пост недели от HENRY MILLS
Это, кажется, будет просто нереально. Он просто молчал, боясь на данный момент, сказать хоть слово. Читать далее...
А Карвер голодный холостяк!!!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Когда пишешь заявки, не забывай о ламах!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » Time to pay


Time to pay

Сообщений 91 страница 120 из 124

91

Прикрывая рукой лежащее на столе тельце, доктор нехотя взглянул на мага.
— Предлагаете мне просто воду? Так я и поверил вам, — взяв кружку из чешуйчатых пальцев, он выпил всё до дна. Похоже на воду, на вкус как вода, но вряд ли бы Румпельштильцхен так расщедрился.
Ещё одна странность, ускользнувшая от задумавшегося доктора, это не озвученный эффект чертового зелья.
— Постойте. Что оно делает? — вопрос повис в комнате без ответа, потому что Румпельштильцхен испарился по своим делам. Прекрасно. Облизав край кружки, доктор отставил её подальше. Всё его внимание было обращено на едва живого человечка. Укол не помог, и в чувство здоровяк вряд ли придёт. Наступал скорбный момент, не любимый всеми медиками: констатация факта смерти.
— Хорошо, Джон, вы молодец. Слушайте мой голос и засыпайте спокойно. Понимаю, вам страшно. Вы бы ещё многое хотели успеть, но, послушайте, никто из нас не знает, за каким поворотом подстерегает опасность. Вы прожили свою жизнь, запомнились хотя бы мне, так что отдыхайте. Страшно будет недолго, вы просто уснете и проснётесь в лучшем месте.
Возымели ли слова доктора эффект, или время подошло - маленькое тельце расслабленно вытянулось, испуская последний выдох. Здоровяк умер на обычном письменном столе, на блокноте, даже не в постели. Подобная участь ожидает и доктора? Он со слезами на глазах провожал в последний путь погибшего незнакомца. Хорошо что маг не видит, а то посмеялся бы. Румпельштильцхену лишь бы смеяться, будто он ни на что другое не способен. С тягостными мыслями доктор захлопнул чемоданчик и, утерев глаза рукавом халата, принялся остервенело чистить руки волшебной тряпкой. Он же выхолощенный маньяк, помешанный на чистоте. Всё должно быть убрано, мельчайшие следы начатой и не завершенной работы, даже если на руках нет крови.
Ему было паршиво и тяжело. Волшебная тряпка не способна стереть мысли, она не может заставить исчезнуть воспоминания о чужой жизни. У доктора на руках только что умер пациент и он ответственен за его гибель. Если бы не подвез тогда из города двух взбешенных горожан, если бы не поддался гневу на мага, этот человек был бы жив, не важно, преступник он или праведник.
— Простите, — прощения мало, катастрофически мало, но большего Вейл дать не может. Не сейчас, не в подвале, не в запертой на увесистый замок клетке.
На глазах вновь появляются слезы, они жгут веки, сжимают горло. Доктор не знает куда деть себя и садится на пол возле постели, горестно сжимая ладонями голову. Смерть за ним идёт по пятам, наказывая за ошибки, отнимая то, что дорого. И не отстанет, пока не насытится. За что. За что всё это? За мучения пучеглазой ящерицы? Нет. Румпельштильцхен здесь точно не невинная жертва, он маг и душегуб. Не из-за него доктору приходится испытывать душевные терзания. Не из-за него, а..
В клетке послышался какой-то звук. Доктор замер, напрягая слух. Предательские слезы самовольно текли из глаз, увлажняя халат и брюки. Неужели Румпельштильцхен вернулся? Слишком скоро. Он не должен видеть, не должен знать.
— Это вы? — слегка дрожащим голосом окликнул его Вейл, так же закрывая голову ладонями. — Вы слишком рано, я не закончил. Убирайтесь прочь. Вы можете дать мне спокойно завершить работу? Вечно смеющийся чешуйчатый урод. Человек умер! Там, на столе. Он лежит, и.. Я не могу себе этого простить. Вы знали, что так будет. Знали, что это последняя капля, чтобы..

+1

92

«Вечно смеющийся чешуйчатый урод» тем временем делал отчаянные усилия, чтобы освободиться из железных объятий им же возведённых прутьев. Рыдания доктора мало тронули Румпельштильцхена, как и смерть так называемого Джона. Плевать на них обоих! Маг считал, что заслуженно воздал негодяю, и неважно, был он сам при этом светлым героем или нет. Порой грязные, но очень нужные дела приходится делать злодеям, чтобы всякие там герои или врачи в белых плащах, простите, халатах вроде доктора Франкенштейна не пачкали ручки.
Ёрзая и чувствуя, как металл давит на него, Румпельштильцхен зло подумал, как он ненавидит этих лицемеров. Он сам был для Виктора всего лишь материалом для опытов, и если того ничуть не трогало, что грабитель – это грабитель, какого чёрта он осудил Тёмного? Или отмеривал человечность по весам? Как любопытно. Ох нет, не любопытно, вырваться бы из плена треклятой решётки! Румпельштильцхена так зажало, что прут буквально впивался ему в грудь и живот. Да и снизу было, мягко говоря, не слишком приятно. А кроме того, Тёмный вспомнил, что зелье ведь действует не дольше пятнадцати минут, и нужно пить новое как можно раньше, чтобы сделаться максимально незаметным. Вон уже голос его начал слышаться, а что делать, когда до Вейла донесётся дыхание и возня между прутьев?..
Румпельштильцхен поднял руку с зельем и попытался как мог бесшумно открыть пробку. Пальцы дрожали от слабости после всех усилий, и склянка чуть не рухнула на пол. Пробка отскочила с шумом, который показался Румпельштильцхену громом небес. Он судорожным движением поднёс бутылочку ко рту и попытался залить туда хоть пару капель зелья, чтобы смочить пересохшие губы. Увы, запрокинуть сейчас голову Румпельштильцхен не мог. После двух или трёх попыток немного зелья пролилось в рот, но куда больше на жилет. Следов, конечно, эта дрянь не оставит – она была прозрачной, - но всё равно, зелья в итоге оставалось совсем немного. На один раз, не больше. А до тех пор магия должна вернуться и…
Бутылочка выскользнула из дрогнувших пальцев мага и полетела вниз. Она разбивалась, кажется, целую вечность, и брызги зелья должны были попасть на зашнурованный, блестящий, словно только что вычищенный сапог Румпельштильцхена. Но не суть. Чёрт с ними, с брызгами. Самое главное, что эта склянка, будь она четыреста раз неладна, перестала быть невидимой. И незаметной. И неслышной. И теперь её осколки лежали на полу, а чтобы подойти ближе и взглянуть на них, Франкенштейн подойдёт к…
Еле дыша, отчаянным усилием пытаясь просунуться за пределы клетки, Румпельштильцхен притянул левую руку с фляжкой как можно ближе к себе. И замер, прикрыв глаза тяжёлыми веками и не зная, кому молиться, чтобы уберегли от нового позора, унижения, страхов и самое главное – мучений. Потому что первые три пункта он пережить мог и переживал уже неоднократно в своей жизни. А из четвёртого, памятуя о чемоданчике Виктора и пресловутом «без одежды и без кожи», мог и не выкарабкаться до нового возвращения магии.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

Отредактировано Mr. Gold (2022-09-19 22:52:33)

+1

93

Прекратив истерику, а иначе выкрики в пустоту было не назвать, доктор умолк. Румпельштильцхена здесь нет, ему показалось, и до мага не дошли его слова о смерти человека, о чешуйчатом уроде. Не то чтобы Вейлу было стыдно, вовсе нет. Обозвать кого-то - не убить его, не изувечить. Разные вещи. Капля успокоительного для впавшей в буйство совести.
Минуты шли, доктор сидел на месте, то и дело поглядывая на стол, где остались тело несчастного да его чемоданчик. Румпельштильцхен ждёт от него экспериментов, жаждет вытаращить свои глаза на растерзанное тельце, иначе решит, что доктор проявил неуместное милосердие, не став тревожить тело мёртвого после смерти. Как поступить? Вейлу.. Франкенштейну, всем сразу, не хотелось мучить страдальца. Умер и умер, ни к чему глумиться над мёртвым.
Так в тяжких раздумьях прошло ещё несколько минут, пока доктор не услышал звон стекла. Посторонний звук взрезал визжащим лезвием тишину, врываясь прямо в мозг. Доктор медленно приподнялся с пола, бросая взгляд на стол: чемоданчик на месте, пустая ампула тоже в нем, она не могла упасть и разбиться (во-первых, она из прочного стекла, во-вторых Вейл бы не допустил бардака на рабочем месте), тело Джона неподвижно. По бледному лицу прошлись холодные мурашки, задержались мёртвой хваткой страха на горле и ушли внутрь, к сердцу, вить там паучье гнездо.
Откуда, черт возьми, здесь могла взяться склянка? Доктор опасливо повернул голову к решетчатой двери, запертой на замок. Из клетки нет выхода, даже пытаться искать его не стоит. Маг постарался сделать для своего хомяка прочную клетку.. прочную. Вейл скосил глаза на помятый ударом его кулака прут. В тот раз, когда было зелье с эффектом нечеловеческой силы, решетка погнулась и маг не исправил это. Зачем, если простой силы человека не хватит на порчу прутьев. Нет, это не то. Звук шёл от двери, а не от погнутой решётки.
Осторожно, крошечными шажками, Виктор подобрался к запертой двери и присел возле неё, приглядываясь к полу. Действительно. Там, по другую сторону от решетчатой двери, искрились осколки, их было видно, потому что они влажные.
Это останки пузырька с зельем?
Вейлу стало страшно, он был прав. Прав. Румпельштильцхен был здесь. Приходил незаметно понаблюдать и склянку свою бросил, чтобы напугать пленника, мол, давай, потроши несчастного погибшего, я вижу всё, что ты делаешь, или не делаешь. Доктор представил его смех, этот звонкий, отскакивающий от стен звук и в ужасе прикусил палец, боясь издать какой-то звук. Медленно поднявшись на ноги, он обречённо вернулся к столу, с жалостью глядя на тельце Джона. Выход только один.
Волшебный горшок в углу, доктор вспомнил о нем только что. Подойдя к компактному туалету, он откинул халат себе за спину и расстегнул ремень на брюках. Можно было обойтись без этого, но лучше потянуть время. Никаких звуков, всё тихо. Мага здесь точно нет, он напугал, пригрозил и ушёл. Доктор с некоторым облегчением расстегнул и молнию. Нужду он справил быстро и, пока волшебный горшок не успел произвести очистку, схватил со стола бедного Джона и швырнул туда же.
Нет тела, нет дела.
Совесть зашевелилась так сильно, что Вейл заскулил, горестно глядя на девственно чистый горшок. У несчастного человека даже могилы нет, он канул в лету, смытый в буквальном смысле в унитаз.
Когда явится Румпельштильцхен, он спросит, наверняка спросит, где здоровяк. Забыв про тряпку для рук, доктор обтер ладони об одежду и молнией метнулся к двери, собираясь достать осколки. Каково же было его удивление, когда прижаться плечом и лицом к решётке не получилось: между доктором и дверью что-то мешалось, что-то.. Что теплом коснулось его лица, через краткий миг обретая очертания чьей-то ноги в кожаной штанине.
Вейл застыл как истукан, боясь шевелиться. Румпельштильцхен здесь. Прямо здесь. В его клетке.

+1

94

Кто бы сомневался, что Вейл начнёт настороженно поглядывать в сторону разбившейся склянки! Когда он подошёл, Румпельштильцхен вновь обречённо закрыл глаза, ожидая прикосновения. Его обнаружат. Вот сейчас его обнаружат. А затем чемоданчик с инструментами подаст Франкенштейну пару идей, и резать беспомощное тело, которое застряло посреди прутьев и даже сопротивляться не сумеет, нетрудно. По вискам Румпельштильцхена сбежали струйки холодного пота.
Но время бежало, а доктор его не видел. Скосив глаза, Тёмный, к своему удивлению, заметил, что тот пристроился к горшку справить нужду. Стиснув зубы, Румпельштильцхен слушал то, что ему совершенно не хотелось слушать, тревожно думая, когда ему самому захочется в туалет и что с этим делать, чёрт побери! Тем временем Франкенштейн закончил своё дело и… швырнул в горшок безжизненный трупик “Джона”. Да, бесславный конец и не менее бесславное упокоение! Скулёж Вейла был поистине вишенкой на этом весьма невкусном торте, да ещё и скисшей… вишенкой. Истерический смех распирал мага, рвался наружу. Из последних сил Румпельштильцхен сдерживал его. Изнемогая, он попытался – опять без результата – вылезти из клетки.
А доктор решил достать осколки. Румпельштильцхен знал, что так или иначе Вейл дотронется до него, и всё же, когда это произошло, медлил ровно три секунды, прежде чем дико, визгливо захохотать, давая волю накопившемуся нервному напряжению. Изумлённая хомячья физиономия смотрелась так забавно, что Румпельштильцхен аж подвывал от смеха. У него выступили слёзы на глазах, и он вытер их свободной рукой.
- До… дорогуша, - простонал маг, чувствуя, что его и без того сдавленное прутьями тело скоро заболит от безудержного веселья-невеселья. – Видишь ли… я не очень удачно переместился. Вынь меня, если тебя не затруднит, - сейчас, когда тайна была раскрыта, Румпельштильцхен вовсю бравировал, притворяясь, что с ним всё в порядке. Его несло на крыльях вдохновения:
- Я бы сам… но чёртовы прутья, они ведь тоже магические! Чересчур хорошо заколдовал их, и вот результат. Только аккуратнее вынимайте меня, Виктор, - Румпельштильцхен изобразил зловещий тон, - а то мало ли, вдруг я рассержусь. И тогда зелья окажутся не такими лёгкими и приятными, как раньше! Признаться, пока они все у меня закончились. Придётся варить новые. В ваших же интересах, доктор Франкенштейн, устроить так, чтобы эти новые зелья не оказались опасными!
Что он будет делать, если выяснится, что у него снова исчезла магия, Румпельштильцхен себе не представлял. Будь у него сейчас в запасе хоть ещё одно зелье, можно было бы потянуть время. Тёмный судорожно пытался сообразить, как отвлечь Вейла от неизбежной догадки о том, что его мучитель потерял силы. Но хотя бы пусть доктор вытащит Румпельштильцхена из прутьев, а там, может быть, удастся стащить со стола скальпель и оказать отчаянное сопротивление.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+2

95

Обомлевший, Вейл сидел на полу, и слушал как заливисто хохочет застрявший в решётке Румпельштильцхен. Доктор и сам бы посмеялся, да не до смеха. Страшно представить, что на уме у чёртовой ящерицы и не засадил ли себя маг между прутьев специально, спланировав изощренное испытание.
— Вы.. Видели, — он тихо, бледными губами, молвил про Джона. Видел, Румпельштильцхен видел, куда Вейл дел тело, а перед этим.. кхм.. Слышал, всё что пленник делал. Совсем паршиво стало на душе и мерзко. Маг будто присутствовал в туалете, следил за движениями, слушал, чтобы потом от души посмеяться.. интересно над чем. Нет, к черту, не интересно, так поступают только извращенцы.
Вейл быстро подскочил на ноги, нервно проверяя застегнуты ли штаны и не заправлен ли в них халат.
— Угрожаете мне? А не сами ли вы подстроили такой казус? — он обвел застрявшую фигуру ладонью, отмечая как нехорошо вывернута у ящерицы тазовая область, так и до травмы внутренних органов недалеко. — Оставим это. Я помогу вам, как бы сильно не желал вам зла. Спросите, почему желаю? По многим причинам. Одна из них вот такая, теперь при каждом походе в туалет я буду вспоминать ржущего Румпельштильцхена.
Доктор выдавил из себя улыбку. Смешная же фраза, великий тёмный маг подсекающий за человеком без штанов.
— Вытолкнуть вас наружу не выйдет. Как влезли, так и будете выбираться. Не дергайтесь, — сюда бы бригаду спасателей с пневматическими щипцами и лезвием по металлу, но вряд ли магическую решётку возьмут обычные инструменты. Доктор осмотрел застрявшего ещё раз, оценивая направление тощего тела. Одежда в данном случае играла против мага. Будь она из лёгкой ткани, или синтетики, не тормозила бы процесс изъятия.
— Ваши штаны порвутся. Предупреждаю вас сразу. Вот здесь, — высунув через решётку руку, Вейл нехотя коснулся внешней стороны чужого бедра, обтянутого тканью. — Натяжение сильное. Думаю, ваш гардероб достаточно богат. Переоденетесь. Готовы?
Просунуть пальцы между застрявшим телом и решёткой не представлялось возможным. Доктор мог лишь придерживать тело с той и с другой стороны, снаружи осторожно толкая внутрь, а изнутри подтягивая к себе. Первым делом была освобождена нижняя часть тела. Доктор вздохнул с облегчением, не слыша чужих болезненных стонов.
Штаны ожидаемо разорвались, маленькая потеря в океане других испытаний. Грудную клетку волшебные прутья сжимали нещадно, часть её была освобождена почти сразу после нижней, с остальным пришлось повозиться.
— Вдохните и не трогайте меня руками. Не хватайтесь ни за что. Вы можете сделать это, черт вас дери? Вы сделаете себе хуже! — Вейл не сдержавшись рявкнул магу прямо в ухо и, используя момент умиротворения застрявшего, обхватил его рукой за пояс, другой вталкивая через решётку плечо.
Ещё немного усилий и чёртов маг будет свободен. Доктор устал добывать его из западни, в которую тот сам, наверняка сам, и залез. Последний рывок и оба они встали возле решетчатой двери. Вейл отдернул от чужой поясницы руку, отступая.
По тому как вздымается грудная клетка мага и по его прочим телодвижениям ясно, что ничего не вывихнуто не сломано и не сдавлено. Доктор не спас Джона, но сумел помочь ящерице.

Отредактировано Dr. Whale (2022-09-20 16:10:31)

+1

96

- Не беспокойтесь, я видел только боковым зрением, - Румпельштильцхен поморщился, и его лицо в этот миг было очень и очень выразительным. – И в восторг не пришёл! Делать мне нечего, вашими делишками любоваться! А вот то, что вы человечка выкинули… Ладно, - спохватился Тёмный, сообразив, что может ляпнуть что-то не то. И у доктора пропадёт и без того чахлое желание вытаскивать его из прутьев. Признаться, Румпельштильцхен вообще был удивлён, что таковое желание у его пленника возникло. Видимо, стадия яростного гнева и желания поквитаться с обидчиком сменилась чем-то похожим на… меланхолию.
Зла, видите ли, желает. Но при этом хочет спасти. Как всё намешано в головах у этих учёных эскулапов. С другой стороны, такой каше в голове Виктора Румпельштильцхен был скорее благодарен, потому что она обеспечивала ему спасение из плена решётки.
- Штаны порвутся? Хорошо бы я сам цел остался, - Румпельштильцхен напряжённо хмыкнул, косясь блестящим глазом на доктора, - уж новые штаны я себе как-нибудь организую.
Да, как только появится магия. А до тех пор Франкенштейн неминуемо догадается, что с Тёмным не так. Хотя бы потому, что новые штаны себе сразу не организовывает.
- Аккуратнее, аккуратнее, - бормотал Румпельштильцхен, пока через прутья просовывали нижнюю часть его тела. В конце концов, не повредить бы… то, что ему ещё наверняка пригодится. Даже если он не ухлёстывал за дамами без перерыва на сон и обед, как доктор Вейл.
Хорошенькое дело – не двигать руками! Испугавшись, что у него треснут рёбра, и он будет валяться в клетке, мучаясь от боли, Румпельштильцхен непроизвольно сделал несколько движений руками. Доктор рявкнул, и, вздрогнув, Тёмный затих, позаботившись только о том, чтобы не уронить фляжку, пока его втаскивали обратно. Сердить своего спасителя не хотелось…
Свободен! Он наконец-то свободен. Глубоко вздохнув от облегчения и не обращая никакого внимания на прореху на бедре, Румпельштильцхен скользнул взглядом к столу. Вот он, там, чемоданчик с инструментами. Скальпель совсем недалеко. Шприц – тоже. Схватить оба, и в его распоряжении будет и колющее, и режущее оружие. Путь к ним мгновенно нарисовался в голове, под изрядно взлохматившимися и буквально стоявшими дыбом волосами.
- А почему бы не передохнуть и не выпить немного воды? – вкрадчиво проговорил Румпельштильцхен, демонстрируя фляжку. – Мы с вами оба устали, а она нескончаемая! Ловко я придумал, а? Ну-ка, где ваша кружка?
И, пользуясь этим предлогом, он сделал пару шажков, обходя Франкенштейна. А затем кидающейся на добычу змеёй метнулся к столу...
Единственное, что сейчас пульсировало в голове мага - это мысль о том, чтобы любым способом обеспечить себе безопасность от доктора. Ибо если тебя вытащили из опасности, это ещё не значит, что тебе желали избавления. Возможно, всего лишь хотели приберечь для иных мук.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

97

— Куда вы смотрите? Джон, он.. Мм. Я не знал его имени, потому назвал так, — у Румпельштильцхена наверняка есть вопросы по поводу сгинувшего в волшебном горшке тела, доктор поспешил прояснить момент с именем, неуверенно указывая пальцем в сторону стола. Там, на блокноте, несчастный здоровяк встретил свою смерть, не приходя в сознание. В этом виноват Румпельштильцхен.
— У вас есть вода, что же вы сразу не сказали. Я думал, вы больше не принесёте эту фляжку, — Вейл в ожидании желанного глотка воды облизал кончиком языка губы, хищно глядя на ёмкость с водой. Кружка. Снова магу нужна чёртова кружка, нет бы просто дал припасть губами к горлышку фляжки. Такой его щепетильности доктор не понимал, но смирился, молча показывая пальцем всё на тот же стол. Кружка там. Сам же спаситель пучеглазых ящериц уселся на кровать. Расставив ноги, оперевшись о них локтями, Вейл наблюдал за возившимся у стола магом и не думая о его желании добыть из чемоданчика нож.
— Почему вы дали мне выпить воды без зелья. Не верю в ваше милосердие. В чем был смысл? Вы оставили меня наедине с Джоном, ушли по делам, но.. Скажите. Как долго вы находились между прутьев? Магия на решётке и ваша собственная, они вошли в конфликт? — не зная правды, доктор пытался предположить, как же могущественный маг оказался сдавленным прутьями. — Я спросил о времени, потому что это важно. Вы могли пострадать, не смотря на свою всемогущую магию. Разорвись внутри вас селезенка, тресни ребра, что бы вы делали? Да, разумеется, воспользовались бы магией. Вам повезло что я вытащил вас. Дайте мне воды, не медлите.
Ему бы подняться сейчас и пресечь кражу инструментов.. если бы доктор обратил на это внимание. Его уставшие глаза смотрели мимо, сквозь опасность и подвохи, и видели лишь фляжку в чешуйчатых руках. Очень хотелось пить. За несколько глотков воды доктор бы сделал какое-то безумство. Черт, если Румпельштильцхен потребует что-то, он согласится скакать послушной псиной на задних лапах, только бы получить желаемое. Ну же. Налить воду в кружку не такое долгое дело. Почему Румпельштильцхен возится?
Вейл опустил голову. Не видя чужой возни как-то легче сразу стало ждать. Левая брючина испачкана в пыли, на левом ботинке развязался шнурок. Доктор закинул ногу себе на колено, начиная возиться со шнурками. У него всегда получался аккуратный бантик, ведь умелые руки хирурга нежны и точны. Вот и всё. Покончив с завязыванием шнурка, доктор выпрямился и с улыбкой посмотрел на мага.
— Я никогда так сильно не хотел пить. Серьёзно, мистер Голд. Глоток воды доставит больше удовольствия, чем самая жаркая ночка.

+1

98

К счастью, доктор Вейл ни о чём не подозревал. Он заговорил о воде, и Румпельштильцхен, успевший оказаться у стола, помедлил. Надо потихоньку, незаметно забрать то, что могло пригодиться, и припрятать для самообороны. Броситься сразу на доктора – не вариант; если тот успеет среагировать, перехватить руку Тёмного, то борьба может закончиться не в его пользу. В любом случае, Франкенштейн болтал что-то о магии, удивлялся, а Румпельштильцхен придвинул к себе чемоданчик. Будто хотел очень подробно там всё рассмотреть. Нормальное любопытство, не так ли?
- Да-да, они вошли в конфликт, - если не отвечать, это могло показаться подозрительным. Румпельштильцхен постарался изобразить свой обычный беззаботный тон. – Видите ли, в этом мире очень непредсказуемая магия. Сначала она, как вы помните, поменяла только мой облик. И лишь потом вернулась ко мне целиком...
Странно. Румпельштильцхен поймал себя на том, что доктор вообще не спрашивал, почему вдруг магия появилась в Сторибруке. Почему вдруг почтенный мистер Голд с тросточкой превратился в сказочного Румпельштильцхена. Или по умолчанию магия должна была прийти к бывшим жителям Зачарованного Леса после того, как Эмма поцелуем любви разбудила Генри? Но то была совсем другая волна – словно по городу пронеслась сияющая радуга. В то время как проникшие в Сторибрук удушливые клубы сиреневого дыма, сверкавшие в небе молнии и испортившаяся погода ясно свидетельствовали о том, кто вступил в игру.
- Я находился там не так уж долго, - Румпельштильцхен увидел, как блеснул ножик, схватил его и незаметно спрятал между рубашкой и жилетом. Сжал в ладони скальпель, отводя руку так, чтобы его не было видно со стороны доктора Франкенштейна. – Будьте спокойны, не разорвалась бы у меня селезёнка. Да и что толку говорить «если бы да кабы, да во рту росли грибы»? У вас же ничего ещё во рту не выросло, и у меня тоже! – Румпельштильцхен вымученно хихикнул, косясь на собеседника. Налил для отвлечения немного воды в его кружку. И сделал шажок прочь от стола. Другой. Третий. Запоздало сообразил, что мог бы приложить доктора чемоданчиком по голове, а затем связать ему руки собственным халатом или простынкой.
Определённо, спешка никогда не шла Румпельштильцхену на пользу. В принятии тактических решений он был откровенно слабоват, что и демонстрировала вся история с доктором. Ну ладно. В конце концов, есть ещё фляжка. Румпельштильцхен поднёс её к губам и сделал пару глотков, не отрывая настороженных глаз от Франкенштейна.
- Да, мне повезло, что вы меня вытащили, - процедил маг сквозь зубы. – Только поэтому я и даю вам свою воду. Почему вы не попытались убить меня или подвергнуть экспериментам? Иллюзии вы сломали шею. Из-за Руби Лукас, или подсознательно вы всё-таки подозревали, что меня так не убить? И эти ваши… фантазии под зельем счастья. Они меня впечатлили.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

Отредактировано Mr. Gold (2022-09-21 14:08:03)

+1

99

— Конфликт между заколдованным объектом и той магией, которую вы используете. Понятно. Разность материи? Ведь раньше волшебства не было. Никто не колдовал. Забыли как это делается или не могли? Не то чтобы мне было интересно, просто нужно о чем-то поговорить. Вы, похоже, решили составить мне компанию.
Доктор видел, как маг возится возле чемоданчика и закрыл на это глаза. Что можно взять из ассортимента бригады скорой? Наркотических средств в стандартном комплекте не содержится, опасных инструментов тоже нет, кроме.. скальпеля, который у Вейла по умолчанию с собой. Есть на дне чемоданчика и хирургическая пила, способная с заунывным жужжанием вскрыть чей-то череп как спелый орех. Франкенштейн сетовал на недостаток таких инструментов в своём мире, ох, он бы не долбил тогда черепа молотком и напильником. Пила бесполезна без подключения к электросети.
Румпельштильцхен продолжал мешкать, всё не нёс воду. Не разорвалась селезенка, славно.
— В носу. Грибы в носу растут в этой дурацкой присказке, — пусть маг знает, что и учёный ум впитал в себя глупые словечки. Возможно детские, или сказочные, не разобраться сейчас.
— Просто дайте мне кружку. Почему я не попытался убить вас? Правда хотите знать? А на счёт мисс Лукас, я бы не простил вам причинённого ей вреда. Она ничего плохого не сделала и да, нравится мне в определённом плане, — доктор пытался перейти к сути, боялся, волновался, потому снова зубоскалил, сам себя за это укоряя.
Нет, в прошлом он бы так не говорил. Нашёл бы способ уйти от любого разговора, сделал бы вид, что беседа ему не интересна и ушёл бы. Фантазии впечатлили. Вейл нахмурился, протягивая за кружкой руку, или за чем-то, что заблестело у мага в складках одежды?
— Впечатлили или понравились? Можете признаться, что испугались. Я бы тоже боялся, начни кто-то говорить обо мне.. без кожи. Ладно ещё без одежды, это частная практика. Здесь жарко, не находите? Расстегните жилет свой хотя бы. По-хорошему, я бы попросил вас раздеться до пояса. Мне нужно убедиться, не навредило ли вам пребывание в плену прутьев. Я ничего вам не сделаю. Ха. Знаю, что вы боитесь меня и возможно стащили нож из чемоданчика.
Здесь его голос стал резким. Доктор медленно поднялся с постели, маня мага к себе ладонью и улыбаясь.
— Верните то что взяли обратно в чемодан, а потом разденьтесь, как я велел. Раз уж вы боитесь меня, но все равно остаётесь здесь, значит.. Конфликта двух магических сил вы боитесь больше. Не можете уйти отсюда, пока страх перед новым перемещением терзает вас. Ну что же. Добро пожаловать в мой маленький хомячий мир, господин Штильцхен!

Отредактировано Dr. Whale (2022-09-21 16:31:33)

+1

100

- Да забирайте эту проклятую кружку, - Румпельштильцхен успел уже поставить её обратно на стол и сделал ещё один шаг назад. – И пейте сколько влезет. Я вам мешаю, что ли? Куда вы так уставились, дружочек? Знаете, если вам неинтересны разговоры про магию, то мне неинтересно обсуждать её с тем, кто в ней ровным счётом ни черта не смыслит!
На миг сердце замерло – показалось, что Франкенштейн уже всё понял. Румпельштильцхен крепче сжал в руке скальпель, готовый обороняться; теперь его сердце учащённо забилось от волнения. Сможет ли он достойно сопротивляться? Или доктор одержит верх? Румпельштильцхен никогда не был особенно ловок в драках. Тем более что участвовал в них только в детстве, и в ранней юности пару раз. Нрава он был не задиристого, а тихого и спокойного, а потому сам никуда не ввязывался.
Теперь же…
- Правда хочу узнать, почему вы сразу не попытались мне отомстить, а вынули из прутьев, - сухо отозвался Тёмный, следя за каждым движением доктора. – Это не похоже на то, как вы раньше себя вели. Когда я оказался на время беспомощным, - ощутив горечь на языке, Румпельштильцхен скривился. – И был полностью в вашей власти.
Расстегнуть жилет? Раздеться до пояса? Вот ещё чего не хватало. Может, Виктору здесь и было жарко - в подвале-то, - а Румпельштильцхену точно нет. Скорее у него по спине пробежал холодок, когда вкрадчивый псих в мятом белом халате, недавно мечтавший о разрезанном теле жертвы, поманил эту самую жертву рукой.
Услышав о ноже, Румпельштильцхен сглотнул и выставил перед собой руку с зажатым в ней скальпелем, отступая назад.
- Ничего я вам не отдам. Захотите меня резать, вскрыть мне живот, оставить без глаза. Я этого не допущу. Вы пытаетесь усыпить мою бдительность. И я… я не боюсь вас! – почти взвизгнул лишённый сил маг, пятясь. О чёрт, он упёрся спиной в решётку! Весь вид Румпельштильцхена был прямо противоположен словам “Я не боюсь”, но снова лежать – на этот раз на кровати, - и в страхе думать о возможной смерти он не намеревался. Жаль, вытащить нож пока не получалось – у Румпельштильцхена было всего две руки, и в одной скальпель, а в другой драгоценная фляжка с водой. Огреть ею доктора по голове? Как-никак, она металлическая.
- Не смейте подходить, не трогайте меня, будьте вы тысячу раз неладны, - прошептал Румпельштильцхен, глядя на противника через свесившиеся на глаза взлохмаченные кудри, тяжело дыша, как загнанный зверь, и с отчаянием думая, что настал миг истины. Теперь-то уж очевидно, что с волшебством у него опять проблемы. Теперь Виктор заговорит – и начнёт действовать – совсем по-другому.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

101

— Почему вы не подали кружку мне в руки? Это не вежливо, — этим, пожалуй, доктор был недоволен больше, чем кражей инструментов. — Правду вам сказать? Тогда слушайте. Увидев вас в западне, поняв, как тяжело вам там дышится, я захотел помочь вам. Не убить, не посмеяться над вашими страданиями, а помочь. И я помог, как видите.
Он обвел фигуру мага ладонью, делая неспешный шаг к столу, пить-то от всех разговоров не расхотелось. На выставленную руку со скальпелем Вейл посмотрел крайне неодобрительно, но путь к столу продолжил, двигаясь медленно и настойчиво к своей цели - к кружке с водой.
Вопли Румпельштильцхена конечно настораживали. То ли он так сильно боится совершать новое перемещение, то ли на доктора у него заточен зуб за прошлые дела. Или плен в прутьях так повлиял на мага, что он немного тронулся умом. Все эти могучие волшебники и прочие злодеи обычно сумасшедшие. Вейл осторожно взял со стола кружку и отпил из неё. Он не упускал из виду шепчущего отчаянного мага, притершегося костлявой спиной к решётке.
— Я не подойду к вам, если вы вернёте всё что взяли обратно в чемоданчик, — доктор кивнул на этот самый чемоданчик с ласковой улыбкой, будто уговаривал строптивого старика выпить лекарство. — Вы слышали, что я сказал раньше? Я помог вам выбраться и это кое-что значит. Я не злодей и не чудовище. При нашей первой встрече, там, в лесу, я винил вас в моей потерянной жизни. Винил за разлуку с братом и действовал сгоряча, не думая ни о чем, кроме того, чтобы причинить вам страдания и облегчить свою боль. Я ошибся. Всё это было заблуждением. Чем больше я запугивал вас, тем больше мне нравилось это, хотя я понимал неправильность происходящего. Я бы отпустил вас, не ударь вы меня подносом по лицу. Дверь оставалась открытой не просто так, я жалел вас, вёл с собой внутреннюю борьбу, пока вы её не сломили.
Еще раз указав на чемоданчик рукой, доктор со вздохом присел на край стола, допивая оставшуюся в кружке воду. До дна, как говорится, а там, на чистом донышке - истина.
— Зачем я вам всё это говорю. Вы же не понимаете ничего. К слову, господин Штильцхен, я признаю, что вы не причиняли мне физического вреда, не причиняли боли. Действовали будто чужими руками, используя зелья. Не знаю, в чем подвох, но некоторые вещи я оценил по достоинству. Как учёный. Если выберусь отсюда, законспектирую полученные данные, обозначив эксперементальным образцом самого себя. Так что, благодарю вас, уважаемый деловой партнёр.
Бледные губы тронула нехорошая улыбка. Доктор понимал, что Румпельштильцхен вряд ли вернёт изъятые вещи в чемоданчик, потому резко дернулся со стола в его сторону и схватил за руку. За руку, в которой была фляжка. Так крепко, чтобы у чешуйчатого мага свело запястье, а пальцы бы рано или поздно выронили предмет.
Доктор видел краем глаза отблеск лезвия, слышал шумное дыхание своего пленителя, и продолжал цепко держать за руку. Румпельштильцхен не причинит ему вреда, не осмелится вскинуть когтистую руку со скальпелем. На это доктор ставил всё, с напряжённым прищуром глядя магу в лицо. Чешуйчатое, тёмное, оно так близко, такое отличающееся от его собственного.
В конце концов фляжка выпала из когтистых пальцев на пол.

+1

102

Не убить, не посмеяться, а помочь. Раньше такое желание доктора Вейла показалось бы Тёмному абсолютно естественным. Он и в плену-то надеялся, что вторая личность одержит верх над холодным любопытством учёного.
Надеялся, но не сказать, чтобы верил в такой поворот событий. Первая - и далеко не сказочная, в данном случае - личность всегда сильнее.
Румпельштильцхен подозрительно смотрел на доктора, пока тот убеждал его, что отпустил бы, не случись инцидента с подносом. Нет. Поверить этому было невозможно. Тёмный никогда бы сам не отпустил человека, который оказался бы в его власти, да ещё и разлучил бы его с сыном на много лет, практически гарантируя смерть Бэя за этот срок. О нет, печать рейфа – меньшее, чем отплатил бы негодяй за своё преступление. С какой стати Румпельштильцхен должен верить в милосердие человека, который с упоением слушал его просьбы и стенания, сладострастно заносил скальпель и улыбался улыбкой доброго маньяка с нежным сердцем?
- Почему я должен верить вам? – зло поинтересовался маг, не сводя глаз с допившего воду в кружке Франкенштейна. – Вы всерьёз думаете, что я, Тёмный, настолько доверчив, что после пары фраз я расчувствуюсь, как сентиментальный болван, и отдам вам оружие, которое вы можете применить против меня? Сейчас это не просто инструменты. Сейчас это ваше оружие, дружочек! И повторю ещё раз, если не поняли – я вам не верю. И я к вам не подойду.
Доктор схватил его за руку, и Румпельштильцхен дёрнулся, едва не полоснув противника скальпелем по пальцам. Ударить? Нет? В голове мгновенно пронеслась недавняя и в то же время как будто давешняя сцена с подносом. Чёртов Франкенштейн пристально смотрел в лицо, ослабляя решимость и не давая сосредоточиться. Неужели и правда ничего не сделает? Или… просто ещё не до конца сообразил, что произошло?
Второе. Скорее всего, второе.
- Отпустите мою руку, - процедил Румпельштильцхен и ногой придвинул фляжку к себе. В конце концов, она закупорена, а если вода и вылилась бы из неё, не беда. Фляжка-то волшебная.
- Я ударю вас, если вы меня не отпустите! – С этими словами Румпельштильцхен, сомневаясь и колеблясь, всё-таки сделал выбор и замахнулся скальпелем. В его широко раскрытых выпуклых глазах не отражалось ничего, кроме злости; его лицо как будто превратилось в напряжённую застывшую маску.
Достучаться до Тёмного, бесспорно, не самое лёгкое дело. И тем не менее, где-то внутри Румпельштильцхен был готов сдаться и поверить, что ему не причинят больше вреда. Больше того, что уже было сделано.
Но не сейчас.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

103

— Я не прошу вас верить мне, — отрезал Вейл, не ослабляя хватки даже после того, как фляжка выпала из когтистых пальцев. Он для устрашения стиснул зубы и смотреть стал злее. Его лицо к лицу Тёмного совсем близко тоже ради момента, в который самому доктору страшно. Что если маг вонзит чертов скальпель ему в горло, считая хирургический инструмент оружием? Он выглядит напряжённым и злым, значит может быть способен и на такой отчаянный шаг, а Вейл не достаточно хорош в драках, где у противника в руках нож.
Я ударю вас, если вы меня не отпустите!
Маг замахнулся, доктор видел краем глаза. Так же он очень хорошо видел большие ящеричьи глаза, смотрящие отчаянно и зло.
Я не могу сейчас отпустить вас, подумал Вейл, резко перехватывая и руку со скальпелем. Он ударил мага локтем о решётку, чтобы пальцы скорее разжались и теперь обе чешуйчатые руки зажаты в сильных бледных пальцах доктора, взгляд которого от напряжения стал блуждающим. Потому что Вейл не знал, что может выкинуть тёмный. Пнет своим тощим коленом в пах? Даже думать больно. Доктор на всякий случай отклонился подальше.
Ударит лбом в лицо? Вот это вряд ли. Румпельштильцхен не станет так поступать. Схваченый за руки, он будет извиваться, вырываться, ругаться, пока не иссякнет его пыл.
Скальпель похоже все ещё в упрямых пальцах и Вейл, стараясь не прилагать слишком много силы, тряхнул Тёмного за руки и прижал спиной к решётке, вымученно и зло глядя в его вытаращенные глаза-блюдца.
— Прекратите, я вам сказал. Хватит сопротивляться. И к слову, скальпель вовсе не оружие. Долгое время древняя медицина обходилась без него и люди умирали от не оказанной вовремя помощи или от слишком грубых рассечений тканей. Скальпель это острый маленький помощник хирурга, для различных манипуляций. Не обязательно для операции. Я могу аккуратно срезать бородавку, ссекая её вместе с верхним слоем кожи, и не придётся выжигать кислотой. В ваших руках не оружие. Прошу. Поймите.
Доктор устал после бессонных ночей и зелий, примененных к нему магом. Каша и вода подкрепили его силы, но этого мало, и скоро полученная энергия закончится. Хотя Вейл склонялся к мысли, что держится на адреналине. Не так далеко от истины, учитывая все стрессы. Ему важно сейчас добиться от Румпельштильцхена сговорчивости, не применяя к нему силы, не связывая, не толкая и не, кхм, пиная по уязвимым местам. О том пинке под чужие ребра доктор сожалел, был тогда зол и не в себе.
Его руки начинало сводить от напряжения. На висках выступил пот, и над верхней губой, придавая бледному лицу болезненный вид.
Нет, здесь действительно жарко. Как чешуйчатый маг носит на себе такое количество одежды и переодевается как на показ? Доктор не мог не отметить богатство его гардероба, все эти кружевные манжеты, красивые жилеты, сюртуки, рубашки. Он скучал по своей одежде со множеством пуговиц, расстегивая которые, испытываешь невероятное удовольствие.

Отредактировано Dr. Whale (2022-09-23 07:04:48)

+1

104

Несмотря на декларируемые мирные намерения, к насилию доктор уже начал переходить. Румпельштильцхен охнул, ударившись локтем о прутья – в глазах потемнело, скальпель он удержал лишь чудом и кончиками пальцев; видимо, удар пришёлся по нерву. Спасибо, хоть не упал. Да как бы он упал, когда Вейл стиснул оба запястья и прижал к решётке! Смотрел ещё, то ли пытаясь загипнотизировать, то ли думая, что его взгляд имеет какое-то воздействие на Тёмного. Как же, чёрта с два, не с обколотыми успокоительным пациентами психиатрической лечебницы имел дело!..
Задыхаясь от злобы, Румпельштильцхен слабо дёрнулся, понимая, что от скальпеля никакого толку сейчас нет. Доктор держал его за руки и требовал не сопротивляться.
- Значит, верить вам необязательно, - прошипел Тёмный, не отрывая пристального взгляда от такой же напряжённой физиономии напротив, - но почему-то я должен отдать вам инструменты. Как это работает? Я сдамся на вашу милость? Почему вы думаете, что вы или кто-то другой заставите меня сдаться, пока совсем уж плохо не стало? Я помню, что вы говорили раньше! Не могло всё перемениться только оттого, что я вас подержал в плену – скорее наоборот! Слышали, - верхняя губа вздёрнулась в оскале, как у хищного зверя, и где-то между тёмных румпельштильцхеновских зубов блеснула типично голдовская коронка, - как преступники, попадая в тюрьму, не перевоспитываются, а ещё хуже становятся? А вы похитили меня и подвергли измывательствам – чем не преступник? И попали даже не в тюрьму, а в хомячью клетку! Вы ненавидите меня. Это факт.
Улучив удобный момент, Румпельштильцхен пнул противника по ноге – с каблуками это отличный метод, - и рванулся в сторону, оказавшись вовсе в углу клетки. Скальпель ожидаемо выпал, когда Тёмному удалось освободить руки из чужой хватки. Зато он выхватил из-за пазухи нож и крепко сжал его подрагивающей рукой, готовясь перейти в атаку, однако чувствуя, как сил становится всё меньше. И в глазах снова темнеет.
За несколько мгновений до того, как потерять сознание, Румпельштильцхен понял две вещи. Первая: он забыл свою фляжку на полу, в пределах досягаемости Франкенштейна. Вторая: магическое тело действительно нуждалось  в большей подпитке, чем немагическое. И исчезновение волшебства вкупе с тем, как много работал Румпельштильцхен, не спал всю ночь, боролся сначала с прутьями, затем с доктором, сыграло свою роль. Глаза мага закатились, его обмякшее тело сползло вниз по решётке, а нож выпал из разжавшихся пальцев, легонько звякнув лезвием об пол.
Сознание Румпельштильцхена плавно ушло в темноту.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

105

— Вы не сдаетесь на мою милость. Прекратите это говорить. Разве я не сказал вам о своих намерениях? Вспомните, господин Штильцхен. Я говорил что не причиню вам вреда, — по виску сбежала крупная капля пота. Усталость брала свое и доктор надеялся на благоприятный исход. Ему не хотелось кончить бесславно, в подвале, в чёртовой клетке. Он должен был поговорить с Румпельштильцхеном и достичь с ним соглашения.
Блестящую коронку Вейл не заметил, его взгляд блуждал по чешуйчатой коже мага, казавшейся жёсткой.
Преступник. Не перевоспитывается, становится хуже. Доктор стиснул челюсти, молча пялясь на своего собеседника. В висках стучала кровь, она же приливала к щекам, делая бледное лицо рдеющим. Не от любви и не от радости. А от гнева и стыда. Он, доктор, служивший городу верно и с гордостью, стал преступником, забрав из леса Тёмного мага.
Пребывая в тяжёлых раздумьях, Виктор дернулся и охнул, получив от ящерицы пинок. Каблук врезался ему в ногу, да так, что пальцы свело болезненно. Доктор попятился, выпустил запястья Румпельштильцхена.
— Что вы.. — скальпель зазвенел на пол, но в руке мага оказался нож. Румпельштильцхен трясся, жался к решётке, угрожая зажатым в пальцах ножом, а доктор стоял напротив не зная, как теперь быть, что говорить тому, кто не слушает.
Думать долго не пришлось. Маг пошатнулся и стал оседать на пол. Выпуклые ящеричьи глаза закрылись, придавая злому лицу безмятежный вид. Нож выпал из ослабевших рук. Сердце доктора пропустило удар. Он стоял и видел как активно сопротивлявшийся маг, злой и непримиримый, опустился на пол, не представляя больше опасности. Вейл испугался, не умер ли чёртов Штильцхен. Неужели повредил свои потроха в волшебной решётке?
— Румпельштильцхен. Эй! Что с вами? — отмерев, доктор рванул к нему. Хлопнул по щекам, встряхнул за плечи. Глаза приоткрыл большими пальцами, проверяя зрачки. Жив. Дышит. До того испугался, что впал в оцепенение?
Черт с ним. Главное что жив. Доктор подобрал нож и скальпель, убрал их на стол и поднял ящеричье тело на руки, относя его на постель. Устроив пациента горизонтально, он бесцеремонно расстегнул его одежду, освобождая грудь и живот. Нужно осмотреть и ощупать, мало ли что-то повреждено. Впалый тёмный живот вяло поднимался и опускался, на нем даже след от надреза зажил. Ничего нет, никаких следов. Доктор восхищенно выдохнул, опуская ладони на этот живот, трогая его, осторожно вдавливая пальцы. Всё в порядке, внутренние органы не повреждены. Грудь Вейл обследовал отдельно, прощупывая каждое ребро, слушая как бьётся сердце и раскрываются лёгкие. Его завораживала жизнь. Да. Жизнь же гораздо красивее, чем смерть, и на сердце тепло, когда пациент остаётся жив.
Живи. Живи.
Запахнув одежду Румпельштильцхена, доктор отошёл к столу, чтобы положить рядом с чемоданчиком фляжку. Вода. Жажда. Он облизал губы, но пренебрег водой. Нырнув дрожащими пальцами в чемоданчик, доктор выудил бутылку с виски, открутил крышку и сделал несколько глотков. Плевать, что на голодный ослабленный организм. Ему нужно успокоиться. Нужно взять себя в руки и продержаться здесь до момента освобождения.
Напиток горячей волной укатился в горло, падая в желудок. Доктор сделал ещё пару глотков, вернул бутылку в чемоданчик и подошел к лежащему магу, садясь с ним рядом на узкую постель. Крепкий алкоголь ударил в мозг, зато дрожь ушла, тепло стало на душе. Относительно спокойно. Губы сладко онемели и расплылись в улыбке.
— Держитесь, голубчик. Всё х-хорошо

Отредактировано Dr. Whale (2022-09-23 17:26:02)

+1

106

Румпельштильцхен вынырнул из колыхавшейся вокруг него тьмы, чувствуя, как что-то тянет его назад. Пальцы потеплели; вспоминая, что случилось, в полной уверенности, что волшебство снова вернулось, Тёмный попытался создать огненный шар. Он прислушался – никакого треска пламени не было. Тепло на кончиках пальцев не уходило, но и не превращалось в могучую силу, способную смести всё на своём пути.
А кроме того, он не мог понять, где лежит. Ещё не разлепив веки, услышал голос доктора Франкенштейна и внутренне похолодел, но руки и ноги вроде не были связаны или стянуты очередными ремнями. Боли также не было – только слабость, но не столь заметная, как до падения в обморок. Подумать только, Тёмный упал без чувств! Словно чувствительная принцесска, чересчур затянутая в корсет на балу. Наверняка инструменты Виктор забрал. И, судя по ощущениям, перенёс Румпельштильцхена на кровать.
Перенёс?! Маг был по-настоящему растерян. Разве не проще было, раз уж Франкенштейн передумал мучить, оставить его, Румпельштильцхена, на полу? Непонимающе распахнув глаза, остановился взглядом на противнике. Тот сидел на краю постели, как будто не беспокоился о том, что Румпельштильцхен может его ударить, наброситься и задушить, или что-то ещё. Первой мыслью Тёмного это и было – он даже стиснул когтистую руку в кулак и напрягся, готовясь вскочить и сразу ударить. Его остановило только одно. Странное, глуповато-расслабленное выражение лица Франкенштейна.
- Да вы же пьяны, доктор! – вырвалось у Румпельштильцхена. Он увидел, что его жилет и рубашка расстёгнуты, наморщил лоб и вспомнил, что Вейл требовал от него раздеться, чтобы посмотреть, не повреждены ли рёбра. Только ли для этого? Мог ли доктор всё ещё вынашивать планы жуткой расправы над Тёмным - во имя науки?
Как бы то ни было, теплота в кончиках пальцев раздражала Румпельштильцхена. Из неё даже энергетический шар не сформируешь – чересчур слаба. Пригодиться она могла только для бытовой магии. Румпельштильцхен повёл рукой в воздухе два раза – первый, очищая свою одежду от валяния на полу; второй – залатывая прореху на бедре, так что его штаны выглядели как новенькие. Не спуская с Франкенштейна настороженного взгляда, маг сел и принялся застёгивать сначала рубашку, бегая пальцами по скользкой шёлковой ткани, а затем узорные пуговицы на жилете. Доктор уже не нападёт – если он и не видел тончайшую дымку магии, то должен был унюхать её. И заметить, что Румпельштильцхен привёл себя в порядок.
Откуда Вейлу знать, что больше ни на что магия Тёмного пока не способна. Уж переместить его отсюда так точно. Не говоря уж о создании огня, воды, иллюзий и другого великолепия.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

107

— Очнулись, — проворковал доктор, замечая позади себя шевеление. — Я не пьян, я отдыхаю. У меня в-выходной. Я не на работе.
Он не должен ни перед кем оправдываться, тем более перед магом, который больше всех его вымотал, особенно недавняя ситуация со спасением из прутьев клетки. Доктор мотнул головой и посмотрел на оправляющего одежду Тёмного.
— Брюки починили? Хороша в-ваша магия. Без нитки и иголки можно зашить любую дыру. Не поможете мне? У меня.. — он неловко качнулся вперёд и едва не сполз с постели на пол, пока искал на своих брюках прореху. Ещё тогда, когда помещение было уставлено ящиками и клетки не существовало, доктор зацепился за один из них и порвал штанину. Забыл правда уже об этом, а теперь вспомнил.
— Вот! — он поднялся на ноги, демонстрируя небольшую дыру на штанине, чуть ниже колена. Обычно кислое лицо было чрезмерно улыбчивым и не таким бледным. Отказ в починке одежды доктор готов был принять как данность. Румпельштильцхен вряд ли согласится заштопать магией, своей драгоценной и могушественной магией, какую-то жалкую прореху на чужих штанах. Вот бы ещё халат привести в опрятный вид, рубашку, галстук. Доктор блаженно заулыбался, мечтая о ванной с горячей водой.
Вражда для него отступила на дальний план, пока тело было расслаблено несколькими глотками не самого хорошего виски. Честно, это дешёвое пойло, прибереженное Вейлом на случай, если совсем опустятся руки. Смерть пациента - как раз такой повод. Выживший вертлявый маг - тоже. Мысли ужасно путались, что можно сейчас, чего нельзя, в чем есть смысл, а в чем его нет. Доктор просто жил моментом, где ему не нужно испытывать себя на прочность и не нужно никого спасать (или губить).
Пока Румпельштильцхен думает, занимаясь своей вычурной одеждой, доктор снова присел с ним рядом и по привычке обхватил пальцами чешуйчатое запястье, желая прощупать пульс.
— У вас то быстро сердце стучит, то наоборот. Замирает. Особенность волшебного организма или вы управляете собой? — бесстрашно задавая вопросы, так же безбоязненно держа руку опасного мага в своей, доктор увёл разговор в дебри, касающиеся определения ряда физических недугов по пульсу. Тихо посмеиваясь, рассказал о том, как сталкивался с по истине абсурдной информацией, и скрипя зубами изучал её, выискивая крупицы здравых размышлений исследователя. Язык все больше заплетался, доктор болтал обо всем и ни о чем. Забыл даже о просьбе починить штаны, махнул на это рукой и, глуповато улыбаясь, уставился в один из верхних углов клетки, будто видел там что-то. Чешуйчатую руку медленно отпустил, складывая обе свои ладони на коленях.

+1

108

Румпельштильцхен недоуменно выпучил глаза. Даже если у него остались бы крохи магии, годные лишь на применение в быту, он точно не стал бы тратить их на одежду доктора Вейла. Похоже, тому спирт совсем ударил в голову, если он предположил подробную глупость. Румпельштильцхен с усмешкой покачал головой, глядя на пьяного.
- Нет, дорогуша. Слишком это был бы дружелюбный жест, учитывая всё, что между нами было, - он приглушённо хихикнул, отмечая, как это звучит. – Эй, погодите, - Румпельштильцхен напрягся, когда его взяли за руку, но Вейла даже в пьяном виде интересовали всякие медицинские факторы. Пульс. Сердце стучит. Да не всё ли равно? Отвечать на вопрос Тёмный не стал, а тем временем доктор принялся болтать заплетающимся языком.
Пока он говорил, Румпельштильцхен высвободил свою руку и потянулся к столу, но не за инструментами. Спустив ноги в зашнурованных сапогах на пол, Румпельштильцхен обнаружил в чемоданчике бутылку с виски. Вот оно что! Кто бы сомневался, что Вейл постоянно таскает с собой что-то надёжное «для сугреву». Правда, за качество Тёмный не поручился бы.
Он нашёл волшебную тряпицу, которую сам же оставлял Франкенштейну. Откупорил бутылку, вытер горлышко, надеясь, что пленник хомячьей клетки не пускал туда свои слюни. И сделал на пробу глоток-другой. Мда, не самое лучшее пойло, какое только можно найти; точно не чета тем бутылкам, которые хранились в розовом особняке. Вот только наверх не выбраться и не принести. Что ж, придётся довольствоваться тем, что есть. Раз уж надо коротать время за собственной решёткой, то последовать примеру Виктора не столь дурное решение.
С этими мыслями Румпельштильцхен сделал ещё несколько глотков, отнял бутылку от губ, снова вытер горлышко тряпицей и отправил «пойло» обратно в чемоданчик. И закусить нечем, с досадой подумал Тёмный, когда пальцы его вновь легонько потеплели, как в прошлый раз. Скудная волна магии, которой еле хватит на что-то необходимое, и всё же. Румпельштильцхен сосредоточился, и в ладони его материализовался… небольшой ломоть козьего сыру. Пойдёт и так.
Сидевший рядом Виктор казался начавшему хмелеть магу не таким уж и неприятным субъектом. Чёрт с ним, они ведь оба друг друга помучили, верно? Никто не без греха. Румпельштильцхен неуклюже и несильно ткнул доктора в плечо кулаком свободной руки и протянул ему половинку сыра:
- На… др-ружочек. Закусите.
Сам он принялся увлечённо есть свою половинку, даже крошки с ладони слизал. И принялся вытирать руки всё той же тряпицей, чувствуя, как становится веселее. Ничего страшного. Скоро магия вернётся, и он, Румпельштильцхен, выберется отсюда. Всё будет от-лич-но!

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

109

- Не настаиваю, - он был настроен на отказ заранее, потому не расстроился ответом чешуйчатого мага. - Все что между нами было. Господин Штильцхен, вы праааавы. Вы правы, - доктор наигранно вздохнул и погладил ладонями колени, размышляя. В то время, когда он пользовался своей прежней фамилией, что-то же они с Румпельштильцхеном делали, встречаясь не раз и не два. Фальшивая жизнь, увы, похоронила некоторые воспоминания, или надежно спрятала. Доктор вспомнит, это вопрос времени. Сейчас ему весело наблюдать за магом, который взял в руки волшебную тряпку и протер горлышко бутылки.
- Это же спирт, уважаемый! - пьяно рассмеялся Вейл, снова делая картинный вздох. Стоит выпить, опьянеть, и хочется вот так по-идиотски накачивать собственные легкие воздухом. Чтобы казаться смешным? Потому что это весело и расслабляет? Наука ничего по данному поводу не говорила, реакция на алкоголь у каждого живого организма сугубо индивидуальная. Кто-то петь хочет, кто-то плакать после полученной дозы, кто-то лезет целоваться. К слову, целоваться хотелось и доктору, но в условиях заточения в хомячьей клетке - не с кем. Он почесал пальцем бровь и продолжил наблюдать за манипуляциями мага, пьяно поясняя.
- Спирт уничтожает бактерии, а у каждого из нас во рту их содержится огромное количество. Зря вы брезгуете. Пили бы после меня и ничего бы с вами не случилось. У меня губы помадой не накрашены. Помаду вот, продукт переработки отходов нефти, я бы и сам оттер с горлышка.
То, что Румпельштильцхен решил приложиться к бутылке, доктор воспринял как жест дружбы. Было же что-то между ними, их партнерство в зачарованном лесу и в его родном мире без цвета. Франкенштейн усиленно пытался вспомнить и не мог уловить подробностей.
- Вы же не лезли мне в голову? Не стирали память? Я помню вас и Джефферсона. Помню еще каких-то людей. Мы были не в лесу и не у меня дома, и не здесь, не в Сторибруке. Что это было за место? Там я.. - доктор умолк, держа в памяти смутную картину, которая тут же и ускользнула. У него же от напряжения чуть кровь из носа не пошла.
Сыр. Маг откуда-то взял сыр, и даже поделился им. Вейл бы отреагировал с недоверием, будь он трезв, но сейчас ему угощение очень даже приглянулось. Тычок в плечо вызвал череду тихих глупых смешков и доктор взял кусочек сыра на ладонь.
- За что мы с вами пьем? Пей я один, н-не спрашивал бы, - наблюдая, как ящерица ест, как лижет крошки с пальцев, доктор восторженно поднял брови, а сердце в груди сжалось. Прикосновение ящеричьего языка, кажется, запечатлелось там навсегда. Чтобы не додумывать лишнего, Вейл отправил в рот небольшой кусочек сыра. Вкусно. Сыр не такой, как привычные твердые сорта, а.. какой-то по-уютному домашний. Любимое угощение жителя сказочного мира, догадался доктор и отправил в рот еще один кусочек. Оставшийся в своей ладони сыр он протянул соседу по несчастью, слабо надеясь на то, что ящеричий язык коснется его руки.

Отредактировано Dr. Whale (2022-09-25 10:09:34)

+1

110

- Ничего я не стирал, - пьяно возмутился Румпельштильцхен, когда речь зашла о какой-то памяти. Делать ему нечего, как что-то кому-то стирать. Он Тёмный маг, а не стиральная машина, в конце концов. – Дж… Джефферсон? Точно! – оживился маг, хлопнув себя свободной ладонью по острой коленке, обтянутой коричневой кожаной тканью. – Это же наш, - Румпельштильцхен задумался, приложив узкий когтистый палец к подбородку, - друг. Верно? Или неверно. Неверно, - попенял он сам себе, - у Т-Тёмного друзей не бывает. Только ува… уважаемые деловые партнёры! Вот как вы, дорогуша, - и он тоненько, пьяно хихикнул.
Услышав вопрос, за что они пьют, Румпельштильцхен даже задумался. И пока думал, принялся расшнуровывать сапоги, безнадёжно запутался пальцами в шнурках и попросту стал за них дёргать. Это не помогло, и Тёмный обиженно нахмурился. Как же так, его же собственные сапоги ему не подчинялись! Просто возмутительно.
- За что мы пьём? – меланхолично повторил он, раскачиваясь туда и сюда, и вдруг просиял, воздел палец кверху: - Ну, как это за что, дорогуша! За уважаемое деловое партнёр-рство! – раскатывая букву «р», Румпельштильцхен умудрялся одновременно подмигивать доктору, трясти волосами и играть бровями. – О! Вы отдаёте мне сыр, - от умиления он чуть не прослезился, но, конечно, слизывать сыр языком с ладони Вейла не стал. Тот ведь всё-таки не был возлюбленной Румпельштильцхена.
Вместо этого он ловко цапнул сыр когтями и с выражением явного блаженства положил в свой широкий рот. Машинально вытер руки всё той же тряпицей - и вдруг замер, вновь расплываясь в счастливой улыбке, и помахал рукой над шнурками сапог. Лёгкий дымок, и вскоре шнурки были развязаны, а Румпельштильцхен, с усилием подняв ногу, попытался снять сапог. Движения мага были неверными и разболтанными, но он был ещё не настолько пьян, чтобы свалиться на кровать. Поэтому один, а затем другой сапог слетели с жёлтых чешуйчатых ступней Румпельштильцхена вместе с обмотками, а затем он подобрал ноги к груди, обнял их и в такой позе уставился на Франкенштейна.
- Т-ты что-то сказал, дорогуша? Может, ещё выпьем? – Румпельштильцхен зевнул, обнажив два ряда кривых зубов, окрашенных в тёмный цвет и частично припорошенных золотой пылью, отчего некоторые казались просто жёлтыми. Почесал подбородок, сковырнув с него и так уже державшуюся на честном слове чешуйку.
- Как бы я это… линять не начал не вовремя, - вырвалось у Румпельштильцхена, и по хомячьей клетке опять рассыпался его смешок.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

Отредактировано Mr. Gold (2022-09-25 21:48:58)

+1

111

— Наш друг, — с сомнением отозвался доктор, начиная терять нить разговора. Мысли плавали как косяк рыб, занимаясь этим делом не внутри головы, а снаружи. Так казалось. Румпельштильцхен же не слышит их? Не видит? Вон ту особенно, про его чешуйчатую кисть, заспиртованную в колбе. Джефферсон. Доктор хмурил светлые брови, пытаясь подцепить момент из памяти, и только с досадой опустил голову, вовремя утирая плечом уголок рта. Оттуда почему-то побежала слюна. Есть хочется? Пить?
— Ув-важаемое деловое партнерство, — без запинки, слова вылетели чётко и красиво. Тёмный маг подмигивает? Доктор наоборот стал более медлительным и шевелился как огромный синий кит в накинутых на него сетях. Может и охотничий гарпун застрял где-то в его теле, Вейл бы сказал, спроси его кто-то: да, застряло что-то прямо в груди. Трясущий волосами маг смешил его.
— Сыр. Даю вам сыр, — главное не смотреть, как в широкий рот отправляется закуска. Как возится чешуйчатый злодей со своими сапогами, а потом садится на кровать, обнимает ноженьки и лупится по сторонам. Доктор из последних сил сохранял вялую серьёзность, чтобы в одно мгновение потерять её, взрываясь глуповатым смехом. Какой он смешной! Какой смешной этот Румпельштильцхен. Мистер Голд, или кто он там ещё. Доктор смотрел на него и смеялся. Отворачивался, успокаиваясь, и снова возвращался к магу взглядом, чтобы АХАХАХАХА.
Выпить ещё, не такая плохая идея. За партнерство, за то, что Румпельштильцхен смешной. Доктор потянул к себе чемоданчик со стола и вынул оттуда бутылку со скверным виски. Показав чешущемуся магу палец, чтобы не смешил, Вейл сделал из бутылки глоток.
как бы я это.. Линять не начал не вовремя.
Засмеялся маг и доктор за ним следом, прыснув в подставленную ко рту ладонь не проглоченным напитком. Не сглотни он жгучее пойло чуть раньше, подавился бы и плюнул магу в лицо. Вот как бывает, когда смеёшься во время приёма пищи. Доктор сделал ещё глоток, после чего отдал бутылку чешуйчатому, надеясь что тот не начнёт линять прямо сейчас. А чесался маг как шелудивая псина. Неподалёку от больницы жил бездомный пёс, он был избавлен от блох, его кормили, но чесался он по привычке: задней лапой свой бородатый подбородок. Доктор разразился новой чередой смешков и, оставив бутылку магу, неверным шагом пошёл в сторону волшебного горшка.
— В-вы уж простит-те. Мне очень надо, — он откинул за спину халат, как делал ранее, оперся одной рукой о решётку, другой вцепился в ремень брюк. Смех распирал изнутри, не давая сосредоточиться на чем-то ещё и доктор просто стоял, чуть склонив голову, и трясся от хриплых заливистых смешков. Хоть бы в штаны не наделать от такого веселья. Тогда будет совсем конфуз. Конфуз. Смеялся Вейл теперь над этим словом, пытаясь разобраться со своим ремнем.

+1

112

Румпельштильцхен не мешал доктору смеяться – причина, по которой тот заливался хохотом, ускользала, проваливалась куда-то в мутное болото, ну и ладно. Главное, что смешно, верно? Личный хомячок Тёмного ржал, как лошадь, и раз уж они тут вдвоём развели такой замечательный зоопарк, то почему бы не добавить к этим звукам смешки, похожие то ли на блеяние козы, то ли на пронзительное кошачье «мяу»?
И только отхихикав своё и взявшись за бутылку с виски, Румпельштильцхен вдруг нахмурился. Он начал понимать, над чем или над кем смеялся доктор Вейл. Над ним, Тёмным! Открытие было поистине ошеломляющим. Чувство обиды и возмущения было таким сильным, что маг открыл рот и опять закрыл, не в силах произнести ни слова. Подумать только! Какое неуважение, какое… Положительно, Румпельштильцхен не мог подобрать точной фразы, чтобы объяснить, как сильно он уязвлён, ужален в самое сердце! Прослезившись, с чувством ковырнув ещё одну чешуйку на подбородке, Румпельштильцхен поднёс бутылку с оставшимся виски ко рту. Только градусное пойло способно утишить его боль.
Тем временем Франкенштейн возился около горшка, и, скорбно глядя перед собой, Тёмный решил, что должен отомстить. Вот только выбрать достойный способ мести он никак не мог. Закупорив бутылку, Румпельштильцхен встал, чтобы поставить её на стол. Пол приятно холодил пятки, и, пошатнувшись, ухватившись рукой за стол, чтобы удержать равновесие, маг радостно вскрикнул:
- Нашёл! Нашёл!
Ему удалось водрузить бутылку на стол. И, упираясь в него обеими ладонями, Румпельштильцхен из-под свесившихся на лицо волос ликующе посмотрел на Виктора. Тот вроде уже сделал все свои дела. Теплота на кончиках пальцев нарастала, обещая, что план мести будет выполнен самым лучшим образом. Румпельштильцхен отпустил столешницу, сделал неверный шаг назад, плюхнулся на кровать и драматично вскинул руки:
- Я Т-Тёмный! Надо мной шу…шу…шутковать нельзя!
Дымок с его когтей принял форму серебристого шарика, рванулся к доктору Вейлу, завис над его головой, лопнул… и окатил его волной холодной воды. Румпельштильцхен удовлетворённо захихикал, снова поднимая на кровать ноги и обнимая их руками. На сей раз это далось ему с большим трудом.
- Т-ты был слишком пьян, - словоохотливо объяснил он причину своих действий. – И… и п-посмеялся надо мной. Это нехорошо, др-ружочек! Но т-теперь всё хорошо, - и, сделав этот замечательный вывод, Румпельштильцхен широко зевнул, да так сладко, что у него аж слёзы выступили в уголках глаз.
- Т-тебе же не холодно? – заботливо поинтересовался он у Франкенштейна, ёрзая на кровати, чтобы сесть удобнее. Казалось, что, свернись Тёмный калачиком, он займёт не больше половины всей постели, и то устроится с удобствами.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

113

Мелькнувшего за спиной мага доктор ни капли не стеснялся. Вейл не кисейная барышня, прячущая даже от своего отражения в зеркале обнажённые участки относительно невинного тела. Франкенштейн бы постеснялся, а Вейл был улучшенной версией консервативного учёного, к тому же отведал крепкий напиток. Не разоблачался же он перед могущественным магом донага, всего лишь справлял естественную надобность и при этом заливисто смеялся. Волшебный горшок, как показывал ранний опыт взаимодействия с ним, очищался сам и приводил в порядок того, кто его использует, так что.. испачканных брюк быть не может как и окрапленных не святой, и не водой, ботинок.
Провозившись со всем достаточно долго, доктор поправил халат, проверил, опрятна ли его одежда, и с широкой улыбкой на лице повернулся к своему волшебному коллеге по застолью.
— З-заждались? — он увидел как маг увалился на кровать, потешно вскинув свои когтистые руки. Виктор не удержался от довольно громкого смешка, а потом вздрогнул от невесть откуда взявшейся воды, пролившейся ему, доктору, на голову и плечи. Ледяная! Вейл сразу прекратил веселиться. Он смотрел на хихикающую ящерицу из-под налипших волос и облизывал влажные губы.
— Шутковать над вами нельзя? — с волос капала вода. Она же промочила верхнюю часть халата и майку под ним. Доктор признавался не так давно, что ему жарко здесь, но было это из-за эффекта одного из паршивых зелий. Теперь стало холодно и совсем не смешно. Стащив с себя халат и оставшись в майке и брюках, доктор повесил промокший больничный атрибут на спинку стула, хотя очень желал швырнуть мокрую вещь в хохочущего мага. Тот смеялся до слез, лепетал что-то про нехорошо и хорошо. Доктор злился на него, но согласился простить ему шалость. Бутылку с виски он больше не тронул. Сняв ботинки, стряхнув с брюк капли попавшей на них воды, доктор подошёл к постели и лёг на бок, на самый край, спиной к сладко зевающему магу. Уголок одеяла, что успел вытянуть из под чешуйчатого тела, доктор накинул себе на плечи, ворча бледными губами.
— Не холодно, господин Штильцхен, — от мокрых волос на подушке останется влажный след. Не велика печаль. Это его постель, не мага. Тот пусть и дальше вьется и хохочет, досадив деловому партнёру. Доктор сморгнул капли с ресниц, чувствуя сожаление от того, как быстро закончилось веселье. Оно хотя бы не позволяло думать о клетке, о плене и о том, что отсюда нет выхода.
Мокрый озябший хомяк вжался щекой в тощую подушку и закрыл глаза.

Отредактировано Dr. Whale (2022-09-27 19:46:30)

+1

114

Румпельштильцхен очень скоро перестал веселиться. Во-первых, доктор вернулся и обиженно улёгся на кровать спиной к своему собеседнику. Не оценил шутки! Ну, кто бы сомневался, рассуждал Румпельштильцхен, лениво почёсывая пальцем во встрёпанной шевелюре. Это они сами шутить горазды, а как ответ получат, недовольные ходят. Во-вторых, приступ веселья у Румпельштильцхена без должной подпитки спиртным сменялся тихой меланхолией. А выпил он явно недостаточно.
Тёмный попытался магией подозвать бутылку к себе, но та даже не дрогнула. С минуту он смотрел, моргая, на собственные пальцы, затем вспомнил, что волшебство у него теперь дозированное. Тяжело вздохнув, Румпельштильцхен припомнил ещё кое-что. Бэй! Утром они договорились встретиться, и если магия не вернётся в нужном объёме, выйти отсюда не получится. Бэй забьёт тревогу, узнав, что Румпельштильцхена никто не видел со вчерашнего дня, а лавка закрыта. И если в поисках отца сын спустится в подвал розового особняка… При мысли об этом холодные щупальца ужаса обвились вокруг сердца Румпельштильцхена. Он обхватил прутья, и, трезвея с каждым мгновением всё больше, терпеливо дождался теплоты на кончиках пальцев. А затем употребил магию на то, чтобы попытаться раздвинуть прутья. Бесполезно: дымок всосался в них, но чёртова решётка, сколько бы её ни тряс Румпельштильцхен, даже не дрогнула.
Тоскливо обведя взглядом обстановку хомячьей клетки, Тёмный прекрасно понимал, как трудно будет объяснить Бэю, что тут вообще произошло. Скорее всего, сын сразу всё поймёт: он знал своего папу буквально наизусть, вплоть до мельчайших изменений в лице и тоне. До чего же скверно всё выходит!..
Полный грустных мыслей, Румпельштильцхен тоже улёгся на кровати в позе эмбриона, подтянув острые коленки к подбородку. И подумал, что надо всё-таки измениться, хотя бы немного. Доктора он больше мучить не станет; осталось только придумать, что с ним вообще делать. Здесь фантазия Румпельштильцхена, обыкновенно богатая на изощрённые мучения и пытки для провинившихся, давала сбой. Стереть память? Вытолкнуть за границу города? Пожалуй, неплохие варианты, хотя при мысли о них Румпельштильцхен ощущал странное непонятное чувство. Не сожаление, не сочувствие, не жалость. Скорее нежелание выкидывать кусок своего прошлого, которое он делил, в числе прочих, и с доктором Франкенштейном.
Заснул Румпельштильцхен не сразу. И спал беспокойным сном, ворочаясь и раскидывая руки. Ему снилось, как Бэй уходит прочь, говоря, что с таким злым и преступным отцом не желает иметь ничего общего. А он, Румпельштильцхен, в слезах тянет руки вслед, уверяя, что исправится, больше не будет, умоляя простить его…

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

115

Доктор уснул сразу, как голова коснулась подушки. Его не беспокоило присутствие Румпельштильцхена рядом, пакостливо посмеивающегося и загребающего когтистыми пальцами воздух. Стоило признать, что маг приносил некоторое умиротворение, находясь здесь же, в запертой клетке. Пленитель и пленник не только дышали одним воздухом, они пили из одной бутылки и спали теперь на одной постели, не опасаясь мести со стороны друг друга. На краю спящего сознания доктора заворочалась мысль, а что если маг все-таки куда гуманнее него самого? Не применял физическое насилие, только отвечал в своей манере на выпады человека. Совесть услужливо нарисовала образ Румпельштильцхена, плачущего от страха в тёмной комнате в больнице, то были настоящие слезы и они вызывали у доктора совсем не жалость, а желание продолжать пугать и причинять боль. Ради брата и того, чтобы вернуться домой.
Сон на несколько мгновений отступил, ведя к пробуждению, которого доктор сейчас больше всего не хотел. Он открыл глаза, ясно понимая - дома больше нет. Ему придётся жить здесь всегда, пока жизнь не закончится. Если выберется конечно отсюда, из когтистых лап Тёмного мага. Доктор оглянулся на него, лежащего как ребёнок. Раскинутые в стороны руки, одна из которых тянулась к решётке, говорили о беспокойном сне. Всё же снятся могущественному магу образы, он видит картины из жизни и доктор пожелал ему увидеть что-то похуже, пока поднимался с постели.
Домой не вернуться. Доктор пропал, однажды исчез и никто не знал, где его искать. Если бы нашли, обвинили бы в смерти отца - главы славной семьи Франкенштейн. Обвинили бы в том, что случилось с братом, ведь Герхард все-таки умер, его посмертное существование назвать жизнью никто бы не решился. Заслуживал ли доктор этого? С одной стороны да, а с другой, он преданно служил науке, рискуя ради получения новых открытий.
В тишине, царящей в тёмной клетке, он подошёл к столу и накинул на плечи халат. Бесшумно открыл больничный чемоданчик, слишком яркий, по большей части пластиковый, не такой, каким был его верный спутник с инструментами. Вынул скальпель и повернул его в пальцах, осматривая чистое острое лезвие, не пригодившееся ему здесь.
Домой Румпельштильцхен его не вернёт. Неизвестно, выпустит ли отсюда. Доктор пребывал в своих мрачных мыслях и светом для него было холодное сияние металла в руках. Присев за стол, Виктор поднёс острие скальпеля к своему горлу, прекрасно зная, как один единственный разрез спровоцирует сильный поток крови, которая не остановится, пока не ослабнет давление для её перекачки. Всё, даже тело доктора, подчинено законам. Их не преодолеть, они есть и с ними нужно считаться, иначе ты невежда. Или трус, у которого холодеют губы и дрожит рука, потому что неизвестно, наступит ли завтра, и умереть, бесславно, безвестно, чертовски страшно.
Дрогнувшее в пальцах лезвие царапает кожу и капля крови выплывает из-под холодного металла, темнея как осколок драгоценного камня.

+1

116

Ближе к утру Румпельштильцхену начало сниться другое. Линька. В Зачарованном Лесу он справлялся с этой напастью при помощи магии, но для того, чтобы аккуратно поменять всю старую чешую на новую, требовалось израсходовать довольно приличное количество этой самой магии. В сказочном мире Тёмный её не жалел; во сне он находился в другом месте, волшебства на быструю замену старой чешуи новой не хватало. Румпельштильцхен сердито чесался, пока не охнул от боли и не замер, чувствуя, как струится кровь по обнажённым лопаткам. И пока не увидел на ладони лоскут содранной кожи…
Тогда он и проснулся. Медленно приподнялся и сел, чувствуя, как зудит всё тело. Во рту было поганое ощущение, словно пососал дверную ручку. Голова ощутимо побаливала. В желудке разверзлась бездонная пропасть. Хотелось в туалет, но слабость в руках и ногах уговаривала остаться и испортить хомяку кровать. В довершение всего и сам хомяк – простите, доктор Вейл, он же уважаемый деловой партнёр Виктор Франкенштейн – обнаружился за столом со скальпелем у горла. «Совсем дурак, что ли», - это было первой мыслью, промелькнувшей в уме слегка обеспокоенного Румпельштильцхена. Вслух он, прочистив горло, буркнул:
- Утречка, дорогуша, - и продолжал звонче и ехиднее, - если ты собрался безвременно уйти из жизни, будь добр, повремени, пока ко мне магия целиком не вернётся. Я тут сидеть с твоим остывшим трупом в обнимку не желаю.
Румпельштильцхен всё-таки заставил себя слезть с кровати - оставшись, он бы не только хомячью кровать испортил, но и свои замечательные штаны. Ожесточённо почёсывая подбородок, с которого чешуйки уже лезли клочьями, а заодно и правую щёку, Румпельштильцхен прошлёпал босыми ногами к горшку. Спустил штаны, стоя задом к Виктору, сделал свои дела и, уже застегнувшись и кинув в горшок собранные с лица чешуйки, снова заговорил:
- Ты не такой компактный, как тот бывший здоровяк… как бишь его… Джон Доу? Просто Джон? Поэтому ловко закинуть твой бездыханный труп в горшок и замести следы у меня не выйдет, вот в чём проблема, - разглагольствуя и не выказывая ни малейшего раскаяния по поводу «Джона» или сочувствия по отношению к доктору, Румпельштильцхен вернулся на кровать и стал расстёгивать жилет. Придётся линять здесь, чесаться руками, а не скребком, и не содрать бы когтями кожу, как во сне.
- Опять-таки я мог бы тебя уменьшить и избавиться от трупа, - пуговицы с трудом выскальзывали из петель, но не рвать же их, - но у меня, как я уже говорил, магия барахлит. Придётся тебе самоубиться как-нибудь потом, в более, - Румпельштильцхен причмокнул языком и округлил глаза, отчего они стали ещё более выпуклыми и блестящими, - скажем так, благоприятных обстоятельствах. А пока что будь добр, ешь кашу, пей виски или воду, что хочешь, только не мешай мне заниматься делом!
С этим напутствием Румпельштильцхен снял жилет и отложил в сторону. Ему не терпелось стащить рубашку и всласть почесать спину, грудь и живот, собирая отслоившиеся чешуйки в ладонь. Главное – чересчур не увлечься.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

117

.. Если ты собрался безвременно уйти из жизни.
Доктор сомневался, вот в чем была его проблема и главная ошибка. Полосни он по своему горлу лезвием минутами раньше, не слышал бы легкомысленного «утречка, дорогуша». Его остекленевшие глаза смотрели бы на решётку возле постели, слепо видя сквозь прутья недосягаемую свободу.
Пробудившийся маг, всё ещё чешущийся, сбивал доктора с толку и он, поджав губы, медленно отвёл от горла лезвие. Даже отбросил его, увидев на блестящей поверхности собственную кровь. Стал лихорадочно ощупывать горло и испуганно смотреть на мага, который непринуждённо сходил в туалет.
— Обнимать меня не нужно. Вам вряд ли пришлось по душе такое зрелище, — Виктор наметил нить разговора, прочистил горло и заткнулся, едва начав говорить. Сколько ещё Румпельштильцхен будет поминать выброшеное в волшебный горшок тело бедного Джона?
— Джон Доу. Да. Глумитесь сколько вам угодно. Я дал ему имя, безымянному человеку. Я провел с ним последние мгновения его жизни, пока вы.. Вы.. Пугали меня, обходя клетку, а потом и вовсе застряли в прутьях. Да прекратите чесаться! Что с вами?
Маг вернулся на кровать и стал расстегивать жилет. Доктор изумленно поднял брови, медленно поворачиваясь на стуле.
— Что вы сказали? Магия целиком вернётся? Так вы.. — и тут он понял, почему Румпельштильцхен пятился от него и угрожал скальпелем. У могучего мага закончилось волшебство, как тогда в лесу. В лесу эта заминка позволила доктору и людям поймать его и пленить, но здесь.. Вейл нервно засмеялся, качая головой.
— Вы разыгрываете меня. Проверяете. Сказав, что у вас нет магии, вы надеетесь на враждебность с моей стороны? Думаете, я возьму инструменты и продолжу то, чем занимался с вами? Нет, нет, мистер Голд. Я уяснил, как плохо после такого бывает. Вы не мой подопытный. Я не трону вас, разве что.. взгляну.
Профессиональный интерес не пропьешь. К чешущемуся магу доктор подсел, протягивая к бывшему деловому партнёру руки. Взявшись за края его рубашки, приподнял её, не расстегивая. Чешуя, эти мелкие жёсткие вкрапления его кожи, активно отслаивались, некоторые пристали к одежде. Так вот от чего Румпельштильцхен возился всю ночь и чесался вечером. Доктор вспомнил снятую с его губы чешуйку. Тот образец остался в больнице, надёжно запертый Вейлом в лаборатории с пробирками ящеричьей крови. Увы, образцы вероятно пришли в негодность, ведь проследить за ними некому. Доктор огорченно выдохнул, но воодушевился новым занятием.
— Раздевайтесь. Посмотрим, — в его руках появился пинцет. Рубашку мага доктор оставил в покое, давая тому возможность раздеться самому. Не начал бы только метаться в испуге, хотя Виктора подкупали вытаращенные глаза, он любовался ими.
— Хочу признаться вам, господин Штильцхен. Вы подогреваете мой интерес, ничего специально для этого не делая. Просто живёте, дышите. Линяете. Я же готов не смыкая глаз, не отдыхая, исследовать новое. Сейчас это вы и ваш процесс обновления кожного покрова. Я хочу увидеть. Покажите мне, как выглядит ваше тело. Я.. Настаиваю. Пожалуйста

Отредактировано Dr. Whale (2022-09-28 21:47:29)

+1

118

- Может, и разыгрываю, может, и проверяю, - пробурчал Румпельштильцхен, не глядя на собеседника и очень постаравшись, чтобы заорать только внутренне. Оказывается, Франкенштейн всё-таки не понимал! После всей демонстрации беспомощности, которую развернул перед ним Тёмный, не понимал! Да и сейчас не слишком-то соображает, что чешуйчатый мучитель в его, доктора, власти. Впрочем, несмотря на слабость, на кое-какую магию вроде обливания холодной водой Румпельштильцхен ещё был способен. Так что Франкенштейн поступал правильно, не кидаясь мстить бывшему деловому партнёру.
Но не всё было так просто и кристально ясно.
- Чего это вы взглянете? – вновь насторожился Румпельштильцхен, когда доктор подсел к нему на кровать и взялся за рубашку. Хотел уже оттолкнуть любопытного эскулапа и с ногами взобраться на постель, отмахиваясь от пинцета. Но затем Румпельштильцхен пристальнее всмотрелся в физиономию своего персонального хомячка и приподнял брови с чем-то вроде лёгкого удивления. Судя по всему, Франкенштейн ничего ужасного не планировал, и того маньячного блеска в его светлых глазах, который так испугал Румпельштильцхена в больнице, не было.
- Значит, я представляю для вас научный интерес, но резать меня вы передумали, - смешок получился немного фальшивым, потому что слишком уж много страха и ужаса Румпельштильцхену довелось испытать в тёмной каморке Виктора. – Ладно. Поможете мне почиститься? Я должен сбросить всю чешую, чтобы новая побыстрее выросла. И пока старая на мне, она адски чешется, - пожаловался маг, расстёгивая рубашку.
Сняв её, он повернулся к доктору спиной, где чесалось сильнее всего. Худая спина с торчащими лопатками выглядела обманчиво беззащитной, как и весь Румпельштильцхен без своей трёхслойной одежды, которая делала его больше и плечистее. Чешуйки на толстой тёмной коже поблёкли и местами почти отслоились, держась только на честном слове, а местами их ещё надо было аккуратно отколупнуть.
- Надо собрать и в горшок выкинуть, - Румпельштильцхен слегка поёжился, поводя лопатками и мечтая только об избавлении от мучительного зуда. И конечно же, испытывая сильную неловкость, хотя доктор Вейл был, в конце концов, врачом, пусть и с ненастоящим дипломом. Но сам себя Румпельштильцхен, памятуя о недавнем сне, чесать передумал.
- Учти, дорогуша, - на всякий случай предупредил он доктора, - хоть магия моя и сбоит, но на то, чтобы тебе хорошенько наподдать, её хватит. Поэтому, пожалуйста, никаких резких движений.

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1

119

— Я взгляну, простите мне мой интерес, — доктор согласился умерить настойчивость, с которой он так рьяно хватался за объект изучения. Он положил руки на колени и зажал пинцет в кулак, дожидаясь, пока тёмный маг разоблачится сам. То было поистине волнительное зрелище: Румпельштильцхен сначала испугался, нужно быть слепым, чтобы не заметить явных в нем перемен, и успокоился, переключая внимание на свою проблему. Доктор ему сейчас не помеха, ведь он готов с замиранием сердца ловить каждое новое движение удивительного создания, и пусть это создание его давний знакомый.
— Резать я вас и не хотел. Это был порыв, за который мне.. неловко. Я в первую очередь учёный и только потом врач. Вы.. Я раньше не представлял, насколько удивительно на вас отыгралась жизнь. Вы человек, определённо человек, по строению тела, расположению внутренних органов, но вы покрыты чешуей как у рептилии. И ваши глаза, — доктор всмотрелся в них, бездонные и тёмные блюдца. — Я такого никогда не видел.
Последнее он проговорил тихо, чувствуя как сильно сжимает в ладони пинцет. Металл нагрелся от кожи и почти слился с ней, впиваясь. Обнажённая спина мага представляла необычайное зрелище, во-первых Румпельштильцхен будто сразу стал меньше, без своих вычурных одежд он выглядел.. просто, но не жалко. Бывают люди такого телосложения, их острые лопатки выступают как крылья, готовые прорвать кожу, видны позвонки, голова на тонкой шее держится нелепо. Мага же тот образ не касался.
Во-вторых, чешуя была живой. Она менялась прямо сейчас и доктор вскинул руку с пинцетом, хватая отходящую чешуйку и удаляя её. На тёмной спине Румпельштильцхена таких образований было множество. Волшебный горшок со всем справится, доктор взглянул на него и занялся делом, осторожно отделяя чешуйки пинцетом и складывая их себе в ладонь.
— Чешется значит. Как сильно? Если представить, что десять это невыносимо сильно, а, допустим, два это едва различимый зуд. Можете сказать, я хотя бы представлю. У меня чешуи нет, — ещё несколько отделенных чешуек легли в его ладонь, и все же Виктор не удержался. Взяв пинцет покрепче, он осторожно провел его сжатыми краями по зудящей чешуйчатой коже, почесывая те места, откуда успел снять несколько фрагментов чешуи. Даже у самого зачесалось между лопаток.
— Ничего я вам не сделаю. Успокойтесь. Могу сделать вам холодный компресс, после того как закончу с вашей спиной. Можно потрогать? Чесать воспаленную кожу дурная затея, однако я согласен почесать вам спину, — пинцет он положил с собой рядом и, сидя на краю постели, протянул руку с чешуей к горшку. Тот поглотил все до единой, делая чистой и себя и зависшую над ним руку. Интересный способ утилизации биоотходов..
Снова взявшись за пинцет, доктор дотронулся пальцами другой руки до плеча мага, осматривая несколько вросших в кожу чешуек. С этими придётся повозиться, или подождать, пока они послушно вылезут сами. Кожа под пальцами была тёплой, даже горячей, ломая все представления о хладнокровных ящерицах. Доктор тронул большим пальцем выступающую лопатку и поинтересовался.
— Вы испытываете неловкость. Потому что я врач или потому что вам не даёт покоя то, как я с вами обращался? Бояться не стоит. Я не испытываю злости и могу сосредоточиться на работе. Мне и правда жаль, что меня никто не остановил, когда сам я не мог.

Отредактировано Dr. Whale (Вчера 21:13:28)

+1

120

- Жизнь на мне отыгралась? – Румпельштильцхен с интересом выслушал эту речь доктора. Тот, разумеется, понятия не имел, что когда-то могущественный Тёмный маг был таким же простым смертным, как и он сам. И говорить об этом Румпельштильцхен не планировал. – Да, должно быть, я кажусь интересным… образцом, - употреблять это слово в отношении своей персоны Румпельштильцхену не понравилось. Он выразительно поморщился и продолжал:
- Я бы даже согласился дать вам кровь и чешуйки на исследование. Если бы вы только попросили. Я предлагал вам сделку, миллион сделок, чтобы освободиться, и я сдержал бы слово. Я всегда чту свои соглашения. Ну да ладно, что об этом говорить, - оборвал Румпельштильцхен сам себя, не желая, чтобы слово за слово – и доктор вспомнил своего драгоценного братца. Ещё вырвет за такое Тёмному несколько кусков кожи вместе с чешуёй. А теплоты в пальцах ещё не чувствовалось – магия запаздывала, даже бытовая.
- По вашей шкале где-то девять, - пробормотал Румпельштильцхен, аккуратно снимая когтем чешуйку с руки. Вот ещё целое созвездие чешуек сошло легко и просто, и, почёсывая обнажившуюся кожу костяшками пальцев свободной руки, Тёмный немного отвлёкся от спины. Тем временем доктор почесал ему пинцетом между лопатками, и Румпельштильцхен даже прикрыл глаза от удовольствия.
- Холодный? Да, если можно, - мысль о чём-то холодном на зудящей спине была как подорожник к ране. – Или… может быть, спиртом обработать? Смотрите сами, вы же у нас врач, - криво улыбнулся Румпельштильцхен, поддевая ещё пару чешуек. Словно мелкую рыбину чистил когтями. До чего же причудливое это проклятье, превратило его в некий гибрид человека и рептилии. Недаром Крюк, будь он неладен, прозвал своего заклятого врага «крокодилом».
Откровенно говоря, почёсывания Виктора заставили мага напрячься. Закусить губу и очередной раз вспомнить, что, в числе прочего, мистер Голд поэтому не любил врачей. Они заставляют тебя раздеться и ощутить себя беззащитным, как если бы снял привычную броню. А на Голда, равно как и на Румпельштильцхена, чувство беззащитности навевало страх. Где-то на уровне подсознания. Может, потому он так и прятался за толстой кожей, за тройным слоем одежды и за мнимой своей самоуверенностью.
- Вам жаль, - Румпельштильцхен сосредоточился на том, чтобы полностью очистить свою левую руку до локтя. Он старался делать это так, чтобы не мешать Франкенштейну чистить спину. – Верится с трудом. Но я бы не хотел говорить об этом. Лучше расскажите что-нибудь интересное о рептилиях. О ящерицах, крокодилах пучеглазых, - Румпельштильцхен издал смешок – словно звякнул маленький колокольчик. И протянул доктору, не глядя, собранные с руки чешуйки. – Ну, или объясните, почему у вас мир был чёрно-бе…
Румпельштильцхен досадливо прикусил язык. Нельзя напоминать Франкенштейну о том мире, а значит, и о брате!

[nick]Rumplestiltskin[/nick][status]золотая морда[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/1359/t508698.gif[/icon][sign]---[/sign]

+1


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » Time to pay