пост недели от Behemoth
Карнавалы в Венеции всегда были превосходны в глазах Бегемота. Он старался их не пропускать, ведь это была особая атмосфера. Читать далее...
Ждем новый выбор Карвера!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Октябрь - время постов!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » Prophecy [ouat]


Prophecy [ouat]

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://30.media.tumblr.com/tumblr_m2ydl6SvoQ1qgwefso1_250.gif http://28.media.tumblr.com/tumblr_m2ydl6SvoQ1qgwefso2_250.gif
http://27.media.tumblr.com/tumblr_m2ydl6SvoQ1qgwefso3_250.gif http://30.media.tumblr.com/tumblr_m2ydl6SvoQ1qgwefso4_250.gif

Prophecy

Когда-то в альтернативной вселенной; Зачарованный Лес

Однажды может случиться чудо, и к тебе возвращается твой сын, которого ты давно отчаялся увидеть где-то, кроме как в мире без магии. Но как счастье для Румпельштильцхена оборачивалось несчастьем, так и чудо может обернуться... погибелью.

Rumplestiltskin & Dark!Baelfire (под маской)

+1

2

[nick]Dark!Baelfire[/nick][icon]https://i.gifer.com/9UyD.gif[/icon][sign]_[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Бэй</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>OUAT</fan> Ждет ли нас будущее впереди?</div>[/lz]

   Отец бросил меня. Это однозначный факт, который ранил моё сердце и душу. Я столько раз думал о том, как возвращаюсь к нему, что иногда мне казалось, что я давно дома и сейчас мне просто снится какой-то кошмарный сон, в котором я один, а папа находится неизвестно где, но при своей любимой магии. Я помню, как он отпустил мою руку, когда я прыгнул в портал, считая, что самый дорогой для меня человек решится отказаться от могущества ради единственного сына. Тот взгляд, который он бросил на меня напоследок – я никогда этого не забуду. Меня бросили с сожалением, но без явного чувства вины, которая заставила бы Румпельштильцхена последовать за своим сыном в последнюю секунду, пока ещё горел портал, в другой мир. Что я чувствовал в тот момент? Я чувствовал пустоту в душе и ощущал на губах плесневелый привкус предательства.
    Я любил папу любым. Когда он был простым человеком и когда превратился в Тёмного мага, желающего могущества, власти, и свободы, которые позволяли бы защищать меня. Мне казалось, что он любит больше первое и не ошибся, наверняка. Ведь, будь это не так, он бы не оставил меня одного! Не позволил бы упасть туда, где мы не сможем быть вместе, так как кто-то остался по другую сторону портала. А потом… потом, жизнь меня потрепала, и я более не мог отыскать ответы на свои вопросы. Моя ненависть к магии возрастала с каждым новым днем, и путешествие в Неверленд лишь укрепляло её. Безумный бессмертный мальчишка, решивший провозгласить себя королем, правящим толпой похищенных мальчишек. На мою душу много свалилось зла и испытаний, я научился выживать в ситуации, которая могла казаться безвыходной. Сам я стал другим, более ожесточенным, рассчитывающим только на себя. Дети в моём возрасте не должны быть такими. Я всего лишь маленький мальчик, зависший в неизвестном мире, где если хочешь свободы – будешь выживать. И все же…прошло слишком много времени, чтобы продолжать верить в сказки.
   А потом мою жизнь озарило голубое сияние, и маленькая фея выпорхнула из неизвестности, одаривая меня красивой доброй улыбкой, которой мне совершенно не хотелось верить. Слегка склонив голову в бок, я присматривался к созданию, будучи готовым, спрятать её в ловушку из света, приготовленную для тени Пэна. Фея представилась, но её имя я не смог запомнить – оно казалось грубым и не подходящим этому маленькому созданию. Собеседница говорила про моего отца, и возвращение домой, и я не верил своим ушам. Я столько раз думал о том, как снова увижу папу и что скажу ему при встрече, что теперь, когда это было возможно, стушевался и не мог найти слов. В конечном итоге, мне пришлось сделать выбор в пользу феи и прыгнуть за ней в портал. Тень Пэна приближалась, и у меня не было возможности поймать её и приучить, дабы покинуть Неверленд. Сражаться с сущностью – это себе дороже. Так я и вернулся в Зачарованный Лес.
   Любая магия имеет цену – это я хорошо запомнил и не сомневался даже, что голубая фея потребует что-то взамен на свою услугу. Она вернула меня домой, где я мог встретиться вновь с отцом, но ради чего? Почему всё так просто и радужно?
- Я знаю, что Вы не делаете ничего просто так, - насупившись, я сжимаю ладони в кулаки и кратко выдыхаю. Тут и выплывает наружу правда – феи пытаются спасти Зачарованный Лес от Проклятья, которое должен создать Румпельштильцхен и я единственный, кто может его остановить. Магия вновь вмешивается в наши отношения и я, тяжело вздохнув, иду навстречу тому, кто когда-то меня бросил. Всё тот же Бэй, разве только, внешне повзрослевший года на два на три, но не больше. Неверленд не позволяет взрослей и стареть, удобно, не правда ли? Даже странно, что сейчас, направляясь в замок Тёмного мага, я не чувствовал ничего. Не боялся ни высоких стен каменного строения, ни пустых коридоров, но, несомненно, волновался, что я скажу отцу, которого было практически не узнать. Весь зеленый, даже зеленее, нежели в день нашей последней встречи, и хоромы, достойные королей.
- Здравствуй, отец, - я выдерживаю паузу, шумно выдыхая, поднимаю голову вверх. На губах появляется горькая улыбка.
- Вот как ты исполняешь свои обещания, - он не искал меня. Он меня бросил. И сидел все это время здесь, в этом пустом и никому не нужном замке. Ради чего?

+1

3

Однажды Румпельштильцхен поклялся, что найдёт сына вопреки всему. Не будет любить больше никого и ничего, разыщет путь, который приведёт его к сыну.
С тех пор утекло немало воды, и обещание не любить Румпельштильцхен не сдержал. Его сердце тосковало по любви, каким бы чудовищем он ни казался снаружи; как бы ни были черны щупальца проклятья, сжавшие его сердце изнутри, отчего оно, казалось, совсем уменьшилось, обуглилось и сохранило только одну алую искру. Не только любви к сыну, но и надежды, да что там – уверенности в том, что однажды они встретятся.
Тёмное Проклятье, которое должна была наложить Реджина, сработало бы в одной из версий будущего – в той, где Румпельштильцхену предстояло отправиться в темницу, чтобы клубящийся, удушливый, подступающий со всех сторон дым застал его именно там. И феи ничего бы не смогли поделать.
Но всё пошло как-то не так. Первой ласточкой того, что Румпельштильцхен свернул не на ту развилку, стала решимость Реджины – ещё не такой Злой, но уже Королевы – найти свою истинную любовь с татуировкой; пришлось Тёмному устроить так, что этот разбойник очутился в неведомой стране, в чужом плену, притом по собственной вине, хотя за ниточки во время спектакля, как обычно, дёргал Румпельштильцхен.
Затем феи проявили необычную для них решимость и попытались напасть, требуя, чтобы Румпельштильцхен отдал им свиток с почти готовым Проклятьем. Неслыханная наглость! Недосчитавшись нескольких подданных, Рул Горм была вынуждена с позором отступить, однако напоследок выплюнула:
- Смотри, Румпельштильцхен, как бы не по пути зла ты не пришёл к собственной погибели! Ни один Тёмный не жил вечно, и ты не будешь!
За это предсказание он едва не подпалил голубой моли подол её сверкающего платьица. Но она благополучно увернулась и улетела, чуть не ослепив его пыльцой со своих стрекозиных крыльев.
- Посмотрим ещё, кого ждёт погибель, дорогуша! – И, проморгавшись, вытирая глаза рукавом, Румпельштильцхен свирепо оскалился.
И вот теперь появилась ещё одна непредвиденная сложность: Белоснежка и её пастух не встретились, а значит, тщательно выстроенный план дал трещину в самом основании. Румпельштильцхен сидел за прялкой и напряжённо обдумывал ситуацию; как устроить, чтобы эти двое не только столкнулись нос к носу, но и между ними проскочила искра? Ведь Белоснежка в любом случае должна была полюбить Дэвида. Не захоти Реджина в конечном итоге накладывать Проклятье – довести до разбитого сердца и полного отчаяния можно было саму Снежку. Без запасного плана Румпельштильцхен всё равно ни за что не брался – он должен был подстелить себе соломки. А тут такое! Хмурясь, Румпельштильцхен скормил прялке очередную порцию соломы и вдруг замер, и рука его, соскользнув с колеса, безвольно упала на колени.
В его владениях кто-то был.
Кто-то, сумевший пройти через магический барьер на крови – Румпельштильцхен поставил его после вторжения фей, чтобы ни одна живая душа больше не тревожила Тёмного без спросу. Но как же…
Сердце его застучало в груди, кровь быстрее запульсировала по жилам. Неужели, неужели, неужели. Румпельштильцхен медленно поднялся от прялки, чувствуя, как бессильно повисли его руки, какими ватными сделались ноги. Неправда, ложь. Иллюзия. Этого не может быть! Но ведь магия крови – она не лжёт.
Румпельштильцхен прикрыл глаза задрожавшими веками, слыша шаги. Под темнотой век расцвела картина: его сын. Белфайр. Идущий навстречу. Как мечталось в самых смелых и самых ярких, будто разрисованных кистью живописца снах.
Выдержать бы только. Его сын, его дорогой мальчик вернулся к нему. И скрипнули отворившиеся двери, впуская Бэя внутрь, а Румпельштильцхен ожил – бросился с протянутыми руками к сыну. Вот уж действительно зеленее, чем был, потому что на щеках его горел счастливый «румянец», который на тёмной коже, покрытой золотистыми чешуйками, отдавал в зелень.
Но первый же взгляд Белфайра заставил отшатнуться, отступить назад, опуская руки. Словно ушат ледяной воды выплеснули на весело горящее пламя.
- Бэй, - Румпельштильцхен судорожно облизал губы и уставился на него отчаянным, просящим взглядом. – Я искал тебя, я… всегда искал тебя! Волшебные бобы, звезда желаний, рубиновые башмачки – всё ускользало от меня, но я не потерял веру в то, что ты найдёшься! Как ты здесь оказался?!
Он всё же шагнул к сыну, готовый обнять и прижать к себе, сомкнуть кольцо надёжных рук вокруг Бэя, никогда не отпускать его. Радость всё ещё цвела, но не так явно, а сдержаннее, прячась, с долей опаски.
- Ты вернулся ко мне. Бэй, теперь всё будет по-другому. Поверь мне! Я изменился. Прости меня, прости, - голос Румпельштильцхена дрожал, а глаза были полны слёз, которых не бывает у настоящих чудовищ. – Пожалуйста. Я исправлю свои ошибки, только останься рядом со мной, ты ведь любил меня когда-то!

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]father[/status][icon]http://s5.uploads.ru/t/4D31d.gif[/icon][sign]You're my happy ending. This is, because it's my redemption. I can be strong, son, if you have faith in me.[/sign]

Отредактировано Mr. Gold (2022-08-12 17:08:27)

+1

4

[nick]Dark!Baelfire[/nick][icon]https://i.gifer.com/9UyD.gif[/icon][sign]_[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Бэй</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>OUAT</fan> Ждет ли нас будущее впереди?</div>[/lz]

   Магия это зло. После того, что мне пришлось пережить, я больше ни на миг не собирался верить в благое дело, которое могло бы спасти весь мир и избавить людей от голода и страшных невзгод. Власть, магия – это всё едино и извращает человеческую душу настолько, что не остается никаких сил двигаться вперед, достигать чего-то светлого и нужного. Вдруг это всё ложь? Вдруг всё светлое служит Тьме, а Тьма насмехается над человеческими стараниями, насыщаясь болью и попытками перебороть свою слабость?  Эти мысли, они не дают покоя, я не понимаю, во что верить. Что, правда, что ложь, а чего не существует. Феи верили, что Румпельштильцхен наложит Проклятье на весь Зачарованный лес, и я не мог им не верить, так как знал отца и понимал масштаб трагедии. Если для него это важно, он не станет никого жалеть, сделает так, как считает нужным.
   А что же замок? Я не был обучен магии, не знал, как всё устроено в новом доме Тёмного мага. Замок был огромным и казался пустым, если не заброшенным. В нём не было жизни, или намека на слуг, которые могли бы встретить при входе и предложить проводить к хозяину замка. Я шел по пустым коридорам, желая найти отца, при этом, страшась, что заблужусь, так и не взглянув ему в глаза. Ведь, я тут лишь ради этого – ради встречи с человеком, который бросил меня совершенно одного, выбрав власть и магию. Как это вообще можно забыть? Предательство болью разбивает сердце и не позволяет раздробленным кускам собраться воедино, оставляя после себя искалеченный жизненно-важный орган в груди.
   Он говорит, а я вижу прежнего Румпельштильцхена, который унижался перед негодяями, когда был лишен магии. Мне было жаль его в такие моменты, я не стыдился своего слабого хромого отца, но боялся, что все его потуги и унижения окажутся напрасными. Никакое видимое одобрение не стоит того, чтобы падать ниц и облизывать чужие пыльные сапоги. А теперь, у меня у самого такое ощущение, будто я тот негодяй. Заставляю человека падать на колени, заискивать, делать постыдные вещи. Кратко выдохнув, опускаю глаза. Стараюсь отогнать от себя это ужасное наваждение, увидеть иные моменты и перестать видеть в папе Тёмного Мага. Раньше, до того, как стать чудовищем, мой отец старался делать всё для меня и для нас. А что сейчас? Он вроде бы обнять хочет, но не позволяет себе сделать решительный шаг. «Неужели магия так и не сделала тебя смелым?»
- Меня принесла сюда Тень, - лгу, рассказывая, по сути, о своем плане – поймать Тень Питера Пэна и прилететь на ней обратно домой. Конечно же, я хотел вернуться в семью Вэнди, где меня приняли как родного, но, и такая версия теперь подойдет. Я хотел вернуться домой, и я вернулся, и уже не важно, где был этот дом.
   Поднимаю взор, полный печали и грусти. Все эти слова. Я их когда-то слышал, внимал им и верил. Каждому слову, что говорит сейчас Румпельштильцхен, я доверялся, как самому себе, пока не выяснил на собственном опыте, что они ничего не стоят. Абсолютно ничего. Не ускользнули от моего пытливого взора и напрашивающиеся слезы в глазах отца. Он будто бы и, правда, испытывал какие-то чувства, в которые мне хотелось верить. Ощущение, что и не было никакой разлуки, что виделись только вчера, а может я и спал вовсе. Да только вот, всё это правда. Горькая и неприятная. Прошел не первый год.
- Да, любил, - согласно киваю головой, и здесь не лукавлю ни разу. Возможно, люблю даже сейчас, спустя столько времени, да только вот, предательство не позволяет всецело довериться и открыться тому, кто бросил меня, почти, как родная мать. Мы были семьей, прекрасной семьей, со своими проблемами и несчастьями, главное, что вместе. И во что превратилось всё это? В остаток былого прошлого? В вестника власти и темной магии? В сожаления? Мне тяжело об этом думать.
- Ты так и будешь стоять, не смея ко мне прикоснуться? – если Румпельштильцхен хотел меня обнять, почему не обнял? Или Тёмным магам запрещено обнимать своих сыновей? А может, все его обещания лживые? Может, не зря феи хотят устранить угрозу всему Зачарованному Лесу? 
   Вопросов много. Мало ответов. Но знаю одно, я не могу уйти, пока не освобожу отца от магии. Раскрываю объятия, показывая, что я готов обнять его. «Чего ты ждешь? Я позволяю». 

+1

5

Тень?! Румпельштильцхен не мог поверить своим ушам.
- Но ведь боб должен был унести тебя в мир без магии! Как ты оказался в Неверленде? – растерянно воскликнул он, не скрывая своих чувств. При сыне Румпельштильцхен, несмотря на свои чешуйки, когти и выпуклые глаза, вновь превратился в человека если не внешне, то внутренне. И всё же тьма всколыхнулась в груди, полезла наружу, заставляя радужки глаз потемнеть, став почти чёрными, а голос – понизиться, стать угрожающим:
- Неужели Рул Горм… неужели голубая моль, будь она проклята, посмела обмануть нас?! Она может дорого за это заплатить…
Но, глядя на хмурого, мрачного Бэя, Румпельштильцхен мгновенно опомнился и обуздал свою злость, как делал и раньше. Сейчас это далось ему гораздо легче – он ведь действительно изменился, не был настолько опьянён своим могуществом, как раньше. Белфайру ещё только предстоит обо всём этом узнать; он перестанет хмуриться, снова взглянет на отца своим ясным любящим взглядом, он же наверняка ещё любил Румпельштильцхена, тот знал это, чувствовал… хотел бы надеяться.
- Давай не будем сейчас говорить о Пэне, - криво улыбнувшись, Румпельштильцхен помахал рукой, словно отгоняя нависшую над ними угрозу. – Он силён и могущественен на своём острове, но… Если б я знал… если б я только мог подумать, чем всё обернётся, я попытался бы вызволить тебя из Неверленда. Сынок, я же всё это время искал пути в другой мир, в обещанный мир без магии! – Румпельштильцхен с ужасом представил себе, что один из этих путей увенчался бы успехом; к примеру, в отрубленной руке Киллиана Джонса и правда оказался бы волшебный боб. Что тогда? Румпельштильцхен очутился бы в мире без магии, и никогда не сумел бы пересечься с сыном, потому что на самом деле тот сидел бы в одной из неверлендских пещер, слушая дудочку Питера Пэна?!
- Судьба благоволит ко мне! – вырвалось у Тёмного. – Я не ценил этого, но… Теперь я вижу, что есть справедливость, и ты вернулся ко мне, - он вгляделся в лицо сына, с робкой, распустившейся в почерневшем сердце надеждой отмечая, что мальчик и не думает отшатываться, бежать или вдруг растворяться во тьме – жестокая, страшная насмешка, но вдруг расстроенное воображение сыграло бы с Румпельштильцхеном шутку, и всё это ему лишь привиделось.
- Я не смел поверить, что ты действительно рядом, - он улыбнулся сквозь слёзы, делая шаг к сыну. – Поверь мне, теперь всё будет иначе, Бэй. Никакие феи нас не разлучат. И ради тебя я постараюсь быть смелее, всё ради тебя, мой дорогой мальчик...
У Румпельштильцхена перехватило дыхание, и, уже не думая о словах, признавая их бессилие, он крепко обнял и прижал к себе того, кого так боялся потерять навсегда. Перед внутренним взором Тёмного уже разворачивались яркие картины новой жизни в замке; можно подарить Бэю всё, что тот захочет, хоть личного дракона, завести слуг, чтобы мальчик не скучал… здесь мысль Румпельштильцхена споткнулась, ибо он вспомнил немую служанку. Ладно, подумал он, необязательно ведь жить здесь! Они могут переехать куда угодно, в том числе и туда, где Тёмного никто не знает, где они могут начать новую жизнь. Главное, что у него наконец-то есть тот, кого можно любить, о ком Румпельштильцхен станет заботиться, искупая свою вину.
- Знаешь, Бэй, - светло и растроганно произнёс он, всё ещё обнимая своего мальчика, - если б не ты, если бы не красная искра в моём сердце, я давно бы умер как человек. Благодаря тебе я жив, благодаря тебе я начал меняться, и сейчас, когда ты рядом, тьмы станет ещё меньше…

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]father[/status][icon]http://s5.uploads.ru/t/4D31d.gif[/icon][sign]You're my happy ending. This is, because it's my redemption. I can be strong, son, if you have faith in me.[/sign]

+1

6

[nick]Dark!Baelfire[/nick][icon]https://i.gifer.com/9UyD.gif[/icon][sign]_[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Бэй</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>OUAT</fan> Ждет ли нас будущее впереди?</div>[/lz]

И снова я вижу Тёмного мага, а не своего отца, когда он слышит про Неверленд. На мгновение я даже хмурюсь, прекрасно понимая, что именно магия и делает отца таким – отравляет его разум, показывает мир таким, каким он не был никогда и не может быть. Выдыхаю кратко, сжимая губы в тонкую линию. Мне не нравится то, что я вижу.
- Голубая фея не обманула нас, папа. Боб перенес меня в мир без магии. Я долгое время попрошайничал на улице города, пытаясь выжить, и потом меня приютила одна хорошая семья, - неспешно рассказываю о своих злоключениях, вспоминая о том, как хорошо семья Дарлингов отнеслась ко мне. Они воспринимали меня как родного сына, как члена семьи, и когда в их дом пришла Тень Питера Пэна, пускай и по незнанию они её позвали, я не смог оставаться в стороне.
- В дом тех людей приходила Тень. Она хотела украсть детей и унести их на остров. Я поймал Тень и улетел с ней в Неверленд, взяв с неё обещание, не трогать моих новых друзей, - мне хотелось бы, чтобы мы поняли с этой сущностью друг друга. Меньше всего я желал, чтобы Вэнди и её братья пострадали из-за незнания и веры в светлую магию, о которой так много говориться в сказках. Они не знали, что за всё придется платить, но от этого они не становились плохими людьми. И мне очень жаль, что пришлось покинуть Дарлингов. Вот так.
   Не говорить о Пэне… попытался бы вызволить меня… Столько слов, в которые возможно верить. Но, отец не пришел за мной, Румпельштильцхен не смог найти способ отыскать своего родного сына за столь долгий срок и это вызывало во мне противоречивые чувства. Печаль и гнев одновременно, будто внутри боролись два волка и я не мог определиться, какого же из них кормить больше и чаще, чтобы подавить столь неприятные чувства. Я хотел, в тайне, в душе, чтобы папа нашел меня и забрал домой, но при этом, я прекрасно знал и понимал, что этого не произойдет. Слишком сильна его любовь к власти и злу. Магия – вся проблема в магии, и я был в этом уверен.
   Хотелось бы мне сказать, что это не судьба благоволит Тёмному Магу, а Рул Горм, считающая благословением смерть этого могущественного существа. И что я исполню её пожелание, если мой настоящий папа не вернется ко мне, отказавшись от тьмы. Но я молчу, прекрасно понимая, что это глупо. Раньше никакие разговоры не помогали Румпельштильцхену услышать меня – понять мои желания быть вполне обычной семьей без проблем и унижений. Мы могли бы уехать, сбежать в другое королевство, где никто бы не знал, что один солдат стал дезертиром, чтобы вернуться к жене и новорожденному сыну. Но этого не произошло и теперь ощущение пустоты не позволяло сделать шаг в какую-либо сторону.
   Но слезы, что я вижу в глазах отца, то, как он говорит и что, как крепко обнимает меня, заставляет вновь засомневаться в собственных мыслях и действиях. Я вновь чувствую и вижу родного папу, которого так беззаветно любил и ждал столько времени, и у самого на глаза наворачиваются слезы. Против собственных мыслей, я обнимаю Румпельштильцхена в ответ. Нет, не его. Своего папу. Чувствую спокойствие и умиротворение, будто и, правда, вернулся в родной дом. Замок огромный, но дом у человека там, где его любимые люди. Теперь я это понял. После приюта у Дарлингов и теперь, когда я вновь рядом с отцом.
- Я скучал, папа, - проговариваю кратко эти слова, выдыхая. Это правда. Я скучал по тому отцу, что хромал и старался сделать нашу жизнь лучше. Не смотря на, слабость, он делал всё, чтобы мне было хорошо, и я ни в чем не нуждался. Да, мне было жаль его, когда ему приходилось унижаться, но при этом, я его любил. Если он ещё жив внутри Тёмного мага, если он ещё живой и говорит правду о свете, то я готов дать ему второй шанс.
   Да, я обещал, что этого не будет. Да, я сказал Голубой Фее, что убью Тёмного мага. Но при этом. Разве, Рул Горм может что-то знать о боли мальчика, потерявшего своего отца? О боли потерянного ребенка, желающего обрести свой дом? Конечно же, нет. Свет и тьма мало заботятся о потерях. Для них обычный человек – это мимолетный полет времени. И я не хочу, обратившись верой в кого-либо, вновь совершить ошибку и потом всю жизнь о ней жалеть. «Не подведи меня, папа. Я очень тебя прошу».
- Я устал, покажешь мне, где я могу поспать? – неважно, где и как. Я и, правда, очень хочу спать.

+1

7

So much to live for, so much to die for
If only my heart had a home*

Я скучал по тебе, папа”.
Эти слова, а самое главное, их искренность, заставили Румпельштильцхена крепче зажмурить веки, из-под которых стекли одна за другой несколько счастливых слезинок. Он не лгал, он действительно положил бы всю свою жизнь на алтарь того, чтобы добраться до Питера Пэна, знай Румпельштильцхен, что его сын во владениях вечного мальчика. Ведь так старался, создавая Проклятье; тщательно сплетал паутину, заманивая в неё невинных и виновных мушек; играл нитями живых марионеток, как самый бессердечный кукловод в мире. И всё ради того, чтобы найти Бэя, искупить свою вину перед ним, чтобы они вновь стали одной семьёй. Вера в то, что сын любит его и ждёт, всё это время поддерживала Румпельштильцхена. Если б он хоть на миг усомнился в этом, черноту в его сердце уже нельзя было бы удержать. Умом Тёмный понимал, как наивны его мечтания – Бэй мог не то что перестать любить папу, но и вовсе того возненавидеть. Но то, что осталось от сердца, от души, живое и полное любви, продолжало верить, надеяться, ждать. И лишь потому было живо. Румпельштильцхен знал, что любовь сильнее всего на свете – истинная, нерассуждающая любовь.
Его сердце вновь вернулось домой. А дом – рядом с теми, кого ты любишь так сильно, что готов весь белый свет за них отдать и не поколебаться на миг.
И ты проклянёшь целый мир?!”
А как ты думаешь?..”
Но теперь уже не понадобится никого проклинать. Доводить до отчаяния. Сводить вместе. Ничего больше не нужно. Наконец, можно отдохнуть от игр, сделок, бесконечного тканья лжи и истины вперемешку, а пахнущая цветочным тленом магия станет применяться лишь тогда, когда без этого не обойтись. Белфайр увидит, что его папа изменился и готов это доказать не словом, но делом.

So much more I wanted to give to the ones who love me
I'm sorry**

- Конечно, тебе нужно отдохнуть, - Румпельштильцхен выпустил сына из объятий, глядя на него всё ещё блестящими от слёз, доверчивыми глазами. И в голову не пришло бы, что сын вернулся не просто так, что мог вынашивать какие-то планы по убийству родного отца, подсказанные всё той же ненавистной Рул Горм. Впрочем, ненависть к ней, равно как и к остальным феям, отступила на задний план, спряталась, как змея в траве, не мешая любви и радости отражаться в каждом слове, жесте и взгляде Румпельштильцхена.
- Может, ты хочешь поесть? А, постой! – Он живо хлопнул себя по лбу. – У меня сейчас ничего нет, только если наколдовать, а ты, наверное, настоящую еду хочешь, как раньше, верно? Давай так: ты отдохнёшь, а я попробую что-нибудь приготовить, - Румпельштильцхен сконфуженно улыбнулся, ведя сына за собой по винтовой лестнице, стуча каблуками туго зашнурованных сапог по пыльным ступенькам. – Здесь на втором этаже есть одна готовая спальня, - Румпельштильцхен взбежал вверх так легко, словно ему было лет восемнадцать, и показал сыну на четвёртую дверь слева. – Ох, Бэй… В большом замке проще управляться магией, но мы с тобой можем найти дом попроще. Я сделаю всё, как ты захочешь, исполню любое твоё желание. Лучше всего, - оживился он, распахивая дверь и щелчком пальцев приоткрывая шторы на окне спальни, от волнения не обратив внимания на то, что только что применил ту самую пресловутую магию, - сначала отправиться в путешествие, в другой мир, где моя внешность никого пугать не станет, и о нас никто ещё не знает, бояться не будет… Мы начнём с нового листа! – провозгласил Румпельштильцхен, поворачиваясь к сыну. Вид у Тёмного был одновременно довольный и заискивающий, словно он заранее за всё извинялся перед Белфайром и искал одобрения мальчика.

*, **Nightwish – Dead Boy's Poem

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]father[/status][icon]http://s5.uploads.ru/t/4D31d.gif[/icon][sign]You're my happy ending. This is, because it's my redemption. I can be strong, son, if you have faith in me.[/sign]

+2

8

[nick]Dark!Baelfire[/nick][icon]https://i.gifer.com/9UyD.gif[/icon][sign]_[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Бэй</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>OUAT</fan> Ждет ли нас будущее впереди?</div>[/lz]

   Видеть слезы, бегущие по щекам отца – это сродни сказке, которая не была написана до конца. Даже до своего исчезновения я не видел, как Румпельштильцхен плакал, а тут, я вижу это видение воочию и не могу поверить, что он и правда плачет. Мой папа проливает слезы, и я едва держусь, чтобы не заплакать в ответ. «Неужели он и правда ждал меня?» И я верю, что это, правда, что меня искали и хотели вернуть, и в моем сердце еще меньше остается веры в слова Рул Горм и в нашу договоренность. Злой человек не умеет плакать, Тёмный маг не может лить слёзы по вернувшемуся сыну, я не верю, что Румпельштильцхену нельзя дать шанс.
- Я буду рад поесть с тобой то, что ты приготовишь, - согласно киваю головой, улыбаюсь. Это получается искреннее, я вспоминаю, как отец готовил тушеные овощи с помидорами в котле. Да, не хватало мясо, но оно и не требовалось, потому что, нам вместе было хорошо, и никто не мешал коротать нам время уютным спокойным вечером возле камина. Если получится посидеть так же, вместе, я буду только рад. Мне этого не хватало. Так долго не хватало, что не верится в происходящее совершенно. Хочу увидеть своими глазами, погреться возле камина и поесть все те же овощи, тушеные на огне. А там, и не важно, даже, что приготовит отец. Лишь бы своими руками и без магии. Не думаю, что это будет для него сложно. Раньше ведь он готовил, хоть как-то.
- Этот замок такой большой, - с сомнением проговариваю эти слова и понимаю, что мне крайне некомфортно в этом месте. Высочайшие потолки, толстые безжизненные стены, ходящее по пространству эхо ветра и отсутствие людей. Пустое строение без жизни.
- Ты живешь здесь один? – я бы так не смог. Это место давит на меня, нагнетает обстановку, не позволяет спокойно выдохнуть. Возникает чувство, что стоит мне остаться одному в комнате и вновь начнутся кошмары, как в Неверленде. Но я постараюсь держаться, постараюсь не бояться происходящего в замке.
- Здесь есть призраки? – в книжках всегда писали, что в замках живут призраки, которые гремят цепями и воют. Я очень надеюсь, что здесь таких, нет, и они не станут меня пугать. Не сейчас, когда я наконец-то нашел отца и могу провести с ним время. Но, даже, если здесь и не бродят духи умерших людей, я не хочу жить в этом огромном замке.
- Мне бы хотелось жить с тобой в небольшой доме, как раньше, - мне не нужны ни богатства, ни убранство, ни наличие множество комнат. Достаточно будет и одной. В которой, мы будем счастливы, и сможем восполнить потерянное время. Вот чего я хочу. А не злата и славы, о котором грезит большинство людей. Это не сможет принести радости, никакой.   
   Убранство комнаты поражает воображение, навевая мысли о сказках, которые могли бы помочь адаптироваться в новой для меня обстановке. Такой подход часто помогал справиться с проблемами, и я даже почувствовал мимолетную радость.
- Правда? Ты согласен сделать это ради меня? - услышав предложение Румпельштильцхена, я встрепенулся. В моей памяти всё ещё горели ярком заревом воспоминания о том, как отец бросил меня в портал, как он отпустил мою руку, трусливо, оглядываясь. Это ранило меня в самое сердце. Мне было больно, этот момент часто снился мне в кошмарах. Я чувствовал себя потерянным и никому не нужным. И теперь, я вспомнил это. Ощутил вновь укол боли и обиды и не мог поверить в заверения Тёмного мага, что он готов бросить свой огромный замок, этот мир и отправиться со мной в другое место, в маленький домик, где мы будем жить долго и счастливо.
   Сомнения велики, они могут уничтожить само сердце саму душу, оставить на душе шрам, бросить в объятия потерянного времени и закрыть глаза на всё самое лучшее и доброе. И все же, есть надежда на то, что мы выберемся из этой страшной ямы, я хочу в это верить.
- Было бы здорово, - не говорю о том, что не совсем верю в подобные обещания, пока они не исполнены. Жизнь научила – украла светлую веру во всё, о чем говорят люди в пылу благодушия и воодушевления. Пока не получишь желаемое, не стоит и надеяться на лучший для себя исход. Так меньше разочаруешься и практически не ощутишь боли. Если быть готовым к подвоху, то тебя не обвести вокруг пальца и не поставить в тупик.

+1

9

- Да, я живу здесь один, - Румпельштильцхен чуть грустно улыбнулся, вспоминая, как он дважды упустил возможность обзавестись личным счастьем. Слишком был уязвлён в первом случае и напуган во втором. – Не бойся, сынок, никаких призраков здесь нет, - он скользнул взглядом по комнате, словно проверяя, хоть и так прекрасно знал, что призракам тут не место. Перед его тьмой в страхе бежали даже они. – Ты можешь поспать и спуститься вниз, когда захочешь, или позвать меня. Я услышу и приду. Я теперь всегда тебя услышу, - Румпельштильцхен коснулся плеча вновь обретённого сына, ободряюще улыбнулся тому, как бывало раньше. – И конечно, если тебе понравилась моя мысль, мы уйдём отсюда завтра же. Соберёмся, я открою портал или попрошу своего старого знакомого Джефферсона, у него есть волшебная шляпа. Выберем наугад любую дверь и шагнём в новый мир. Я готов бросить всё ради тебя, теперь я не испугаюсь. Вот увидишь. А пока отдыхай, мальчик мой, - Румпельштильцхен ещё раз крепко обнял сына, повернулся и вышел из комнаты. Спускаясь по лестнице, он озабоченно размышлял, что хоть и сумеет без магии приготовить еду, но вот отправиться за продуктами на городской рынок придётся магическим образом, и никак иначе.
Румпельштильцхен давно этого не делал. Народ в страхе разбегался от него, как только видел, а спектакль при каждой покупке хлеба или мяса Тёмному очень быстро надоел. Поэтому он перешёл на волшебную еду.
Но Бэй хотел, чтобы всё снова стало, как прежде, а Румпельштильцхен был твёрдо намерен оправдать чудо, случившееся с ним, и постараться больше не разочаровать сына. Бэй вернулся и всё ещё любил папу, и такой подарок судьбы, как прощение сына в будущем, надо заслужить.
Румпельштильцхен вернулся домой спустя полчаса, и ещё полчаса у него ушло на то, чтобы почистить заросшую грязью кухню магией, и поиск необходимой утвари, которую, к счастью, не пришлось наколдовывать. Бэй любил тушёные овощи, но теперь Румпельштильцхен добавил к ним мясо. Ещё он сварил тыкву, и под конец пожарил одну большую яичницу и разделил её на две части. Не то чтобы всё это вышло достойным ужина королей, но вряд ли хуже, чем то, что готовил бедный прядильщик много лет тому назад.
Управившись со всем, Румпельштильцхен накрывал стол уже с помощью магии. Его руки сами тянулись к привычному; вместо готовки тоже очень хотелось эффектно щёлкнуть пальцами и всё сотворить из воздуха. Но Румпельштильцхен сдерживал себя, напоминая, что, если Бэй распознает подмену, он усомнится и в остальных обещаниях отца.
Румпельштильцхен очень хотел, чтобы сын начал снова верить ему. Чтобы посмотрел без этой затаённой горечи на дне ясных карих глаз. Чтобы растаял осадок предательства, и воспоминания о зелёном портале и Неверленде стали просто как кошмарный сон, что больше не вернётся…
А для всего этого следовало начинать с малого. Не колдовать на глазах у сына, или делать это поменьше. Не причинять никому вреда. И никогда больше не обманывать и не предавать Бэя. Неужели это так тяжело, когда твоё сердце полно любви? Вероятно, нет. Даже если это сердце черно, как оникс...

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]father[/status][icon]http://s5.uploads.ru/t/4D31d.gif[/icon][sign]You're my happy ending. This is, because it's my redemption. I can be strong, son, if you have faith in me.[/sign]

+1

10

[nick]Dark!Baelfire[/nick][icon]https://i.gifer.com/9UyD.gif[/icon][sign]_[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Бэй</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>OUAT</fan> Ждет ли нас будущее впереди?</div>[/lz]

С губ срывается вздох облегчения, и все же, мне становится не по себе, так как внутренних призраков никто не отменял. Я столько всего пережил, по меркам маленького мальчика, что становится страшно при одном лишь воспоминании и былых испытаниях. Эта комната огромна и пуста, и мне было бы многим комфортнее, будь рядом отец, но… язык не поворачивается признаться, что спать в одиночестве и во тьме является худшим моим кошмаром.
- Ты сможешь оставить горящим светильник? – тогда тень Питера Пэна меня точно не настигнет и не утащит обратно в Неверленд, где детство продолжается вечно и мальчик, играющий на флейте, чарует своих маленьких вассалов. Я не хотел повторения тех ужасов, что я видел на острове, не желал вспоминать о боли, что пронзала моё сердце, когда я понимал, что остался совершенно один и мне придется самому искать путь своего спасения. И вот, теперь, когда рядом со мной папа, родной человек, я просто боюсь, что погрязну в собственных кошмарах безвозвратно. Мне должно быть страшно рядом с ним, но я боюсь того, к чему дотронуться сейчас не в силах. И это по-настоящему страшно – проще бороться с видимым врагом.
- Хорошо, папа, - согласно киваю головой, снимая с себя верхнюю одежду, которую оставляю на стуле. Подхожу к кровати и сажусь на неё, ощущая непривычную мягкость под собой.
- Я действительно этого хочу, - хочу забыть о том, как Румпельштильцхен бросил меня, отпустив мою руку, когда я оказался без него в мире, без магии. Хочу забыть об острове с мальчиками – потеряшками и семье Вэнди Дарлинг с братьями, с которыми я не смог остаться и прожить долгую счастливую жизнь в любви из-за Питера Пэна. Хочу забыть боль и утрату от предательства родного, единственного человека. Хочу забыть. И для этого нам нужно покинуть этот мир и отправиться в другое место, где мы сможем жить как раньше. Я хочу в это верить. Это не только проверка на правдивость Темного, но и истинное желание простого маленького мальчика с взглядом, полным горечи и неверия в слова собственного отца.
- Спасибо, - я обнимаю в ответ папу и ложусь спать, чувствуя, как веки тяжелым саваном закрываются, и я падаю в бессознательный сон, лишенный подробностей, радостей и кошмаров. Слишком устал, карауля ночью Тень Питера Пэна, а теперь, когда я смог наконец-то сомкнуть глаза, уже не мог ни о чем думать.
   Сон прекратился столь же внезапно, как и наступил. Я подпрыгнул на кровати, страшась увидеть свой страшный кошмар и лишь через несколько минут осознал, где я нахожусь и почему. Неуверенно одевшись, я по памяти спустился вниз по лестнице, всё ещё пытаясь осознать действительность. Надежда, что Румпельштильцхен не обманул меня, и готов уйти со мной в другой мир, тихим огоньком тлела внутри. Выдохнув, я сглотнул ком в горле и вошел в огромный зал, откуда пахло очень вкусно едой.
- Привет, пап, - поздоровавшись с Тёмным магом, я кратко зевнул и прошел к столу, делая глубокий вдох. Аромат блюда туманил рассудок и заставил живот истошно заурчать, будто в нём поселилась стая касаток.
- Пахнет очень вкусно, - улыбаюсь во весь рот, усаживаясь на стул, - но немного иначе, нежели раньше.
   Вкуснее, насыщеннее, сытнее. Аж слюнки потекли, и захотелось тут же поесть. Я ведь не ел двое суток, не смел, отвлекаться, так как Тень Питера Пэна могла появиться в любой момент.
- Ты ведь поешь со мной? – впервые за столько лет. Было бы не плохо.

+1

11

- Ты отдохнул, сынок? – Румпельштильцхен уже собирался пойти и деликатно разбудить Бэя, когда он спустился сам. Сильно отдохнувшим и посвежевшим сын не казался, и Румпельштильцхен украдкой решил про себя, что будет избавлять его от кошмаров, пока тот спит. Ведь Бэй был в Неверленде – людьми и богами забытой жуткой стране, где правил бал Питер Пэн, где кошмары были самым обыденным делом. Конечно, сын ни за что не захочет, чтобы ему помогали ненавистным волшебством; пройдёт время, прежде чем Бэй заново свыкнется с отцом и позволит ему колдовать, как привык Румпельштильцхен – золотая пряжа, зелья, артефакты, магические книги, - просто не причиняя вреда никому. Румпельштильцхен был уверен, что сумеет сдержать тьму.
- Да, конечно, поем с тобой, я ведь и для себя приготовил, - рассмеявшись не пронзительным полубезумным смехом, как сейчас, а тем, прежним, почти человеческим, Румпельштильцхен придвинул к себе одну тарелку, к Бэю – другую. Ложки и вилки были непривычные для мальчика – серебряные, как в домах у господ, а не деревянные, как раньше. Впрочем, Румпельштильцхен давно жил именно как богатый господин и при желании мог бы взять себе титул, а то и надеть на голову корону, но вся эта мишура его никогда не интересовала. Он хотел только вернуть сына и иметь достаточно магии для того, чтобы защитить его и себя. Вот счастливый конец, и Румпельштильцхен старался думать о нём, а не о расплате, которая должна была когда-нибудь постигнуть его за всё.
- Я подумал о том, как мы будем выбирать миры, - проговорил он после двух ломтей тыквы и двух кусков чуть остывшей яичницы. – Есть у меня в библиотеке целая карта – я когда-то сам её составил для удобства. Я ведь где только ни путешествовал… пока искал средства тебя найти, - Румпельштильцхен невесело улыбнулся, разглядывая тускло блестящую вилку. – Огромная карта, целый стол занимает. В центре – наш мир, а от него, как звёздные лучи, расходятся все остальные миры. Дано название каждого мира и очень коротенькое его описание, а подробнее можно прочитать в книгах, которые я собрал за все эти годы.
Румпельштильцхен на время умолк, почти машинально отправляя в рот еду и не замечая её вкуса. Он вспоминал, мог ли среди этих миров затесаться какой-то опасный, куда нельзя даже ногой ступать; забудь такое – и потом Бэй выберет этот мир, а если откажешься, заподозрит опять в трусости или коварстве. Нет, вроде ничего опасного не было, и, перебрав в памяти по очереди все тамошние миры, Румпельштильцхен оживлённо продолжал, то и дело поглядывая на сына, не забывая искать его одобрения:
- Ты можешь выбрать сам, что тебе больше по душе, Бэй. Да, в большинстве этих миров побывал я или мои знакомые, но если меня там кто-то и запомнил, то лишь пара-тройка человек, с которыми я заключал сделку. Здесь же, в Зачарованном Лесу, нам с тобой покоя не будет. Люди сами приходят ко мне, искушая мою тьму, не зная, что у магии есть цена. И, что хуже, не желая этого знать, - Румпельштильцхен говорил совершенно серьёзно – ему опостылел этот мирок, и в конце концов, он охотно собирался обречь его на Проклятье. Но миру повезло – Тёмный уйдёт из него сам.
- Можно заняться всем этим в любое время. Пока ты будешь выбирать миры, я приготовлю нас к путешествию, - Румпельштильцхен скользнул взглядом по непритязательной одежде сына, - думаю, нам обоим нужно будет переодеться. Я, в свою очередь, выгляжу слишком вычурно, - он смущённо ухмыльнулся, указывая на своё целиком кожаное, кроме шёлковой рубашки, одеяние. Как бес, Тёмный, искуситель сказочного мира Румпельштильцхен выглядел эффектно, но те времена должны были кануть в прошлое.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]father[/status][icon]http://s5.uploads.ru/t/4D31d.gif[/icon][sign]You're my happy ending. This is, because it's my redemption. I can be strong, son, if you have faith in me.[/sign]

+1


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » Prophecy [ouat]