пост недели от Behemoth
Карнавалы в Венеции всегда были превосходны в глазах Бегемота. Он старался их не пропускать, ведь это была особая атмосфера. Читать далее...
Ждем новый выбор Карвера!
Бар верит, что ты напишешь пост! Сегодня!
Октябрь - время постов!

Crossbar

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » 《 i'm in it with you 》


《 i'm in it with you 》

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/932340.png[/icon][nick]Mei[/nick][lz]<div class="lz"><fan>rc: legend of the willow</fan>на холм могильный <br> принес не лотос святой, <br> а простой цветок.</div>[/lz][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Мэй</a>[/nm][status]абсолютная неведьма[/status][sign]THEY TRIED TO TELL ME I WAS LOST IN THE FOREST LIKE A CUB WITH NO MOTHER WHEN I ACTUALLY WAS WHERE I WANTED
DON'T SHOW YOUR FACE THEY'LL LOCK THE CAGE IF YOU'RE AN EASY MARK

https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/387595.png
BITE OFF THE VENOMOUS HEAD FOLLOW THE CHEMICAL SCENT LOOK FOR THE HOLE IN THE FENCE
TAKE EVERYTHING YOU DEMAND FAST AS YOU CAN AND
run for your life

[/sign]

https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/974244.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/66947.png https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/99904.gif

Отредактировано Wen Qing (2021-10-03 11:44:54)

+1

2

[nick]Mei[/nick][status]абсолютная неведьма[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/932340.png[/icon][sign]THEY TRIED TO TELL ME I WAS LOST IN THE FOREST LIKE A CUB WITH NO MOTHER WHEN I ACTUALLY WAS WHERE I WANTED
DON'T SHOW YOUR FACE THEY'LL LOCK THE CAGE IF YOU'RE AN EASY MARK

https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/387595.png
BITE OFF THE VENOMOUS HEAD FOLLOW THE CHEMICAL SCENT LOOK FOR THE HOLE IN THE FENCE
TAKE EVERYTHING YOU DEMAND FAST AS YOU CAN AND
run for your life

[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Мэй</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>rc: legend of the willow</fan>на холм могильный <br>принес не лотос святой, <br>а простой цветок.</div>[/lz]

— Кажется мёртвая. Не видно чтобы дышала.
— Думаешь, подстрелили? Да, нет, брось. Будь это тушка, при таком-то солнце уже бы пошёл душок. Они и без того дурно разят лесной сыростью.
— Говорю тебе, даже ухом не дёргает. Вокруг столько шума, а она без реакции.

Отчётливо различив беседу застопорившихся мужчин, ростовщик схватился за кривую палку, какой обычно доставал товары, подвешенные под потолок своего лотка. Скептицизм возможных покупателей был ему вовсе не на руку, а в промысле диких тварей был существенный минус. Пусть прибыль от них была обычно удовлетворительной, но и спускать на пропитание той самой животины приходилось немало, даже если их рацион состоял из хозяйских объедков. А эта зверина ещё и носом крутила, отказывалась есть, что спало с купеческого стола. Ей же хуже. Если сегодня-завтра не продастся, отправится прямиком к кожевнику. Впрочем, рано или поздно там ей и оказаться.

— Подходи, господин, сам убедись! Живее всех живых, а мех-то какой лоснящийся! Будто сам живой огонь! — закалённый хвалебными речёвками собственному ассортименту, пузатый торгаш принялся что есть дури колотить по плетению из крепкого зрелого бамбука. А когда ему показалась мало, вовсе повадился проталкивать наконечник трости промеж прутьев, не щадя нежное лисье тело. Увесистые тычки и удары приходились на спину, по бокам и по лапам. — Экий славный воротник из неё выйдет!

[indent] Обессиленная лиса строптиво зашевелилась, в тщетной попытке прижаться к противоположной раме тесной клетки, чтобы хоть немного улизнуть из-под нещадных выпадов, наверняка оставлявших на коже багровеющие синяки.


Всё больше ей казалось, что выбрать родной звериный облик для путешествия было сомнительной идей, хоть и на момент принятия решения преимущества перевешивали. Юркое рыжие тело способно пролезть и остаться незамеченным, гарантировать куда высший шанс на спасение, если нависнет очередная угроза, да, и попасть на корабль в качестве контрабанды, а не беглянки имело больше резона.

Подумать только. А ведь ещё прошлым летом она не могла мыслить ни о чём ином, как о предстоящем тогда мидзуагэ, обряде вступления в мир взаимоотношений мужчины и женщины. По его свершении, ученица окия, именуемая мейко, становится полноценной гейшей. Иронично, что именно та волнительная ночь в последствии и обернулась раскалённым базальтовым камнем, что выскользнул из рук Бэндзайтэн и разбил глиняный кувшин, воплощающий собой судьбу Мэй. Разбил вдребезги, на кусочки не способные не только быть наново быть склеенными, имитируя кракле, но и невозможно быть собранными воедино в фигуру сосуда. Те осыпались в тлеющие угли, на которых неспешно согревался кувшин, внезапно объяв битое высоким пламенем. Да, и гори оно всё.

С тех пор прошло около года, половину из которого Мэй провела в деревне клана синоби, обучаясь грамоте теневых воинов, боевым премудростям ронина, пассам магии и природе ёкаев. Науки, которые вовсе не под стать актрисе, которой она так мечтала когда-то стать, ведь ничего больше просто не знавала. Что правда, кое-что всё же сбылось и некогда грёзы о чести выступать в дворце сёгуна стали явью. Отчасти. Ведь на момент её блестящего выступления, пусть и воспитанная гейшей, девушка уже являла собой куноити, вышедшей на контракт. Одновременно фигурируя нанимателем и частично исполнителем.   

Некогда грезившая о почтительном шансе жить в свете высших чинов, служить им своей красотой искусства танца и песен, познав желчь дворцовых сводов, майко окончательно разочаровалась. Потеряла последние ориентиры и путеводные звёзды на небосклоне вмиг угасли для её глаз. Мэй не представляла своей жизни дольше, чем самовозникшая цель прервать кровопролитную ленту, тянущуюся за ней с первого младенческого крика.

Ей так хотелось верить, будто уничтожение привратника, сотрёт скрытую проклятую печать с её левой ладони. Навсегда раскрошит невидимый сверхъестественный ключ и не позволит вратам Нараки отныне быть под угрозой отвориться демонами ó‎ни и рэйку. Однако, побеждённый, он лишь сболтнул нечто о Бессмертной в окрестностях Луаньцзан. И удивлению Мэй не было конца, когда конец пути вовсе таковым не оказался. Он лишь наметил следующую цель и ею были земли Китая.
Понимая, что гибель предводителя отвадит кровожадных ó‎ни, потерявших организующие звено, она могла быть спокойна в убеждении о том, что гонение кицунэ прекратится. Но так же не была обделена достаточной смекалистостью, чтобы оценить это время лишь периодом, который не допустимо растрачивать попусту.

Момент расставания неожиданно представлялся ей труднее, чем случился на самом деле. Дзёнин Такао принял платой за контракт таинственный фамильный медальон, доставшийся ей от матери, через приёмного отца. Кадзу засвидетельствовал успешность сделки. Услышав о намерении девушки отправляться в путь в одиночку, синоби лишь несколько раз настойчиво предложили помощь, но осознав бесполезность попыток отговорить упрямую лисицу, покорно вернулись к своему убежищу. Вслед за ними отправилась и ёкай Сино-Одори, уже многие годы делившая с ними соседство. Она дала обещание Мэй приглядывать за кланом ниндзя, научившись быть чуть более человечной. Что до Macaмунэ Apaи, который обязывался долгом сэппуку, он ответил неоднозначно об успехе Пути Мести и скрылся в дороге ещё до того, как кицунэ ухитрилась бы выведать подробности его дальнейшей судьбы.

Что до своей собственной - Мэй не могла даже предположить свою будущую участь. Брать кого-то из них в путь с собой Мэй отказалась категорически, и без того злоупотребив сочувствием каждого из повстречавшихся ей доброхотов.

Пусть привратник был уничтожен, это не означало что охота на кицунэ наконец одномоментно прервётся. Рассредоточиться, ослабнет и всё же, равно или поздно кто-то из них вновь возжелает отыскать тот самый чёртов ключ, что она долгие восемнадцать лет бессознательно носила на теле. И если бы Мэй знала наверняка, что её смерть навсегда уничтожит причудливую печать, то без сомнений совершила саморасправу. Слишком много крови текло за её поступью и невыносимый метал отравлял.

Кристально-чисто уразумить молодой лисице можно было лишь одну истину —
  [indent]  [indent]  [indent] ЕЁ СУДЬБА ОТНЫНЕ ВЕДЁТ К ГОРЕ ЛУАНЬЦЗАН.

Добраться до островной провинции из южной первым же подходящим обозом не составляло проблем, а проникнуть в торговый порт и дать себя словить контрабандистам было незамысловатым планом. Лисье тело выносливее и инстинктивно куда отзывчивее, чем человеческая плоть.
[indent] Так кто же я на самом деле? Человек, обрёкший умение быть оборотнем? Лисица, слишком долго носящая неродное тело?
Бесконечное терзание разъедало изнутри. Она снова оказалась совершенно одна.

Так, благодаря малоуспешным медитациям, мейко все же удалось принять животный образ и оставить берега Японии позади, вместе со всем, что ей доводилось когда-то знать. Всем тем, что она когда-либо любила или презирала, покорно терпела или училась противостоять. Майко вновь оказалась в бегах, но не от самой себя, а во благо всех вокруг.


https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/245766.png  [indent] https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/393904.gif  [indent] https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/940334.png
К ВИШНЯМ ЦВЕТУЩИМ ПЛЫВУ.
[indent] ВЕСЛО ЗАСТЫЛО В РУКЕ.
[indent]  [indent]  [indent] ИВЫ НА БЕРЕГУ.


Ещё не начала своё цветение хиганбана, а водяные лотосы буйствовали своим несравнимым изяществом. Осень в этом году окажется поздней, пусть календарь уже и начал отсчитывать её первые ещё горячие дни.

С момента прибытия на чужбину миновало две несносно мучительные ночи. Истощение и истязания давали о себе знать, когда вскрылась очередное затруднение. Мэй всё никак не удавалось вернуть свой человеческий облик. Первозданный главенствовал, ощущая страх перед неизведанным. Запахи и цвета, места и полное отсутствие ориентирования выбивали лисье чутьё. Не делало лучше и внезапное понимание о том, что человеческая речь потеряла свою наполненность. Китайский язык был ей неведом. И даже поле обращения, как объясниться? А если трансформации не последует и вовсе? Могла ли она навсегда застрять в огнянной шкуре?

Не представляя иного разворота событий, Мэй принялась ждать. Накапливать. Ей требовалось вернуть контроль не только над собственным разумом, но и телом, чтобы наконец суметь воспользоваться магией и найти способ вызволить себя из претящей клетки. Кроме того, раскывать себя, как ведьму тоже было непозволительным. Всё, что кицунэ оставалось - покорно ждать верного момента, открывающего путь к побегу.
И он произойдёт обязательно.

[indent] Проникновенные глаза золотых вкраплений на пленительном гранате вспыхнули яростью, когда палка угодила по бедру левой лапы. Лисица выгнулась в сковывающей боли и издала затяжной жалобный визг, стремительно сменившийся угрожающим оскалом. Из едва скопившхся крапинок силы, она не сумела оставаться хладнокровной, когда была растревожена кровоточащая рана. Сливающаяся рыжим пышущим сгустком, она стала биться о прутья клетки, раскачивая ту из стороны в сторону на потеху скапливающихся зевак.
Впрочем, энергия покинула её тельце столь же скоро, как заискрилась. Опрокинувшись навзничь, зачастившее сердечко только и знало, что заставлять Мэй быстро и глубоко хватать разинутой пастью воздух.

Отредактировано Wen Qing (2021-08-23 23:14:17)

+1

3

https://a.radikal.ru/a02/2103/b8/293a46af7d3e.png

Who cares about the crowded, broad road?
I’ll walk the single-plank bridge into the night.

 
И вновь его одинокой, крутой дорожкой судьба спроваживала в призрачное ущелье.               
               B темных волосах гулял ветер, волнуя алую ленту под перезвон колокольчика висящего на ослиной шее. Он и Яблочко держали путь на Луанцзан. Вдвоем им идти было не скучно, да и Яблочко был не против прокатить своего хозяина на спине, за что тот наигрывал ему трели на магической флейте. Рождаемая из его дыхания музыка летела к древесным кронам и устремлялась дальше к лазурным небесам в надежде быть услышанной тем, кто проживал в туманных далях прямо у истоков облаков. Разлучиться с ним не значило проститься со всем, что связывало их до дня расставания на верхушке холма. И хотя благословленный тьмою заклинатель заранее ведал о необратимости подобного исхода, сердце его омывалось жгучей тоской по песни Его гуциня и по взгляду, что всегда красноречиво давал понять: «ты не одинок». Убедить себя в полном равнодушии к его возвышенному изяществу получалось лишь с опаляющей края глаз горечью, но так было просто необходимо. Так было правильно — об этом твердила вся собравшаяся в душе доброта, что капля за каплей сливалась в одно понятие благородства подобно дождевой воде упавшей на лотосовый лист. Пусть хоть ударят свирепой молнией его разгневанные небеса, но он не свернет со стелящегося перед ним пути в никуда назад к Нему. Не станет потакать возникшей из потаенных глубин сердца слабости. Отныне и впредь их дороги будут вести их в разные стороны света.

Но пусть на Его стороне всегда светит солнце.

Грудь сковывает от бури не стихнувших чувств и легкие замирают не в силах претворить еще один выдох в песню Чэньцин. Наконец, Вэй Ин обессилено отнимает от уст своих флейту и прячет за пояс. Вдыхает пропитанный травянистым амбре воздух и опускает ладонь на макушку бредущего вперед ослика, будто извиняясь за то, что не может продолжить радовать его своей музыкой. Они поднимаются на холм в тишине.

float:leftCухую листву кружит меж худых сучьев. Ветви местных деревьев всегда напоминали когтистые лапы жаждущие разорвать сизое небо в клочья. Как только нога смертного ступает сюда, то обволокший лес черными клубами дым начинает затягивать непрошенного гостя целиком. Пустившее в курган свои корни вечное проклятие умерщвляет человека в бреду, давая сырой земле обглодать кости после. Мертвые не любят, когда их тревожат попусту, но все они с заветной преданностью ждали возвращения своего покровителя. Для него за эти шестнадцать лет весь лес оброс алыми ягодами физалиса, что своим необыкновенным сиянием украшали кромешный мрак. Для него за эти долгие годы напиталась полезными свойствами земля и разрослись посаженные когда-то фруктовые деревья. Луанцзан ждал Вэй Усяня вместе с остальным миром, но только Луанцзан был полностью уверен в его возвращении.

Вот мы и дома, Яблочко, — проронил заклинатель, глядя на заброшенное убежище последних из клана Вэнь. Несчастные беженцы. Все вокруг здесь ему напоминало о них, но о них он был склонен думать самые светлые вещи. Погладив ослика меж длинных ушей, юноша отвел его ко входу в пещеру, где привязал за достаточно прочный элемент экстерьера. От воплощенного в реальности дежавю разделяло всего несколько шагов.

Нам предстоит очень много работы, друг мой. 

https://a.radikal.ru/a24/2108/83/5cdbaf4ab34e.png
 
                         Пасмурный денек был Вэй Ину весьма по душе. Казалось, он даже не сходил с мрачного Луанцзана, хотя все равно нашелся в городе полном жизни. Его глаза привыкшие к темени пещеры, в которой он решил обосноваться снова, не чувствовали особой разницы. Разве что цветастые ханьфу мимо проходящих горожан кричали о смене обстановки. Издавна погребальные холмы близ Илина славились своими густыми туманами и зловещим мраком, куда простые люди не забредали в здравом уме вот уже десятки лет. Именно поэтому солнечный свет обычно вызывал у старейшины легкое раздражение, хоть он и скучал по его теплоте, ради которой иногда выбирался во внешний мир. Впрочем, не только это заставляло его выйти в свет. В том положении, в котором сейчас находился талантливейший из заклинателей своего и нынешнего времени, ему приходилось искать временный заработок и добывать полезные ресурсы в одиночку. Пока на носу было лето, то ему не о чем было особо переживать, но вот приход зимы мог застать врасплох, поэтому следовало хорошенько оснастить свое логово всем необходимым.

float:rightИ вот в очередной раз оказав помощь горожанам в изгнании злых духов, Вэй Ин заработал неплохие деньги, на которые смог купить теплой одежды, новых семян, немного продуктов и прочих вещей для уюта. Обзаведясь вместительной тележкой, которую он привязал к все еще прыткому ослику, Вэй Ин возвращался обратно на Луанцзан, минуя пестрые вывески и заставленные заморскими товарами прилавки. Неожиданно его внимание привлекло скопление людей у лавки одного тучного торговца. Сперва Вэй Ин прислушался ко всеобщему галдежу, как позже в нем ему послышались жалобный скулеж и рычание, что убедило его подобраться поближе. Увиденное заставило юношу обомлеть и одновременно испытать праведный гнев: бессовестный тыкал палкой в сидящую в клетке лису, которая, скрутившись в самом дальнем углу, явно испытывала боль. Любящий поглазеть на чужие страдания народ как всегда стоял безучастно, вынуждая Вэй Ина вскипать только больше. Он бы разогнал этих дурацких зевак во мгновение ока, но его беспокоила именно она — застрявшая в человеческой ловушке. Купить ее у этого ненавистника всего живого было для нищего заклинателя непозволительной роскошью, так как он истратил все деньги на запасы на следующий месяц. Но он не был бы великим Старейшиной Илина, если бы избрал самый легкий путь. Нет, кроме спасения бедняжки, Вэй Ин хотел здоровски проучить мерзавца.

В руке его зажглось заклинание и одним щелчком темный маг незаметно подбросил острый камушек в чужой ботинок. Испытавший сие досадное неудобство хозяин лавки тотчас неуклюже запрыгал на одной ноге, сметая своей слоновьей тушей собственные безделушки на потеху толпе. Но этого Вэй Ину было мало. Воспользовавшись огненным заклятием, он послал торговцу всего одну искорку, от которой вмиг воспламенились бумажные фонари висящие на козырьке. В то мгновенье переполошились и зрители, и живодер, и другие торговцы, и весь остальной рынок, однако это было прекрасной возможностью спокойно оказаться поблизости и ловким ведением магической руки сломать нужный замок.

Беги, малышка, — Вэй Ин открыл дверцу злополучной клетки, помогая лисице сбежать. Но как только он понял, что та ранена и не может идти сама, то принял решение взять ее в руки и удалиться как можно скорее. Заметивший пропажу животного прохиндей возмущенно раскричался на всю округу, но юноша уже завернул в переулок подальше от глаз посторонних, которые могли поймать его с поличным.
Бедняжка, — он остановился и внимательно осмотрел пострадавшую обитательницу леса, — Как ты вообще ему попалась, тск-тск-тск... Ладно, потерпи. У меня нет лекарств с собой, мне придется взять тебя на холм, — он снял с себя верхнюю часть ханьфу, чтобы завернуть ее в какую-нибудь ткань. Нести ее он предполагал в руках, но будучи раненой она могла начать вертеться, тем самым беспокоя полученные увечья. Так, взяв в одну руку лисицу, а второй схватившись за уздцы, Вэй Ин торопливо зашагал в направлении дома.

https://a.radikal.ru/a24/2108/83/5cdbaf4ab34e.png

                         Eго пальцы аккуратно накладывали повязку с целебными травами на тело пострадавшей лисы. Даже будучи умелым охотником, которому не было равных в стрельбе из лука, Вэй Ин не понимал жестокости, которую люди проявляли в отношении животных. Сколько он помнил свои первые шаги по витиеватой тропе заклинательства, его всегда учили уважать силы природы и считаться с ними. Брать ровно столько, сколько понадобится в деле и не жадничать, не осквернять цветущие земли, ведь нанести ущерб куда проще, чем помочь им восстановиться. Это касалось и тех, кто на ней обитал. К сожалению, охоту предназначенную для добычи ресурсов люди давно превратили в жестокое развлечение. Жестокое потому, что будучи сильнее простого животного они находили нездоровое удовлетворение в пытках над ним.
Вот и все, малышка. Беги, — завязав аккуратный узелок на миниатюрном рыжем тельце, Вэй Ин бережно отпустил лисицу, — Беги и не попадайся им больше.

https://b.radikal.ru/b01/2108/13/5038cfbf86a8.gif

Отредактировано Wei Wuxian (2021-08-23 22:21:54)

+1

4

[nick]Mei[/nick][status]абсолютная неведьма[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/932340.png[/icon][sign]THEY TRIED TO TELL ME I WAS LOST IN THE FOREST LIKE A CUB WITH NO MOTHER WHEN I ACTUALLY WAS WHERE I WANTED
DON'T SHOW YOUR FACE THEY'LL LOCK THE CAGE IF YOU'RE AN EASY MARK

https://forumupload.ru/uploads/001b/2c/35/311/387595.png
BITE OFF THE VENOMOUS HEAD FOLLOW THE CHEMICAL SCENT LOOK FOR THE HOLE IN THE FENCE
TAKE EVERYTHING YOU DEMAND FAST AS YOU CAN AND
run for your life

[/sign][nm]<a href="ссылка на анкету" class="ank">Мэй</a>[/nm][lz]<div class="lz"><fan>rc: legend of the willow</fan>на холм могильный <br>принес не лотос святой, <br>а простой цветок.</div>[/lz]

[indent] Сущность человека стремиться окружить себя идеальной формой. Удобство в убранстве и одеяниях, насыщенность и изощрённость вкуса яств и питья. Быстрый и комфортный способ добраться к намеченной булавке на карте. Но у каждого материального блага имеется своя цена. И это естественно и вполне удобоваримо, покуда ты не вынуждаешь оплачивать собственную прихоть кого-то ещё.

Самый искусный охотник значится таковой, кто славится своим умением подбить дичь, не оставив на шкуре видимых повреждений. Тогда за освежёванную кожу с мехами удаётся выручить небывалой прибыли. А взаправду легендарным делается тот зверобой, что ухищряется пронзить глаз своей жертвы и та в мучительной агонии будет заливаться кровью изнутри, покуда не испустит последний дух.

Даже теперь, едва удачливо балансируя на тонкой красной нити жизни, лисица не сумела отмахнуться от тревожных размышлений. Что станет со всеми теми зверьми, которые такими же невольниками угодили в силки браконьеров, опосля заключённые в рыночные клетки? Всем им суждено погибнуть? И есть ли место упоминанию рока там, где присутствует выбор человеческой руки? Вот только она выберется отсюда и всем этим местным толстосумам никак не сдобровать!

совсем
она измученно открыла пасть, пробуя зевнуть, но не смогла сделать и того незначительного.

точно
пушистые веки опасно тяжелели и, словно предвосхищая угрозу, более не поднять их вовсе, лисица натужно вынуждала себя бодрствовать 

не сдобровать.

Можно было подумать, её утомлённое тельце до сих пор не испустило последнюю крапинку жизни, лишь благодаря питающим вспышкам гнева. И крайняя вдруг повеяла жжёным рисовым пергаментом.
Это вынудило хищницу кинуть острый взгляд к вероятному очагу возгорания и мгновенно убедиться - она не ошиблась.  Совершенно беспричинно занялись непочатые фонарики под крышей прилавка. И Мэй могла бы пренебречь этой неожиданностью, списав на дурацкое стечение объяснимых обстоятельств, но до бездумной привычки приноровилась распознавать, по крови и ныне родную, магию пламени.

[indent] «Но если это не я...? То кто?»

Обстоятельства крайне стремительно набирали обороты, что уже не производило на неё панической растерянности. Разумеется, так и не достигнув мастерства куноити за отсутствием многолетнего эмпиризма, впрочем Мэй притерпелась к внезапностям, сопровождающим всякого синноби каждый миг его жизни.

Нелепое падение утылого торговца, в одночасье всхлопнувший залпом фейерверка, рёгот толпы и трезвон на перебой керамики и фарфора, бесспорно оставляя сбытчика не только без заработанного юаньбао, но и отнимая значительную долю из его сбережений.
Её глазки заискивающе рыскали, поверхностно оценивая ситуацию, надеясь предпринять хоть что-нибудь во спасение, но для осуществления хотя бы маломальской задумки, как ни постигай цигун, требовались физические ресурсы.

Как вдруг крепкие, но бережные пальцы подмяли её тушку и легко взмыли в воздух. На миг, Мэй даже почудилось будто душа покидает тело и она свободно летит. Но последовавший голос переубедил в обратном. Приятный шепчущий голос молодого господина. И любознательность губила не одних только кошек, но при всём своём невообразимом желании задрать треугольную морду вверх, дабы повстречать своего таинственного освободителя или похитителя, она так и не сумела. Лишь несколько раз настороженно дёрнула острым ушком.
Вот уж и пойди-подумай, как скоро ей удаётся обзавестись знакомствами на столь далёких берегах.

Когда его руки стали бережно кутать лисицу в импровизированную котомку, рыжая покорно замерла. Сопротивлению здесь было не место. Зачем бы юноша стал её спасать, чтобы обидеть? Даже если помыслы его были нечисты, ей всё равно требовалось время для регенерации.

Обещание выходить и отнести на неизвестный холм вызывало противоречивые чувства у тех крошечных остатков сознания, что всё ещё держали Мэй среди живых. 
За не имением альтернативного и более удовлетворительного выбора, она вынужденно примирилась со своим положением и вскоре напряжение в перетруждённых мышцах пушистой постепенно растворялось, тождественно превращая в ощутимее тяжелеющую ношу. Сон спешно поглотил звериное тело и всю дорогу до её подсознания лишь доносилось глухое постукивание ослиных копыт.

А ещё, кажется, кто-то играл… И песнь лилась столь чистая, что омывала даже самые недоступные закоулки её измученной души. Ох, если бы только эту песнь могла услышать мама…

[indent] Прийти в себя оказалось задачей не менее тягостной, чем из себя выйти. Как точно узнать сколь долго её мучал сон? А был ли жар? Окажись она в человеческой ипостаси тот бы непременно проявился! Вот и как тут отгадаешь, где разумнее какой облик принять и как не застрять в нём на веки? Подумать только, а ещё с десяток полных лун тому назад, она и не подозревала о наличии первого.

Сначала дёрнулся сухой нос, всколыхнув длинные жёсткие вибриссы. Мэй до сих пор не понимала, как именно работает этот непривычный орган чувств, но с их помощью лисице удавалось оценить окружение даже в полной тьме, беспрепятственно и безошибочно прошмыгнуть сквозь плотно заросшую бамбуковую рощу или рассчитать дальность прыжка по чёрным камням крутого склона. Или… загнутым крышам сыхэюань. Всякое бывало.

Когда получилось открыть хитрые глаза, те практически мигом приноровились к сменившемуся освещению, выровняв его ровно до комфортного: и не режуще яркого, и не озадачивающе тусклого. Размытые пятна стремительно степенно придавали очертания формам и вскоре, Мэй могла различить лицо говорящего. Как она и предполагала, её вызволителем оказался молодой господин, у кого был приятен не только голос. Его большие обсидиановые глаза, с дивным разрезом ланцетного листа ириса, теплели от мерцающих огоньков окружения. А быть может, искрились сами по себе?

Его лицо безупречно сложенное, сочетало в себе равные доли мужества и тонкость, с которой он очевидно встречал внешний мир. И она бы ещё невесть сколь долго продолжала оторопело глазеть на мужчину, своей онемелой вытянутой мордашкой, если бы граминозный аромат, плотно набивший маленький носик, не сгустился надоедливой щекоткой.

Едва слышный пчих напоминает небрежно выскочивший смешок. Выдаётся столь неожиданным, что рыжая мигом вскакивает на лапы, как на дыбы и ещё секунду медлит. Вдоль по гибким позвонкам и до самого кончика пушистого хвоста, волной проносится пробуждающий трепет. Вынуждает плутовку поступательно отряхнуться.
[indent] «Погоди-ка. Лапы! Все четыре!»

Словно лишь сейчас ощутив прильнувшие силы и власть над движениями, лисица делает столь крутой пируэт вокруг своей оси, что длиннющий хвост успевает щелкнуть по щеке, входя в поворот. На бедре есть что-то непривычное. Так Мэй находит на себе медицинскую повязку – источник травянистого запаха, очень схожий с теми отварами, какими промышляли лекари.
[indent] «Стало быть, целитель? Такой юный? Или только кажется таковым?»

Быть может, со временем и практиками, Мэй могла обучиться распознанию нечеловеческих энергий, но молодая кицунэ пока скудно владела собственным потенциалом. И если предположения дзёнина окажутся верны, то хвостов у неё могло быть гораздо больше.
Ещё чуть переминаясь с лапы на лапу, пачкая подушечки в здешней пыли, чтобы её следы стали менее заметны для всякого любознательного коренного жителя чужих для неё земель, Мэй ещё раз внимательно посмотрела на юношу. И как-то совсем по-людски кивнув ему в благодарность, ринулась вперёд.
[indent] «А куда это "вперед"?»

Пробежав совсем немного, Мэй сбросила скорость до спокойной ходьбы, которая в исполнении и кицунэ, и совершенно обыкновенных лесных представительниц скорее напоминала дивный танец пламенного язычка.
Пусть она и чувствовала себя окрепнувшей, но на сей раз дискомфорт предоставляла удушливая засуха в глотке. Китай был куда суше, чем родная Япония, где бесконечно лили дожди. Суше, чем её родная северная провинция. И если все обременения смены климата проходили весьма малозаметно, нивелируемые ущербом поопаснее, то нынче пришло их время заявить о себе.

К счастью, пока она ещё не покинула вершину холма, прогуливаясь вдоль подобия стойла, лисичка признала уже знакомого ослика.
[indent] «Ладно, Мэй. Ты делала действительно мерзкие вещи. А это всё ещё вода.»

Завернув к уличной поилке, она аккуратно взобралась на край громоздкой лоханки. С минуту разглядывая собственное отражение, поочередно склоняя голову то на один бок, то на другой, янтарная тяжко вдохнула. Вот она, прекрасная мейко, пьющая из корытца ослика. Иронично. Впрочем, как и то, что лисицы не умеют плакать, в отличии от людей. И как знать, кому из них приходится вытерпеть больше боли?

Цепкий язык быстро захлёстывал глоток за глотком, пока уши не привлёк известный цокот. Опасаясь, что парнокопытный вознамеривается согнать наглую гостью, кицунэ задрала мокрую морду повыше и едко зелёные глаза вдруг встретили печаль, в той сцене, какую бы достойно описал умелый поэт. Как бы ослик не пытался дотянуться до нижней ветки яблони, бесчинно задвинувшей свои грозди прямо в крытую беседку, бедняге всё не удавалась дотянуться шлёпающими губёхами до спелого яблочка. Не хватало в росте, не повезло уродиться степным скакуном, что поделать?

Не долго думая, лисица ловко прыгнула на ближайшую горизонтальную перекладину изгороди, а оттуда к ветке, в один размашистый скачок сбив фрукт собственным темечком. Яблочко шлёпнулось оземь и целёхонькое покатилось прямо под копытца ослику, который даже заржал от радости.

Отряхнувшись, Мэй только раскрыла пасть, издав тонкий писк, очень походящий на «хихи», и более не испытывая хозяйского гостеприимства, отправилась вниз по тропе.

https://i.imgur.com/xe3vBSO.png  [indent] https://i.imgur.com/R4ZloIr.png  [indent] https://i.imgur.com/hwN0ENn.gif
СОДРОГНИСЬ, О ХОЛМ!
[indent]  [indent] ОСЕННИЙ ВЕТЕР В ПОЛЕ -
[indent]  [indent]  [indent] МОЙ ОДИНОКИЙ СТОН.

[indent] «И как мне отыскать Луанцзан? Не спеши, Мэй. Всякое дело нужно совершать обдуманно. Тем более, у тебя есть уже одно невыполненное обещание и один неоплаченный долг.»
Отыскать обратный путь в город не составило труда. Здешние территории удивительно не пестрили дикой живностью, а коль ёкаи и водились, то не в их натуре без причины замышлять зло в отношение кицунэ. Мейко научилась пользоваться такими преимуществами, что повышали шансы на её выживание. И единственное, что продолжало тревожить - реальная вероятность уподобиться зверю. Как бы странно, то ни звучало, но даже в меховой шкуре она следила за своей гуманностью, а в девичьем облике не могла позволить внутреннему хищнику возобладать. Кстати сказать, как долго она уже не стояла на двух ногах? И как бы ей не застрять в одном из её миров?

[indent] Той ночью город не уснул спокойно. Серия небольших возгораний переполошила всех вокруг. Очаги не принесли ущерба за исключением того, что дома браконьеров опустели. Кто-то повскрывал клетки, выпуская дикую животину на волю. Не заметили пропажи нескольких яиц из курятника. Но и этих странностей оказалось достаточным, дабы местные стали чесать языки про чертовщине.
Спустя ещё несколько дней, незаметной для торговых зевак осталась и кража алого кисета, набитого ходзича. Добытый очевидно с японских земель, чай мгновенно напоминал ей о доме и не сумел оставить чувствительный лисий нос без внимания. Мэй так отчаянно захотелось этим поделиться. А карнеоловый оттенок ткани, неустанно напоминал про пёструю ленту в волосах её спасителя. И решение пришло незамедлительно.
Ещё через пару дней холщовый мешок лежал на перилах того самого загона с осликом, кому в пандан с его хозяином, лисица была обязана жизнью.

[indent] Шло время, раны затягивались и Мэй даже удалось принять девичье тело, что обрадовало её на ничтожное мгновение. Раздобыть бедную, но чистую одежду не составило труда. Пусть и в очередной раз пришлось завладеть чужим добром без оплаты. Но она пообещала себе исправить ситуацию, как только дела пойдут получше. Куда сквернее оказалось понимание, что китайская речь для неё совершенно чужая, а целителя вероятнее всего удавалось понимать из-за лисьей шкуры. А быть может, тот всё же оказался чародеем?

Некоторое время, она так и продолжила менять формы, обосновав свою скромную обитель в заброшенных останках некогда жилого дома, что стоят на отшибе. В нём она проводила мало времени, скорее используя тот как склад для скудного запаса вещей и редкого ночлега вдали от городских собак.

Разучив всего пригоршню слов, да раздобыв парочку таэлей, Мэй решилась испытать удачу. Заняв выгодное место в одной из придорожних харчевен, она заказала себе плошку риса и заварник чая. Так она выиграла для себя как можно больше времени за какое её не попросят освободить место или заподозрят в нелицеприятных помыслах. Распускать слухи о чужестранке или немой безумице ей не хотелось. Но если ситуация вынудит, то нужно понять, какая слава принесёт ей меньше хлопот.

А сейчас она сосредоточенно вслушивалась в чужую речь, налегая не на скудный рацион, но на удачу. Может кто-то всё же проговорит это заветное «Луанцзан».

0


Вы здесь » Crossbar » альтернатива » 《 i'm in it with you 》