то я скажу что-то для них полезное. Можно ли подобный жест ФБР счесть за проституцию? В какой-то степени, да, ведь юную леди, фактически, легко бы продали за информацию, предложи бы я что-то, что бы могло ее опорочить, как женщину.
И это я тоже понимал. Как бы не были разрушены мои ожидания, нельзя сказать, что человек бесполезен. Отнюдь, у нее неплохо получалось, пусть и где-то по наитию, по чутью, интуиции. Возможно, ее можно было... научить? Если, конечно, захочет. И поделиться тогда будет вполне честно, и мне будет не так скучно, в четырех стенах с полными невежами. И стажер не будет выглядеть, как товар на рынке. Игра. Это будет увлекательная игра. Даже интересно, насколько далеко все зайдет и зайдет ли? Но тогда нужен повод. Повод начать игру.
Хм, слышу какой-то шорох в соседней камере. Миггс, подозрительно тихий Миггс никогда не предвещал ничего хорошего. Обычно он так верещит, что к шуму начинаешь привыкать и не обращаешь на него внимания. В то время как тишина резала слух едва ли не сразу. Делаю шаг к стене, чуть ближе к двери камеры, вслушиваясь, а после все ближе подходил к стеклу, в итоге касаясь его кончиками пальцев, делая движение едва ощутимым. Вижу боковым зрением, как девушка остановилась, чтобы посмотреть, что произошло, и потом...
Ладонь инстинктивно сжимается, и я тут же ударяю по стеклу, скрывая чувство отвращения за призывом Клариссы вернуться ко мне под хохот моего сокамерника.
— Агент Старлинг! Вернитесь! Агент Старлинг!
Скрываю чувства даже от самого себя, но так ли это было сейчас важно? Да, возможно, потом это сыграет свою роль, но не сейчас.
— Я бы никогда не позволил подобному случиться и не желал этого. Невежливость мне противна.
Это была та самая возможность начать игру. Повод. Я слышу слова об анкете, она пытается сыграть на моем сочувствие. Но все гораздо сложнее. Я уже говорил самому себе, что не стану давать прямых ответов, поэтому сейчас, милая птичка Старлинг, у тебя будет возможность поучиться чему-то новому. Взгляд, чуть прищуренный, направляю на нее, уже не выкладывая ту гамму чувств, что была некоторое время назад, проявляю сдержанность. Мне хочется дать ей полотенце, но в этом, похоже, не было нужды. Она, горящая огнем во имя правого дела, стоило появиться надежде — забыла обо всем. Во всяком случае, мне так показалось.
— Я могу вас осчастливить. Дать то, что вы ищите.
Ты найдешь сама все ответы, которые так детально прописаны в этой стопке бумажек. И про тебя не забудут, как если бы я все по полочкам разложил об этом Билле. Попробуй поучаствовать, попробуй разыскать его сама. Надежда... я попробую снова поставить на нее, пойти ва-банк, но уже направляя сам, где-то получая от этого неизгладимое удовольствие. И только от Старлинг будет зависеть, как все пройдет.
— Загляните в себя. И найдите мисс Мофет, мою бывшую пациентку. Агент Старлинг — загляните в себя!
Это будет отправной точкой нашей истории. То, какие выводы будут сделаны на основе этого, помогут мне продолжить игру. Будь я азартным человеком, то определенно бы воодушевился, ведь вероятность нужного мне исхода такая же, как у нужной комбинации в игровом автомате. А у тебя всего одна монетка, чтобы все срослось как нужно. Этот риск... он вызывает адреналин в крови у таких людей. У меня же расчетливость все же перевешивает, сохраняя хладнокровный ум с толикой любопытства. Если комбинация не выйдет — это меня не расстроит.
— А теперь идите.
Убираю руки со стекла, делаю небольшой шаг назад, но не свожу взгляда с девушки. А в мыслях уже думаю, как достойно наказать Миггса за его неподобающее поведение. Надо сказать, и у меня терпение заканчивается. И просыпается голод. Но, увы, подобный продукт не столь привлекателен для моего чувствительного к деликатесам вкусового восприятия. Поэтому придется лишь ментально отобедать.
Мир действительно несовершенен. Но можно сделать, чтобы кто-то еще мог увидеть его под другим углом. Только одни в этой истории выживают, а другие — нет. Но все они увидят множества граней, коими блестят эти самородки, многими нетронутыми по незнанию.

+1

10

перенос

   Поражение оседает на кончике языка горечью. Становится не по себе от осознания, что упустила свой шанс, не сумела достучаться до Доктора, который знал и понимал больше, чем всё ФБР, вместе взятое. Общаясь с этим человеком, я приходила к выводу, что он больше опасен из-за своего знания человеческой природы. Он не имел возможности дотрагиваться до меня, но успел залезть в подсознание и раздавить, будто птицу, попавшуюся в паутину огромного паука.
   Единственное, что я могла сделать правильно – это уйти, гордо подняв голову. Не смотря на, боль, страдания, унижение и слабость внутри, не смотря на то, что хотелось расплакаться, показывая свои эмоции. Никогда ещё не ощущала себя настолько ничтожной и бесполезной. Бессилие наваливается на плечи тяжестью, практически непобедимой. Взгляд устремлен вперед и не видит ничего, даже, когда на меня летят белые неприятные брызги, что липнут противно к коже. Я вздрагиваю, мне хочется верить, что меня не стошнит. Поспешно вытираю следы спермы с лица, проведя по коже рукавом пиджака, и кратко всхлипываю. Это выше моих сил, но, я должна справиться.
   И, честно говоря, я не ожидала, что судьба отвернулась от меня не до конца. Голос Ганнибала громко стучит в висках, заставляя вернуться к его камере и посмотреть на мужчину с надеждой, что впитывается под кожу, проникает в сознание, пропитывает память до самого основания. Я согласно киваю на слова Доктора и не могу отвести от него взора, сердце бешено стучит в груди, набатом отдает в висках. В какой-то момент мне и вовсе кажется, что я помешалась, и не стоит уходить. Это мгновение, оно вызывает дрожь в пальцах, и все-таки, я ухожу. Бесшумно шепчу «спасибо» и ухожу, на этот раз спешно, цепляясь за слова каннибала, как за спасительную соломинку. Мой шанс найти девушку живой, если Буффало Билл снова выберет жертву, и поймать маньяка-убийцу.
   Мне становится многим лучше. Я волнуюсь, смогу ли выполнить свой долг и оправдать ожидания Лектера. Где-то внутри есть осознание, что, если я оступлюсь, он больше не станет помогать, и тогда я окажусь в тупике, из которого уже не получится выбраться никак. Я просто не имею права опростоволоситься, не имею права оступиться. Я в игре.
И, мои поиски, они приносят результат. Да, основная версия рассыпается в прах, но вот другая зацепка, она приводит меня на склад, который арендовал некий Ники Коста, который был пациентом Ганнибала Лектера. Тот, кому не удалось помочь и он пропал. От того и аренда помещения на такой долгий срок кажется странной. Попасть внутрь – это как самоцель, что достигается, как оказалось, непомерным трудом. Я взламываю замок, поднимаю заевшую дверь домкратом и пролезаю внутрь, неся физические увечья. Порез о заржавевший гвоздь, не столь критичен, но, вот находка…
   Не думала, что увижу что-то необычное среди многочисленного хлама, если так можно выразиться. Пианино, бумаги, предметы, плохо тянущие на антиквариат и это не все. В глубине помещения скрывается автомобиль, укрытый американским флагом. Тривиально и необычно, на что я реагирую самым странным образом. Иду дальше и стягиваю ткань с машины, чтобы затем залезть в автомобиль. Внутри манекен в свадебном платье, альбом с картинками и банка под тканью, в которой хранится голова мужчины. Пугливо отстранившись назад, после, подаюсь вперед, чтобы разглядеть лучше чужую голову. Перекосившиеся губы, веки, заплывшие глаза, и макияж, что выдает в незнакомце если не психически нездорового человека, то того, кто не согласен со своей природой. После увиденного у меня не остается сомнения. Я должна поговорить с Доктором. Его слова были не просто пустым звуком, это был намек на дальнейшее расследование и всю меня распирает от любопытства. Что это было и для чего?
   Внутри нарастает эйфория, я жажду узнать больше, желаю разобраться. Оказавшись на месте, бегом направляюсь в сторону камеры, хочу поскорее увидеть Лектера и задать волнующие меня вопросы. На пол перед камерой сажусь только так, уверенно смотря в темноту, пускай, и не вижу своего собеседника.
— Здравствуйте, Доктор. Наверное, мне стоит извиниться за то, что так врываюсь и беспокою Вас, но, я должна с Вами поговорить, — надеюсь, за такое начало меня не станут карать обличающими словами. Я промокла, продрогла и порезалась о гвоздь и все равно, я здесь. Дрожу больше от волнения, нежели от холода, и все равно.
Скажите, Ники Коста – это анаграмма? Это Вы арендовали склад? – я хочу знать больше. Я верю, что достойна этой информации и это будет очередным шагом, направленным на поимку маньяка. Кратко выдыхаю, когда слышу в ответ тишину и вздрагиваю, когда над ухом свистит ржавый ящик. Смотрю во тьму камеры и после медленно поднимаюсь на ногах, чтобы заглянуть внутрь него. Белоснежное чистое полотенце. Аккуратно достав ткань, вытираю ей волосы, что свисают вниз тонкими мокрыми прядями.
Благодарю, - отзываюсь на добрый жест доктора, подсушить голову не будет лишним, я ценю чужую помощь. И еще я хочу поговорить, - чья голова была в банке?
- Доктор, где Ваши рисунки? – когда свет включается, я больше интересуюсь жизнью заключенного, нежели своим расследованием. И я хочу понять, что случилось, прежде чем мы продолжим диалог.

[nick]Clarissa Starling[/nick][status]Агония. Страх. Боль.[/status][icon]https://i.gifer.com/embedded/download/LgYq.gif[/icon][sign]https://images6.fanpop.com/image/photos/41300000/clarice-the-silence-of-the-lambs-41395669-245-148.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Кларисса Старлинг</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>Боль - это начало</div>[/lz]

Отредактировано Yongsin (2022-07-28 23:21:36)

+1

11

[nick]Hannibal Lecter[/nick][status]вы голодны?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1541/14907.png[/icon][sign]-[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">ганнибал лектер</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>немного художник, психиатр... каннибал</div>[/lz]

перенесенный пост
Прием завершен, присутствие юной девушки еще остается где-то незримо в этих смрадных стенах, навевая мелодию из ароматов столь непривычных в этом месте. Эмоции, да, было в этом что-то поистине восхитительное. Неидеальное, но девственно чистое, вызывающее интерес. Не хотелось бы в чем-то себя расстраивать сейчас, безосновательно возлагая надежды. Впрочем, что еще остается? Студентка с горящими глазами и желанием поймать преступника, занятие довольно увлекательное. Сложно не обратить внимание на ее живой порыв, отличный от многих людей, что довелось встретить, а после — опробовать их корысть на вкус.
Миггс еще долго заливался хохотом собственного превосходства. Обращенный в похоть, в нем не было хоть что-то от человека, даже именуя существо высшего порядка с маленькой буквы. Мне не нужно было видеть, чтобы понимать, как животное купается в собственных выделениях, тем самым сгорая от инстинктов и чудовищной экспрессии. Такому человеку давно здесь не место, расплата давно должна была его настигнуть. Я знаю его дело, причину, по которой он здесь. Знаю, что вызывает в нем прилив неконтролируемого бешенства, теряя остатки того, что в обиходе называют разумом. Но и этот термин тяжело ложится на существо, которое изначально такими качествами не обладает. То, что я сказал ему в итоге, привело к ожидаемому результату. А санитары оказались на этот раз слишком поздно, чтобы помочь бедняге Миггсу не задохнуться в собственной крови от прокусанного в конвульсиях языка.
Это меня удовлетворило. Сколь не пытались люди запереть кого-то более превосходящего их, стены не становятся преградой, а в руках необязательно держать нож, чтобы зарубить жертву. Конечно, послужной список остается малость запятнан таким пополнением, но во благо — сей пункт можно обелить. Легкая и слегка неловкая улыбка касается собственных губ, взгляд опускаю в каменный пол, покуда слышу всю эту суету врачей и их недовольство по поводу происходящего. Много времени не понадобилось, чтобы в дальнейшем выяснить мой почерк — да и камеры хорошо это запечатлели — а затем привнести соответствующее наказание. Забрали рисунки, выставили перед лицом телевизор с вещающим на весь коридор проповедью двадцать четыре на семь. Сколь долго? Хороший вопрос, я думаю, что Чилтон только рад воплотить свою бурную фантазию и отмахиваться благим деянием. Забавно, но... не то, что заставило бы меня судорожно страдать в этих царских покоях. Восемь лет — достаточно большой срок, чтобы привыкнуть к самому извращенному уму. Я умею абстрагироваться и ждать.
Все это действительно приводит к нашей встрече. Осознание приходит в момент нарастающей в ушах тишины, поскольку один из санитаров появился возле и убавил на телевизоре звук. Было уже довольно поздно, но похоже агент Старлинг не из тех, кто боится гулять по темным переулкам. Прежде, чем ее лицо появляется, на секунду закрываю глаза, с благоговением чувствуя умиротворение от отсутствия звуков вокруг. Поднимаюсь, когда девушка оказывается перед лицом, вся растрепанная и мокрая после дождя, который я до этого не слышал из-за телевизионной проповеди. Помимо запаха сырости, в нос ударяет аромат железа. Крови, а источник его довольно скоро нахожу внимательным взглядом сквозь темноту. Это меня расстраивает и одновременно будит аппетит. Как же Кларисса не бережет себя, бросается в такую ужасную погоду, вредит себе. Непозволительно.
Могу лишь передать полотенце, аккуратно сложенное и чистое, чтобы юная особа могла привести себя в порядок. Джентльменский жест, не вслушиваюсь особо внимательно в брошенные наспех фразы, хочу услышать речь, не окутанную яркими впечатлительными эмоциями. Я понял, что она нашла все необходимые кусочки от пазла и пытается сложить сейчас картину. Но слишком рано, сейчас в ее руках недостаточно элементов, однако приятно видеть эту целеустремленность. Слышу благодарность и возвращаюсь на место.
— Это за Миггса. Как и то, что вещает по телевизору проповедник. Когда вы уйдете — они включат на полную громкость, — свет неприятно бил по глазам и потребовалось время, чтобы привыкнуть. Не выгляжу расстроенным, но и открытого интереса тоже не питаю. — У доктора Чилтона довольно извращенные пытки.
Коротко улыбаюсь, а после взглядом цепляюсь за рану. Снова. Мне не нужно слов, чтобы собственным выражением задать вопрос о состоянии. Элемент вежливости. Но уже понимаю, что кровь остановилась. Запах исчезает.
— Почему вы не спросите меня про Буффало Билла?
Возвращаясь к судорожной речи девушки, поднимаюсь с пола и делаю несколько шагов вперед. Пронзительно рассматриваю, после веки немного опускаю, контролируя все мышцы на своем лице.
— Кроуфорд явно старается помочь вам в продвижении по службе. Готов поспорить, вы ему нравитесь, — это была скорее попытка прощупать психологическое состояние девушки, нежели четкий вывод о взаимоотношении начальства и подчиненного. Впрочем, довольно интересен тот факт, что Старлинг позволили зацепиться за мои слова и пойти по следу, который, казалось бы, никакого отношения к делу не имел. Как и сама активность студента в вопросах сложного расследования и участия в нем. Да, если она раскроет это дело, то наверняка заслужит авторитет среди ФБР. Только чем закончится эта история?
Впрочем, наша беседа только начинается.

+1

12

[nick]Clarissa Starling[/nick][status]Агония. Страх. Боль.[/status][icon]https://i.gifer.com/embedded/download/LgYq.gif[/icon][sign]https://images6.fanpop.com/image/photos/41300000/clarice-the-silence-of-the-lambs-41395669-245-148.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Кларисса Старлинг</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>Боль - это начало</div>[/lz]

перенос

  Тишина в этом унылом здании чем-то напоминает липкую сеть паука в темном углу. Липнет неприятно к коже, заставляет замереть в ожидании, когда мерзкое волосатое существо сползет на беззвучную музыку прозрачных струн и вонзит в жертву ядовитое жало. Скрип от ящика, в котором лежит полотенце, услужливо предоставленное доктором, напоминает больше истошный крик паучьей жертвы, но никак не то, чем оно и должно быть. Я едва выдыхаю, приходя в себя. Прекрасно понимаю, что это такт и проявление манер, а я далеко не жертва, чтобы вздрагивать от каждого шороха и звука. Извлекаю полотенце неспешно, что самой неловко от медлительности, которая наверняка смахивает на подозрение, будто мне готовы прищемить пальцы. До крови, до хруста костей, до ампутации суставов. Становится не по себе, как и от гнетущей восприимчивости действительности. Наверное, посещение склада накладывает свои отпечатки.
   Взгляд возвращается к телевизору, по которому мелькают разноцветные картинки без звука. Скорее всего, то, что показывают там, достойно столь спокойного и практически безжизненного тона со стороны Доктора. Уточнять, о чем идет речь в проповедях, у меня нет никакого желания, так как это может вызвать нежелательные эмоции со стороны моего собеседника, да и я не являюсь фанатиком, которого могли бы интересовать подобные темы. Лишь согласно киваю головой, чуть приподнимая брови в знак того, что услышала слова мужчины, после чего полноценно возвращаюсь к причине своего нахождения в больнице.
— Вы неспроста отправили меня на склад. Ники Коста, означает «Останки». Это Вы арендовали это помещение. Для чего? Чья голова в банке, Доктор? И как это связано с Буффало Биллом? – поток моих вопросов не иссякаем. Я хочу понять, что именно пытался мне сказать Ганнибал, открывая свой тайник моему взору. Он повел меня по определенному следу и хотел, чтобы я поняла что-то важное, но что? Ради чего была затеяна эта игра и для чего? Здесь явно есть невидимые нити, дающие представление о происходящих убийствах и похищениях, но какие?
   Голова кругом от попыток догадаться и я очень надеюсь, что Лектер даст мне подсказку, зацепку, намек на верный путь, который я старательно угадываю в потемках. Кратко выдыхаю, досушивая волосы полотенцем, и, тем не менее, не отвожу взгляда от собеседника, силясь понять его, разгадать, услышать скрытые, в очевидных вещах, тайны.
Я не обращаю внимания на подобные вещи, так как они меня не интересуют, — честно отзываюсь на слова Доктора о симпатии Кроуфорда. Я никогда не предавала значения чужой симпатии, когда она могла препятствовать и даже мешать работе, возложенной на мои плечи. В моих мыслях всегда было четкое осознание субординации и желание действовать из чистых побуждений, не испорченных личными отношениями с начальством или с кем-то из коллег. Даже, если Лектер и прав, я бы не стала поддаваться веянию чувств и продолжила бы работу, ясно дав понять человеку, что я не тот вариант, который стоит рассматривать в качестве потенциальных отношений.
Почему Вы спросили это, Доктор? – уже праздное любопытство. Как такое вообще может влиять на ход нашего разговора? Впрочем, я тут же меняю тему, не желая промывать косточки своему руководителю.
- Что Вы знаете о Буффало Билле? Что Вы имели в виду под оперением птенца? – очередная загадка, которую я очень хочу разгадать. Которую, я просто обязана разгадать, пока не случилось страшное и непоправимое.

+1

13

[nick]Hannibal Lecter[/nick][status]вы голодны?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1541/14907.png[/icon][sign]-[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">ганнибал лектер</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>немного художник, психиатр... каннибал</div>[/lz]

перенесенный пост
Глоток воздуха. Удивительно, но разговор походил именно на него. Как элемент своеобразной благодарности за защиту чести и достоинства, пусть агент Старлинг сама этого не до конца понимала. Она, подарившая сейчас крохи тишины, позволяющие сделать небольшую передышку. Была, да, по глазам хорошо заметно, одержима тем, что увидела, сколь немного, но определенно важного открылось и позволило продвинуться дальше. Верная своему делу, без фарса и двуличия, Кроуфорд будто бы знал, кого ко мне послать, хотя я не считал его сколько бы умным и находчивым оперативником. Озвучить и описать это можно было так: умел интуитивно попадать в яблочко. Люди с чистыми помыслами в наше время — редкий драгоценный камень, возможно благодаря им в мире еще есть нечто прекрасное и удивительное. Куда скучнее смотреть на тех, кого система завлекла в свои сети, столь предсказуемых, даже на вкус немного суховатых. Определенным частям тела требовалось хорошенько замариноваться, впрочем, мозг в таких — дивное лакомство.
Любопытство, желание понять первопричины, даже верно сказанные мысли. Экспрессия, мне нравится наблюдать за ней. Это выражаю в снисходительной, пусть и усталой, улыбке. Все-таки многочасовые проповеди немного истощили тело и разум.
— Голова моего бывшего пациента, — немного неохотно начинаю говорить. — Его звали Бенджамин Распейл. Романтические увлечения моего подопечного были... довольно экзотическими.
Вспоминать, на самом деле, не было никакого желания. Вовсе не из-за того, кого выбирал своим объектом воздыхания пациент. Сам случай не самый интересный, даже недостоин был храниться в подкорке памяти, имея малое отношение к Буффало Биллу. Истории чуть более любопытной, раз один человек смог всколыхнуть весь штат, а то, может, и страну. А уж как ФБР металось в поиске преступника — был бы не против взглянуть на это воочию.
— О, нет-нет, убил его не я. Лишь поместил в банку то, что осталось, когда мой пациент пропустил три сеанса... А сейчас скажите, — теперь была моя очередь задавать вопросы. Касаюсь ладонью стекла, мерно выдыхаю, не сразу продолжая обрывистую фразу. Тяну, чтобы девушка могла перевести дух, обратить внимание, зациклиться и сосредоточиться на том, что выскажу сейчас. Контролировать диалог, не завести его в сумбурный шквал вопросов. Кларисса, вы же должны понимать, что за ответы должна быть достойная плата? Впрочем, озвученный вопрос имел иной характер.
— ...что вы почувствовали, когда нашли его?
Прищуриваюсь, окидываю взглядом в желании немного раскрыть бутон цветка, что пытался спрятаться в сумерках. Взглянуть на дивные лепестки, которых касался свет луны. Наверное, сейчас именное такое время за окном. Хотелось бы увидеть его после стольких лет. Как и свет солнца, переливы воды, прекрасную Флоренцию. Зарисовать мгновение не только в холсте, но и в памяти. Также там красиво, как и несколько лет назад? Поменялось ли что-то?
Кажется, несколько забываюсь, когда думаю о мире за стеной. Безудержно скучаю по его просторам — легкая слабость, которую временами себе позволяю, меж тем не выражая это на свое лице.
— Вот как, — следовало ожидать подобного ответа о симпатии начальника к подчиненной. Прикрываю глаза, нет, не пытаюсь представить подобный союз. Скорее, приятно ощутить тяжесть век на глазах, немного расслабить плечи, остановиться в мгновении. — Понятно.
Вопрос оставил без ответа. Мне нужна была лишь реакция, не больше и не меньше. Продолжать обсуждение предпочтений Кроуфорда не было целью как таковой. К тому же, видимо, и агент Старлинг была настолько увлечена еще теплым следом от находки, что могла бы продолжать задавать еще тысячу вопросов без остановки.
Что ж, стоило в таком случае обозначить некоторые границы.
— Я сижу в этой клетке уже восемь лет, Кларисса. Знаю, что до конца своих дней останусь взаперти за все совершенное, — неспешно открываю глаза, внимательно, даже мягко, окидываю взглядом юную девушку, но убираю руку со стекла, вдруг резко разворачиваясь спиной. — Я хочу видеть мир. Вид из окна: на дерево, может на воду — это неважно. Пусть это будет какое-нибудь учреждение, лишь бы подальше от доктора Чилтона. С хорошеньким пейзажем за окном, пропускающим солнечный свет. То, что можно было бы временами зарисовать, как прекрасное природное явление.
Глубокий вдох, попытка представить нечто подобное... а может и вовсе иное... Да, это было бы прекрасно — взглянуть на чистое небо.
— Взамен я дам вам психологический портрет Буффало Билла. Я помогу поймать вам его, Кларисса.
То, что хотелось сейчас услышать, не так ли? Даже поворачиваюсь снова, чтобы взглянуть в лицо девушке, посмотреть на реакцию. Сейчас, услуга за услугу. Да или нет?

+1

14

перенос

[nick]Clarissa Starling[/nick][status]Агония. Страх. Боль.[/status][icon]https://i.gifer.com/embedded/download/LgYq.gif[/icon][sign]https://images6.fanpop.com/image/photos/41300000/clarice-the-silence-of-the-lambs-41395669-245-148.gif[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Кларисса Старлинг</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>the silence of the lambs</fan>Боль - это начало</div>[/lz]

[nick]Clarissa Starling[/nick][status]Агония. Страх. Боль.[/status][icon]https://fwcdn.pl/fph/10/47/1047/406878.2.jpg[/icon][sign]http://images6.fanpop.com/image/photos/41300000/clarice-the-silence-of-the-lambs-41395669-245-148.gif[/sign][case]<a href="ссылка на анкету" class="namel">Кларисса Старлинг, 30</a>  <div class="fandom">The Silence of the Lambs</div> <div class="info">Агент ФБР.</div>[/case]

   Путешествие на склад не было приятным. Я увидела то, что взбудоражило меня. И теперь успокоиться казалось невозможным. Очередная загадка, которую хотелось поскорее разгадать, так как приходило осознание – понимание, что в ней скрываются ответы на некоторые мои вопросы. Ганнибал умел заинтересовать, навести на размышления, дать подсказку, но разгадать их порой не представлялось возможным. Слишком мало вводных, слишком мало зацепок, чтобы составить полную картину. Лишь упоминание об экзотике навевает воспоминание о некоторых деталях.
- Бенджамин Распейл. Он был трансвеститом? – весь его кричащий макияж указывал на данный факт. Но насколько я права? Мне всегда казалось, что Лектер брал самых сложных пациентов, в которых разбираться одно удовольствие. Они напоминали коллекцию дивных работ, что выделяются на общем фоне, имея свою особенную изюминку. Кем был Бенджамин Распейл? Какое отношение он имеет к делу?
   Похоже, лимит вопросов был исчерпан. Я слышала вопрос от мужчины, в котором он желал узнать о моих эмоциях. Плата за ответ должна быть соответствующей, и здесь нельзя лгать. Только не Доктору, который умеет читать человеческие души.
- Страх, а потом эйфорию, - нахмурившись кратко, позволяю себе обдумать ответ. Гамма чувств, захвативших меня, не казалась однозначной. В первую очередь мне было страшно. Не каждый день видишь отделенные конечности человека в банках с формалинном. Не так и не в таком виде. Человек когда-то жил своей жизнью и имел все виды на счастливое будущее, если бы не неизвестный убийца, которого Ганнибал, якобы, не знает. Кажется абсурдным, но что-то в это есть. В истории пациента Доктора. Неоперившийся птенец. Кто он? Что это за маньяк – преступник – человек? И как это поможет мне найти Буффало Билла?
   Мой собеседник любит создать ореол тайны, ореол недосказанности. Он насквозь пропитан загадками и скрытыми мотивами, что влекут к себе. Интригующий случай со своей особенной историей и послесловием, что будоражит рассудок. Мне не так-то просто совладать со своими мыслями, когда он в очередной раз заводит меня в тупик. От его приближения по телу бегут мурашки, и я медленно и неспешно поднимаюсь на ноги, чтобы как-то скрасить разницу в росте. Смотреть снизу вверх не комфортно – ощущение, что тянут вниз, пытаются надавить и показать превосходство. Этого я не могу себе позволить. Я выше всего этого.
   Требования – пожелания Доктора выглядят разумно. Я и сама сошла бы с ума, запри меня кто-то на восемь долгих лет в подобную камеру. Ни света дня, ни мрака ночи, ничего. Только однообразие и давящие на голову стены. Мне бы тоже хотелось выбраться на волю, будь я на месте Лектера. Хотела бы увидеть небо.
- Так Вы знаете его? Кто обезглавил Вашего пациента? – вместо согласия задаю еще несколько вопросов, стягивая со своего плеча белоснежное влажное полотенце. Кратко выдыхаю, прежде чем вновь взглянуть в глаза Ганнибала, утонуть в синеве его глаз. Пытаюсь понять, о чем он думает, что на самом деле испытывается и прячет внутри себя. Не увидев ответы на дне темных зрачков мужчины, согласно киваю головой. Не обещание, скорее, желание помочь.
- Я попробую договориться с Кроуфордом. Попытаюсь что-нибудь сделать для Вас, - я не могу дать обещание, так как нет у меня соответствующих полномочий. В этом всём замешано много влиятельных лиц, я попросту не сумею противостоять их власти и силе решений. Но, если помощь Доктора даст существенную подсказку, как поймать Буффало Билла, думаю, оно того стоит. Надо предпринять попытку договориться. Это важно. Маньяк – убийца не станет ждать, когда нападут на его след. У нас нет времени играть в поддавки.
- Для начала, попрошу Доктора Чилтона вернуть Ваши рисунки, - некий жест доброй воли, попытка вернуть вещи Лектера назад. То, что изначально принадлежало мужчине, не сложно будет выменять у лечащего врача. Уступка должна быть безоговорочной, как некий акт доброй воли – подтверждение, что я готова идти до конца. Даже, если я и не смогу убедить Кроуфорда в целесообразности исполнения требований Лектера, у меня будет возможность импровизировать. На кону стоят жизни, я должна что-то сделать.
- До встречи, мистер Лектер, - мне пора идти.

+1


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » боль, агония, страдания... полюби это